Клон
Шрифт:
Гарри рассмеялся.
— Пошли вдвоем, доктор, — сказал он и поднял свой нож.
Марк пожал плечами. Они взяли кое-что из снаряжения, попрощались с пожарными и пошли вниз по улице под дождем.
15 ЧАСОВ 05 МИНУТ
Ирэн Аппель закончила передачу своего репортажа и некоторое время сидела неподвижно. Все внутри у нее одеревенело, и она больше была не в состоянии ощущать страх или чему-либо удивляться. Все, что было теперь напечатано на листках бумаги, она зачитывала ровным, бесцветным голосом.
Баз коснулся ее руки. Она поднялась и прошла с ним в комнату редакции последних известий, где уже собрались остальные. Ее глаза перебегали с предмета на предмет, и до сознания медленно
И все это произошло всего в четырех кварталах отсюда. И говорят, что это распространяется час от часу… объявляясь без предупреждения за милю от того места, где его только что видели, не давая своим жертвам подготовиться, не оставляя им времени, чтобы спастись.
— Как же оно велико по площади? — произнесла она вслух.
— Сейчас уже более десяти миль, — ответил ей кто-то.
Это трудно было себе представить. Организм размером в десять миль…
— Вы слышали, о чем тут говорилось? — спросил ее Баз.
— Не имеет значения, — покачала она головой. — Просто скажите, что я должна делать. И я сделаю это.
Баз дотронулся до ее щеки своими огромными пальцами, которые неожиданно оказались очень нежными.
— Я знаю это, малыш, — сказал он. — Вот каков план. Мы все покидаем здание. Перебираемся на вертолеты, с которых будет вестись непрерывная радиопередача о событиях. Будем летать на высоте тридцати тысяч футов до тех пор, пока уже нечего будет передавать. Тебе придется лететь с Мори Купером и вести передачи для частей Национальной гвардии. Вы не должны спускаться ниже пятидесяти футов к этой заразе и при первом признаке ее появления подниматься выше. Поняла?
Марк и Гарри Шварц пробирались обратно к городской больнице. Губы Марка были плотно сжаты, а кисти его рук побелели — с такой силой вцепился в баранку руля. Если раньше паника вспыхивала в городе очагами, то сейчас он был весь охвачен ею. Марк едва обращал внимание на толпы людей, мчавшихся с вытаращенными глазами, или на автомобили, налезавшие друг на друга. Он почти физически ощущал, что клон сейчас находится в метро, в канале, под улицами, по которым он проезжал. Он сказал репортерам, что единственным способом спасения сейчас является авиация и ему очень хотелось оказаться среди тех, кто воспользуется ею и выберется. Но прежде он должен взять Эди, а уж потом они присоединятся к толпам, которые покидают город. Авиация будет распылять раствор йода и тем самым изолирует клон, а потом задавит раствором или оставит медленно погибать от недостатка питания. А пока все, что можно сделать, — это уехать отсюда, и как можно скорее. Марк выбирал для движения боковые улицы, так как знал, что все основные магистрали плотно забиты машинами, как движущимися, так и брошенными и разбитыми.
Когда они подъехали к району, где впервые объявился клон, они увидели, что развалин там стало гораздо больше. В некоторых зданиях продолжался пожар, в других огонь, прибитый дождем, слабо тлел. И только тогда Марк вздохнул свободно, когда увидел здание городской больницы.
Но что-то изменилось, и Марк почувствовал это, как только вышел из машины, которую поставил у запасного выхода. Больница была пуста, так он подумал вначале. Потом ему пришла мысль, что ее эвакуировали.
Над их головами послышался грохот двигателей вертолета, и на уже потемневшем небе обозначался темный силуэт машины. Марк понял, что эвакуация идет полным ходом, и двинулся по направлению к лифту. Но Гарри остановил его. Марк проследил за направлением его пальца и увидел зеленоватую пленку, покрывшую стену и часть двери лифта.
