Клинок предательства

Фабер Ник

Алекс же молчал, крепко стиснув зубы, позволяя этим амбалам вести себя. За его спиной, на голом каменном полу клетки, остались кусочки пластика, от разломанной декоративной заколки.

Через пол минуты, петлями по каменным коридорам, его и других несчастных, которых набралось восемь человек, вытолкнули под льющийся с потолка свет ярких лам ламп. После плохо освещённых коридоров, этот свет показался ему ослепительным. Алекс даже заморгал, пока глаза привыкали к яркому свету расположенных над головой ламп.

Как только его зрение наконец пришло

в норму, то он понял, где именно все они оказались. Просторная, круглая и усыпанная песком арена, диаметром около двадцати метров. По краям поднимались четырёхметровые стены, оканчивающиеся ограждениями. А ещё, Алекс увидел людей. Десятки людей в дорогих одеждах с золотыми масками на лицах, которые стояли по периметру арены, глядя на собравшихся внизу несчастных пленников Озаракха.

За спиной Алекса опустилась толстая, собранная из кованных металлических прутьев решётка, отсекая последний путь к спасению.

Выкинутые на Арену пленники кричали. Кто побежал к стенам арены, спотыкаясь и падая на песке. Люди бросились на камень, пытаясь забраться на верх. Крича мольбы о спасении пополам с проклятиями, смотрящим на них людям.

Первым делом Алекс сорвал с себя верхнюю одежду. Традиционное платье слуги, в которое Имир заставил его переодеться полетело на песок. Следом отправилась идиотские туфли с загнутыми носами. Перехватив зубами край длинной и широкой ленты, которая раньше выполняла роль пояса, Алекс принялся наматывать её на правую руку, не сводя глаз со ставшего на парапете над ареной мужчины. Озаракх о чём-то разговаривал с высоким, мужчиной, одетым в чёрный костюм тройку. Как и все присутствующие, он носил золотую маску, что скрывала его лицо.

Мужчина что-то произнёс в ответ и Хазани рассмеялся, проведя рукой над ареной.

— Смейся, смейся, сраный ты обмудок. Посмотрим, как ты будешь веселиться, когда я до тебя доберусь, — прошипел Алекс сквозь зубы, затягивай узлом край ленты и фиксируя её на руке.

Боль от гибели Имира всё ещё разъедала сердце. Единственный, на кого Алекс мог рассчитывать — мёртв. Почему это произошло? Ведь он так был уверен в своей правоте. В том, что для Хазани жажда наживы будет преобладать над личной неприязнью. И глядя на его уверенность, Алекс и сам поверил в этот план.

Идиоты. Они оба были безмозглыми идиотами.

Плевать.

Он справится сам. Как и раньше. Так же, как и всегда.

Но, что стало с Шином? Когда Алекс пришёл в себя, но не обнаружил и следа японца? Убил ли его Хазани так же, как и Имира?

На эти вопросы у Алекса не было ответа.

Зато, было кое-что другое. Знакомое ощущение. Слабое, едва ощутимое чувство чего-то родного. Как если бы он встретил близкого друга, с которым не видел давным-давно.

С металлическим лязгом, решётка на дальней стороне арены пошла вверх, привлекая к себе взгляды всех собравшихся.

Из скрывающейся за решёткой темноты, на свет освещавших арену ламп вышли три пантеры.

Точнее, Алекс лишь сначала подумал, что это они, но моментально распознал свою

ошибку. Это без сомнения были магические твари, напоминавшие своим видом хищников из семейства кошачьих. Длинные, вытянутые и мускулистые тела покрывала сплошная черная чешуя, которая шевелилось и ходила едва заметными волнами в такт движениям этих монстров. Раскрытые пасти, полные длинных, острых клыков, наполняли воздух низким, утробным рычанием. Длинные, покрытые такой же чешуёй двойные хвосты, оканчивались костяными наростами, чьи грани блестели в свете не хуже отточенных лезвий. Кошкоподобные монстры шипели и фыркали, а их хвосты возбуждённо били по песку.

Но, что удивило Алекса ещё сильнее, так это человек, спокойно вышедший на арену следом за монстрами. В руке он держал какое-то устройство наподобие пульта. Стоило ему нажать кнопку, и попробовавшая броситься к нему кошка забилась в судорогах и рухнула на песок, извиваясь и царапая одетый на шею толстый, стальной ошейник.

Таких монстров Алекс раньше не видел. Но пробегавшие по ошейнику искры электрических разрядов хорошо говорили о том, что тварям ток не нравится.

Извивающийся на песке монстр взревел и вскочил обратно на лапы, продолжая скалиться на своего погонщика, но больше не делая попыток броситься в его сторону. Алекс также успел заметить длинный, свежий шрам на боку монстра.

Мужчина с пультом крикнул какую-то команду и сорвавшись с места, чудовища бросились прямо на выброшенных на арену людей.

***

— Они прекрасны, правда?

Озаракх со смесью восхищения наблюдал за тем, как его «ручные» монстры, выходят на арену. Бенгалы, которых Озаракх уже показывал Пирсу ранее, шипели, ступая своими лапами по песку.

По собравшимся на смотровых площадках гостям пронеслись возгласы удивления. Явно никто из них не ожидал увидеть нечто подобное.

— Это жестоко. И глупо, — добавил Пирс, без какого-либо восторга глядя на происходящее под его ногами, — а у меня мало времени.

Один из оказавшихся на арене мужчин попытался забраться по стене, но сорвался и упал на песок, крича что-то смеси урду и очень плохого английского. Стоявшая у самого края арены, в окружении богато одетых мужчин, женщина, рассмеялась и выплеснула содержимое своего бокала несчастному в лицо.

— О, не переживайте. Как только перевод подтвердят, вам принесут ваш меч. И вы сможете покинуть наши прекрасные края.

Брэй с сомнением перевёл взгляд на Озаракха.

— Прекрасные? Слишком возвышенное слово, для этого, — он указал рукой в сторону арены.

— Мир жесток, мистер Пирс, — пожал плечами Озаракх, — вы этого не понимаете, но он уже катиться в пропасть. Или же понимаете, но отказываетесь признавать. Ваша Федерация — пережиток старого мира. Вы продолжаете цепляться за старые законы. Придумываете им в дополнение новые, стараясь удержаться за хвост старого мира и отказываетесь принять тот факт, что он уже изменился.