Клеймо

Хоули Филип

Мало того что Элмер мучительно скучал по сыну, не ведая, что с ним, так в больнице приходилось ловить на себе многозначительные взгляды, и вслед доносился нелицеприятный шепоток. Вовсю старались и газетчики, которым только и оставалось, что заочно приговорить Люка за двойное убийство — Эриксона и Барнсдейла.

Элмер выглядел сильно переутомленным. Он вытащил из нагрудного кармана листок бумаги и протянул Бену:

— Взгляни-ка вот на это.

Бен присел рядом с другом и несколько секунд изучал документ.

— Вижу, что это распечатка из лаборатории.

Зачем она мне?

— Это результаты анализа крови добровольцев малярийного проекта. Все они работают в моей лаборатории. — Элмер тяжело вздохнул. — После того как их кусают комары — носители вакцины, мы проводим еженедельные тесты крови. Измеряем уровни малярийных титров и, кроме того, содержание антигена, чтобы точно знать количество вакцины, которое комары вводят реципиентам. — Он потер лоб. — Посмотри на четвертый график.

— Вижу. Подписан: Элмер Маккена.

— Обрати внимание на уровень антигена.

— Тест положительный. У тебя в крови есть антиген. И что из того?

— Давным-давно я уже переболел малярией и участвовать в проекте не могу. Это не моя кровь.

— Боюсь, я уже запутался.

— Ты попросил меня для образца крови Хосе Чаки из государственной лаборатории придумать псевдоним, — сказал Элмер. — Так вот. Я взял свое имя, сам надписал пробирку и отнес ее в общий банк образцов крови добровольцев. Один из моих техников, ничего не подозревая, сделал по этой пробирке анализ уровня титров и антигена.

— Он мог запросто ошибиться.

Элмер покачал головой.

— Я заставил лаборанта повторить анализ в моем присутствии. Ошибки нет. Прежде чем Хосе Чака умер, его покусали мои комары.

ГЛАВА 50

Проснувшись, Люк с трудом, как сейфовую дверь в хранилище банка, открыл веки. Красный луч света пробивался сквозь щель в занавесках, играя на стене густыми оттенками заката. Он протер глаза и посмотрел на часы: 18:03. Сон длился почти пять часов.

Черт. Люк рывком поднялся с постели и проковылял в угол комнаты, где бросил свои веши. Они исчезли.

Через тонкую ткань занавески проступал темный силуэт. На веранде кто-то был.

Люк отдернул занавеску и увидел Фрэнки, который сидел на стуле, забросив ноги на перила, и пускал колечки дыма навстречу закату.

Люк распахнул дверь.

— Смотри, не вырастешь!

— А? О чем это вы?

— Не важно. Где моя одежда?

Над плечом Фрэнки появился большой палец.

Люк обернулся. Вся одежда аккуратной стопкой была сложена на туалетном столике: две рубашки, пара брюк, трусы и носки — постираны и проглажены.

— Monjas — сестры, — пояснил Фрэнки, — в больнице заставляли меня, как девчонку, стирать белье. — Он глубоко затянулся. — Неправильно это.

Люк выхватил окурок и швырнул за балюстраду.

Капелька дождя смочила запястье. Над ними роились мрачные тучи, устремляясь на запад, где оранжево-красное солнце садилось за горизонт.

Лихорадка возвращалась. В левом плече стучала боль. Люк вернулся в комнату, взял со столика пузырек с антибиотиками и проглотил еще

две таблетки. Он вернулся на балкон, держа в руках оптический прицел винтовки, которую забрал у нападавших. Пощелкав ручкой настройки, установил режим естественного света и внимательно осмотрел парк через дорогу. Широкие полосы подстриженной бермудской травы прочерчивала мощенная кирпичом дорожка, которая упиралась в кованые железные ворота — вход на деревянный мост через узкий ров вокруг Кастильо Сан-Фелипе.

Крепостные ворота были закрыты. Прилегающая к замку территория была безлюдна, и только один человек сидел на декоративной чугунной скамеечке рядом со входом.

К причалу, метрах в пятидесяти слева от замка, была привязана небольшая шлюпка.

Должно сработать, подумал Люк. Он вытащил из рюкзака телефон Сэмми и нажал на кнопку «Вызов».

— Где ты был? — рявкнул Сэмми. — Я звонил тебе целый час.

Надо же, понял Люк. Проспал все звонки.

Уилкс принялся подробно описывать, когда и в каком месте за городом состоится рандеву.

Люк, не дослушав, прервал его на полуслове.

— Планы меняются. Мы встретимся в Кастильо Сан-Фелипе. Если он знает город, то и замок, думаю, найдет.

— Не спугни парня, Молния! Я же сказал Кальдерону, что работаю на больницу. Помнишь? Информатор же считает, что ты наивный врач из клиники в Санта-Лючине. И как мне теперь объяснить, что какой-то лопух вдруг меняет место встречи? Вот так запросто. Попахивает душком.

Люк был непреклонен:

— Крепость. В 20:00. И ни минутой позже — иначе не приду.

Нельзя давать Кальдерону время, чтобы устроить засаду.

— Твоя взяла, — уступил Сэмми. — Что-нибудь еще?

— Да. Рядом с входными воротами есть скамейка. Он должен сесть и зажечь спичку. Если не увижу пламя, значит, меня нет.

Люк нажал на кнопку «Конец вызова».

Он поручил Фрэнки узнать у портье, нет ли сообщений. Одно такое было: для Розалинды от некоей Джулии, которая просила передать название гостиницы, где остановилась, и номер комнаты.

— Джулия — это и есть Розалинда, — объяснил Люк. — Прислала весточку. — Он вернулся на веранду и внимательно изучил место входа в замок. Человек, сидевший на скамейке, уже ушел. — Фрэнки, мне нужна твоя помощь.

ГЛАВА 51

Распластавшись на веранде, Люк занял боевую позицию. На цоколе балюстрады между двумя фигурными столбиками покоился ствол винтовки. Часы показывали 19:48.

Выступающие боковые перегородки балкона отделяли Люка от соседних номеров. За спиной чернела комната. Небо над ним было покрыто толстым слоем облаков, через которые изредка пробивался лунный свет. Неосвещенная дорога внизу завершала царство тьмы.

Отличный плацдарм на втором этаже. Что еще важнее, никакая обученная разведгруппа искать его здесь не будет. Опытный взгляд устремится на крепостную стену, за бойницы. Ведь только там Люк получит не только преимущество в высоте, но и свободный обзор прилегающей площади, и водную защиту с трех сторон, и убежище за каменной стеной.