Клеймо Солнца

Пауль Анна

Нона сжимает губы.

— Да.

— Зачем ты убегаешь? — не понимает Фортунат и, сам того не ведая, повторяет слова, которые я уже говорила подруге. — Давай поговорим. Они поймут, что бы ни произошло, и всё простят, если понадобится.

Губы девушки превращаются в совсем тонкую линию.

— Я не жалею о содеянном и не раскаиваюсь.

Хотя неизвестно, о каком проступке речь, отчаяние и боль в голосе заставляют моё сердце сжаться.

— Потому что теперь знаю правду, — добавляет Нона,

и тревожное предчувствие болезненно колет мою грудь.

— О чём ты? — напряжённо спрашивает Фортунат, однако Нона отвечает не внятно:

— Вы не поверите мне. Я должна показать. Но не могу, потому что авгуры этого не допустят. Поэтому я должна уйти из Фрактала, хотя бы на время. Помогите мне это сделать.

— Что ты говоришь?!

Я рвусь к ней, но она отступает, как от огня, переводя взгляд, полный страха, на Фортуната, чьи плечи напрягаются, а позади него в воздухе появляется пока ещё едва заметный лиловый образ.

— Не откликайся. Пожалуйста, — просит Нона, отступая обратно к пещере, откуда пришла.

Я хватаю её за руку, потому что не хочу отпускать, вновь не получив ответов. Парень замечает и узкий проход, на который с тоской поглядывает Нона, и то, как я цепляюсь за ладонь подруги.

— Прошу вас, поверьте: я ничего не сделала, — едва не горестно шепчет девушка.

Мы с Фортунатом переглядываемся. Похоже, он, как и я, понятия не имеет, что случилось, но в его взгляде я читаю собственные мысли, которые уже приходили ко мне не раз: «Стоит ли доверять Ноне после всего, что происходило? Ведь ближним не доверять точно нет ни единой причины…»

Нона прогнала фантом Гилара. Я проигнорировала приказ Авреи. Если Фортунат прогонит и её фантом, всем нам троим не избежать неприятностей.

Тени в глазах парня появляются лишь на мгновение, но для меня этого достаточно: я уже знаю, как он поступит…

Фортунат оборачивается, и образ авгуры, хотя и остаётся лиловым, становится настолько чётким и ярким, что я могу увидеть не просто Аврею в полный рост, но даже различить пламя, бушующее в её глазах, пускай не цвета охры, а нежно-фиолетового оттенка.

— Не упусти Нону, — велит авгура таким тоном, что по моей спине проходит холодок. — И Габриэллу. Она ей помогает.

Взгляд Фортуната, ошеломлённый и разочарованный, останавливается на моей подруге, а потом перепрыгивает на меня. Только ни ошеломление, ни разочарование не исчезают…

Нона резко вырывается из моих рук, пытаясь убежать к пещере, и я даже не успеваю отреагировать, но девушка замирает, словно не может дальше двинуться. И вдруг я чувствую то, что застало её врасплох.

Чужие взгляды и мысли блуждают по нам, словно касаются физически. Пускай и притуплённо, но ощущаются эмоции ближних: вопрошающая растерянность, затхлый страх, колкое осуждение.

Я

хочу стряхнуть всё это с себя. Спрятаться. Земля качается, и, похоже, в любой момент может разверзнуться, образовав бездну, в которую я упаду.

Нона оборачивается ко мне. Её взгляд нервно бегает, ладони дрожат. С ужасом догадываюсь, что произошло, но заставляю себя повернуться.

На площадку, окружённую горами, выходят эдемы — те, что преследовали нас от самого Гористого венка. Сначала их всего пятеро, но потом становится всё больше и больше.

За спиной — Водопад, впереди — другая стихия, и я понятия не имею, чьему строгому суду доверить свою жизнь, а главное: когда и как я стала подсудимой.

Люди замедляют шаг, пока не останавливаются полукругом. Они расступаются, и вперёд выходит Аврея. Это уже наша третья встреча за день, и судя по искажённому эмоциями лицу авгуры, эта будет последней на сегодня и самой не приятной…

Она смотрит на нас одновременно с горечью разочарования и радостью победы.

Проходит несколько минут. Молчание затягивается, и я не сразу понимаю, чего мы ждём. А потом… озарение, кого мы дожидаемся, ударяет, как гром.

Верховную авгуру.

Мои ноги подкашиваются.

Не знаю, что сделала Нона, но авгурам её проделки явно надоели. А я заступилась за подругу. Снова.

Стыд поднимается в моей груди, растекается по телу и просвечивается сквозь кожу, бросая меня в краску. Страх сковывает руки и ноги, сжимая их, словно плющ.

На этот раз подруге не избежать Народного суда.

Вполне возможно, что и мне тоже.

Я ощущаю присутствие нашей Верховной авгуры за несколько секунд до того, как она проходит между подданных.

Многочисленные цветы и ветви плотно укрывают хрупкое тело. Она не любит носить пустышки: предпочитает живые растения. Из-за этого её одежда шевелится и меняет форму. Авгура плывёт по земле так медленно, словно в запасе миллионы лет.

Делаю вдох и поднимаю взгляд.

Коса, отливающая серебром и золотом одновременно, как змея, сползает по плечу. Лицо выглядит молодым, но возраст выдаёт коса серебристого цвета — оттенка, какого нет больше ни у кого в целом Фрактале, и глаза, менее яркие, чем у других эдемов.

Я заставляю себя встретиться с женщиной взглядом. Того понимающего, которым она смотрела на меня утром, нет и в помине. Нежная улыбка, что украшала её лицо прежде, сейчас не касается губ.

В серо-зелёных глазах оседает разочарование. Взгляд вождя проникает мне в самую душу. Я слишком хорошо понимаю чувства, отразившиеся на лице женщины: моя подруга попалась. А вместе с ней и я. Не в первый раз.

Больше бабушка не будет читать нравоучения моей подруге. Сегодня она будет судить её, как Верховная авгура.