Клиент
Шрифт:
– Если, разумеется, вам не позвонят из Вашингтона.
– Да, разумеется, если мне не позвонят из Вашингтона. Тогда я буду делать все, что прикажет мне мистер Войлз.
– Я разговариваю с мистером Войлзом каждую неделю.
– С чем вас и поздравляю.
– По его словам, в ФБР делу Бойетта придают первостепенное значение.
– Я слышал.
– И я уверен, мистер Войлз по достоинству оценит ваши усилия.
– Сомневаюсь.
Рой медленно встал и воззрился на Мактьюна.
– Нам совершенно необходимо знать все, что знает Марк Свей. Поняли?
Мактьюн посмотрел ему прямо
Глава 8
Карей несколько раз за ночь подходила к Марку, а в восемь утра принесла ему апельсиновый сок. Мальчик был один в маленькой гостиной, и она осторожно разбудила его.
Несмотря на все свои многочисленные проблемы, Марк безнадежно влюбился в эту красивую медсестру. Он пил сок и не отводил взгляда от ее сверкающих карих глаз. Она похлопала по одеялу, прикрывавшему ему ноги.
– Сколько вам лет? – спросил он. Карен широко улыбнулась.
– Двадцать четыре. На тринадцать лет старше тебя. Почему ты спрашиваешь?
– Да так. Вы замужем?
– Нет. – Она осторожно сняла с него одеяло и принялась складывать его. – Тебе было удобно на диване?
Марк встал и потянулся.
– Лучше, чем та постель, на которой спит мама. Вы всю ночь работали?
– С восьми до восьми. У нас смены по суткам, четыре раза в неделю. Пойдем со мной. Доктор Гринуэй в палате Рикки и хотел бы с тобой поговорить. – Она взяла его за Руку, что было очень приятно, и они вместе двинулись к палате Рикки. Потом Карен ушла, закрыв за собой дверь.
Дайанна выглядела усталой. Она стояла в ногах кровати Рикки с незажженной сигаретой в дрожащей руке. Марк подошел к ней, и она положила руку ему на плечо. Они смотрели, как доктор гладит Рикки лоб и пытается заговорить с ним. Глаза мальчика были закрыты, и он никак не реагировал на слова доктора. Было тяжко слушать детский лепет Гринуэя.
– Не слышит он вас, доктор, – наконец сказала Дайанна, но тот не обратил на нее внимания. Она утерла слезу с щеки. Марк почувствовал запах мыла и заметил, что волосы у нее мокрые. И еще она сменила одежду. Но не накрасилась, поэтому лицо выглядело непривычно. Гринуэй выпрямился.
– Очень тяжелый случай, – заметил он как бы про себя, не сводя взгляда с закрытых глаз Рикки.
– Как же нам быть? – спросила Дайанна.
– Подождем. Состояние его стабильно, и непосредственной угрозы нет. Он придет в себя, и очень важно, чтобы в этот момент вы находились в комнате. – Гринуэй задумчиво посмотрел на них, потирая бороду. – Когда он откроет глаза, он должен увидеть свою мать, вы понимаете?
– Я никуда не ухожу.
– Ты, Марк, можешь приходить и уходить, но все же лучше, чтобы ты как можно больше находился в палате.
Марк кивнул. Даже мысль о том, чтобы провести здесь еще минуту, была неприятной.
– Первые мгновения – самые важные. Он испугается, оглядевшись вокруг. Он должен видеть и чувствовать свою мать. Обнимите его, говорите ему, что все будет хорошо. Немедленно позовите сестру. Я оставлю соответствующие указания. Он будет очень голоден, так что мы позаботимся о еде для него. Сестра уберет капельницу, и он сможет походить по комнате. Но самое основное – быть рядом.
– А
– Я не знаю. Возможно, сегодня или завтра. Трудно сказать.
– Вам уже встречались такие случаи? Гринуэй взглянул на Рикки и решил сказать правду. Он отрицательно покачал головой.
– Такие тяжелые – нет. Ребенок почти что в коме, что, в общем, нетипично. Обычно, как следует отдохнув, они приходят в себя и начинают есть. – Он попытался улыбнуться. – Но я не слишком волнуюсь. С Рикки все будет в порядке. Просто нужно время.
Казалось, Рикки его услышал. Он застонал и вытянулся, но глаз не открыл. Все внимательно наблюдали за ним, надеясь, что он скажет хоть слово. Хотя Марк и предпочитал, чтобы он молчал обо всей этой истории со стрельбой, пока они не обсудят все наедине, ему отчаянно хотелось, чтобы его младший братишка проснулся и начал говорить о чем-нибудь. Он уже устал смотреть, как тот лежит, свернувшись калачиком, и сосет этот треклятый палец.
Гринуэй залез в свой чемодан и извлек оттуда газету. То была утренняя газета “Мемфис пресс”. Он положил ее на постель и протянул Дайанне визитную карточку.
– Мой кабинет в соседнем здании. Вот тут на всякий случай номер телефона. Помните, сразу же, как он проснется, позовите сестру, а она сообщит мне. Договорились?
Дайанна взяла карточку и кивнула. Гринуэй развернул газету на кровати и спросил:
– Видели это?
– Нет, – ответила она.
В низу первой полосы шел заголовок: “НОВООРЛЕАНСКИЙ АДВОКАТ КОНЧАЕТ ЖИЗНЬ САМОУБИЙСТВОМ В СЕВЕРНОМ МЕМФИСЕ”. Под заголовком справа была напечатана большая фотография Джерома Клиффорда, а левее, более мелким шрифтом, подзаголовок: “ИЗВЕСТНЫЙ АДВОКАТ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ, ПОДОЗРЕВАЕМЫЙ В СВЯЗЯХ С МАФИЕЙ”. Марку прежде всего бросилось в глаза слово “Мафия”.
Гринуэй наклонился вперед и понизил голос.
– Похоже, мистер Клиффорд довольно известный адвокат в Новом Орлеане. Он занимался делом сенатора Бойетта. Судя по всему, защищал человека, обвиняемого в убийстве. Вы что-нибудь об этом слышали?
Дайанна сунула в рот незажженную сигарету и отрицательно покачала головой.
– Ну, это очень важное дело. Первый американский сенатор, убитый до истечения срока его полномочий. Вы потом тут все прочитаете. Там внизу ждут полиция и ФБР. Когда я час назад пришел в больницу, они уже ждали. – Марк схватился руками за перила кровати. – Они хотят поговорить с Марком, но не могут этого сделать без моего разрешения. Ну так как, разрешить?
– Нет, – выпалил Марк. – Я не хочу с ними разговаривать. – Дайанна и Гринуэй молча смотрели на него. – Со мной может произойти то же, что и с Рикки, если полиция будет ко мне приставать. – Марк почему-то знал, что полицейские вернутся и снова будут задавать бесконечные вопросы. Они с ним еще не закончили. Но его кинуло в дрожь при виде фото на первой полосе газеты и упоминании о ФБР, и ему настоятельно потребовалось сесть.
– Не пускайте их пока, – попросила Дайанна Гринуэя.
– Они спрашивали, не могут ли поговорить с вами в девять, но я сказал, что нет. Но они не уйдут. – Он снова взглянул на часы. – Я здесь буду до полудня. Может быть, тогда и поговорим с ними.