Теперь клон изменил тактику. Он не расходовал энергии на поиски пищи больше, чем это было необходимо. Вместо того, чтобы двигаться всей массой, он теперь вытягивал длинные тонкие нити, которые осуществляли поиск. Узкая лента клона тянулась вдоль всего вестибюля, при этом она обшаривала всю поверхность пола.
Марк повернулся в сторону
— Черт возьми, доктор, что будем делать? — спросил Гарри. — Оно же тянется через всю площадку.
— Какие у тебя надеты носки? — спросил Марк, снимая ботинки.
— Хлопчатобумажные, — ответил заинтригованный Гарри.
— Тогда снимай ботинки. Эта тварь не трогает хлопчатку. Заправь брюки в носки, как у меня.
Гарри начал быстро переобуваться, а потом они туго (перевязали манжеты брюк шнурками от ботинок.
— Ты сперва постой здесь и посмотри, — сказал Марк. — Я еще не знаю, насколько эта тварь чувствительна к вибрации и к теплу, излучаемому человеческим телом.
Гарри открыл было рот, чтобы возразить, но, прежде чем он произнес хоть слово, Марк двинулся вперед и, поколебавшись, переступил через ленту клона. Немедленно от основной ленты отделилась тоненькая нить. Эта нить пододвинулась к обутой в хлопчатобумажные носки ноге.
Марк не шевельнулся, и она двинулась вверх, изгибаясь, скручиваясь, перемещаясь то влево, то вправо, поднимаясь все выше по хлопчатобумажным рабочим брюкам, а потом сползла вниз. Марк вздохнул. Тоненькая нить снова вернулась и слилась с основной лентой клона. Она вытянулась еще на несколько сантиметров и снова успокоилась.
— Порядок, Гарри. Тихонько делай то же самое. Старайся как можно меньше производить шума и не двигайся, если она дотронется до тебя.
У Гарри был затравленный вид, когда он взглянул на таящий в себе смерть барьер, отделявший его от Марка. Марк видел, как движутся его пальцы, и понял, что он складывает их крестом. После этого Гарри шагнул через ленту клона. И снова вытянулась ниточка и обследовала его ногу. Но на этот раз она не стала подниматься, потому, что ей уже было ясно, что это не то, что ей нужно. Как только ниточка сползла с ноги Гарри, они двинулись по широкому коридору, стараясь ступать возможно тише. Дважды они видели, как появились тонкие нити. Одна из них промахнулась и не коснулась их вовсе, покачалась взад и вперед с секунду-другую и вернулась обратно. Вторая вползла по ноге Марка до его пояса. Марк расстегнул кожаный пояс и освободил его от петель. Ниточка добралась до его рубашки, начала опоясывать его талию, и тут он вдруг, холодея, подумал о том, что она может проникнуть между двумя полами рубашки, в том месте, где она застегивается. Зеленоватая полоска клона была уже в двух дюймах от пуговиц, когда остановилась, изменила направление, а потом спустилась вниз и втянулась в основную ленту вещества.
— С тобой все в порядке? — спросил Марк бледного Гарри. Он не хотел, чтобы Гарри свалился без сознания. Тот в ответ только кивнул.
— Опусти голову и сосчитай до пяти, — приказал ему Марк. Гарри повиновался, и когда он снова поднял голову, на лице его уже не было той мертвенной бледности.
Южное крыло здания делало поворот под прямым углом. Детское отделение было отделено от остального помещения стеклянными дверями. Крики слышались оттуда. Их почти заглушал непрекращающийся гул двигателей вертолета, зависшего над зданием. Поперек входа в детское отделение, блокировав его, лежала полоска клона. Насколько Марк мог разглядеть, клон еще не проник в южное крыло. Марк стал двигаться к двери, но внезапно резко остановился. Клон был и внутри. Он лежал ковром перед тремя закрытыми дверьми в глубине коридора детского отделения, и двери тоже были покрыты слоем клона. Двигаясь быстро, но осторожно, Марк наступил на ленту клона, охранявшую вход в южное крыло здания, и, прежде чем ниточка-разведчик направилась к Нему, он стремительно проскочил расстояние в десять или двенадцать футов в глубину вестибюля.