Клеймо тирана
Шрифт:
Черкашин отворачивается, долго втягивая дым очередной сигареты.
— Тогда убьешь Андронова, — вдруг выдает он. — Я помню, что ты не любишь убивать, но тут нужен компромисс. Сам я марать руки не хочу.
— Хорошо, — спокойно соглашаюсь. Это нормально. Да и ублюдку этому я с удовольствием сверну шею.
— Если тебя поймают…
— О твоем участии никто не узнает.
— Огонь. Тогда езжай, вызволяй Колю, но сделай так, чтобы мы больше о нем не слышали.
Киваю, отвожу босса по делам, а потом, когда появляется время, звоню одному старому знакомому. Своему тренеру,
— Неожиданно, Лeнь. Как дела? Не думаешь вернуться в большой спорт?
Он неплохой мужик, да и спорт этот отличный. Только вот продажный на самых высоких уровнях.
— Нет, хотел спросить, нужны ли в твоем клубе работники? Девчонке работа нужна.
— А что умеет?
— Танцует хорошо, — вернее охуенно. Я бы много отдал, чтобы она станцевала для меня. — На фитнес— тренера учится.
— Даже так. Такие нам нужны. Будет пацанов растягивать.
— Нет, — еще чего не хватало. — Надо чтобы пацаны вообще ее не видели.
Тренер откровенно ржет, а я зубы стискиваю. Ну блядь. Не хватало, чтобы она других мужиков трогала. Или ее. Кулак невольно сжимается. Мне то придется уехать на пару дней, надо чтобы она в безопасности была.
— Ну девушки у меня тоже есть. Так что не бойся, будет твоя девочка в сохранности.
— Я тогда привезу ее завтра с утра. Познакомлю.
— Понял. Привози. Рад тебя слышать, сынок.
— Спасибо, Игорь Русланович. Жаль, что так все вышло.
— Мне тоже.
Он отключается, а я откидываюсь на спинку сидения в тачке, погружаясь в вязкий туман воспоминаний. Задыхаюсь от него, понимая, что с такой жизнью как у меня нормальные отношения — утопия. В каком-то смысле я даже могу понять Веру. Которая ищет безопасный островок в этом бушующем море грязи и дерьма. Коля создавал отличную иллюзию безопасности, поэтому, даже когда накосячил, даже когда попросил лечь под меня, она и не подумала о том, что это плохо. Ведь, по сути, он ее семья.
Стискиваю челюсти, думая о том, что когда она трахала меня, представляла его. Что у них было? Легкие игры? Без проникновения? Зная, что она была обещана Андронову, я теперь понимаю, почему он оставил ее целкой. Она была его гарантия, что он выберется из того дерьма, в которое наступил, связавшись с ним.
Выбрасываю окурок и берусь за руль. Есть ли хоть шанс, что она полюбит меня вместо Коли? Да и нужна ли эта любовь? Или пусть считает меня ублюдком и дальше, а потом спокойно идет дальше. Начнет новую жизнь. С другим мужчной не отягощенным прошлым и паршивой работой.
Только вот сложно даже представить ее под другим. В башке сразу сотни сцен, где я появляюсь на ее свадьбе и просто убиваю жениха, трахая ее прямо на глазах гостей.
Еду к себе, собрав самое необходимое из вещей, потом уже к ней. Открываю дверь своим ключом. Она стоит на табуретке с поднятыми руками в полумраке.
— Ты чего творишь? — говорю довольно громок, она испугано пищит, валится в сторону. Ловлю ее легко. Она цепляется прохладными пальцами за мою шею. — Вера?
— Лампочку меняю.
Ставлю ее на пол. Она протягивает лампочку. Встаю на табурет и в два движения вкручиваю новую лампочку.
— Включай.
— Ага, — отходит, включая свет. Он заливает небольшую комнатку. Она не знает, куда деть взгляд, бросает его на сумку.
— Решил переехать ко мне?
— Съезжу, решу с твоим Колей. Вернусь через пару дней.
— О, круто. Так быстро….
— Думаешь, там еще его подержать?
— Нет конечно! Почему ты все мои слова переворачиваешь?
— Ты мне внутренности переворачиваешь, нужно же как-то равновесие поддерживать, — говорю, как есть, а она открывает глаза шире. И дьявольский рот. В нем мелькает розовый язычок между губ. Скользит по ним, делая их влажными. Сочными. Желанными.
— А ты, всех принуждаешь, кто нравится?
— Ты мне не нравишься, Вера.
— Что? Ты только, что сказал…
— Думаешь, ради телки, которая просто нравится, я бы стал так впрягаться? Рисковать собственной жизнью, свободой?
Что я делаю? Пытаюсь показать как неравнодушен? По сути даю ей ремень, которым можно перетянуть мне яйца. Поймет?
— Зачем ты мне это говоришь?
— Хуй знает. Станцуй для меня.
— Станцевать?
— Да, — снимаю ботинки, иду к дивану. Она так и стоит у выключателя, часто дыша, сжимая руки на груди. — Или разучилась?
— Я никогда не танцевала для кого — то. Просто на островках… У меня не было приватов…
— Даже для Коли?
— Он не просил…
— А я прошу, — наклоняюсь чуть вперед, смотря прямо на нее. От ее красоты голова кругом. Хочется просто закрыть ее здесь как птичку в клетке, никому не показывать. — Мне надо тебя заставить?
— Можно просто попросить! — бесится она, а я в долгу не остаюсь.
— Так я прошу!
— Ты требуешь!
— Вера, ты мне чего мозг выносишь? Потанцуй для меня.
— Пожалуйста…
— Что?
— Ты забыл волшебное слово. Скажи, пожалуйста.
Я тру переносицу. Ладно, для того, чтобы увидеть ее в движении, можно и прогнуться.
— Вера, пожалуйста, потанцуй для меня.
Она довольно улыбается, срывая мне башню. Я словно впервые ее вижу. Сердце о грудную клетку ударяется, словно на свободу рвется. К этой маленькой сучке.
Она топает босыми ногами к телефону. Бросая взгляд на меня, ищет песню. Включает. Комнату наполняют звуки современной мелодии.
Она отодвигает стул, на котором стояла, прогибаясь в спине. Начинает двигаться, причиняя почти физическую боль в паху. Накрываю его, чтобы хоть немного снизить давление, словно в газовой трубе. Еще немного и взорвeтся нахуй. Смотреть на нее в клубе было охуенно, но там она была далеко, а тут руку протянуть и моей станет. На член сядет. Потанцует на нем.
Ее движения точные, тело гибкое. Она почти ничего не делает, даже не раздевается, просто скользит руками по телу, то вскидывает наверх, цепляет меня жадным взглядом, позволяя рассматривать себя со всех сторон в своих простых бриджах и рубашке, что купил для нее. Зеленый ей к лицу. Настоящая ведьма. Ее хочется убить. Но еще сильнее хочется трахнуть.