Клетка
Шрифт:
В кабинете доктора Купера все было как обычно, все тот же травяной чай на столике, который ассистентка приносила к моему приходу. Книги, без которых не обходился ни один психолог – такие, как «Введение в психоанализ» Зигмунда Фрейда, «Психология влияния» Роберта Чалдини и все остальные – располагались на полках в той же последовательности.
В кабинете пахло ароматной мятой, что облегчало мне многочасовое нахождение в чане своих страхов и проблем. Впервые мне приходилось ожидать появления доктора. Чаще всего, что не удивительно, опаздывала я. Когда залезла в телефон от скуки, тотчас же отворилась дверь, и в кабинет зашла уверенным
– Дель, добрый день. Я доктор Лора, теперь я ваш психотерапевт, – представилась она.
Мне казалось, будто я неправильно услышала ее фразу, и я переспросила снова.
– Понимаю твою растерянность, но я уверена: мы с тобой добьёмся хороших результатов.
– А что с доктором Купером? Он ведёт меня уже многие годы, знает все о моих проблемах. Я не понимаю, что происходит и где мой доктор? – возмущалась я, не на шутку запереживав.
– Не буду ходить вокруг да около. Доктор Купер сейчас под следствием.
– Уверена, это недоразумение …
Я не успела договорить.
– Доктор Купер, мягко выражаясь, некомпетентно вёл работу.
– Он хоть и нудный тип, но психотерапевт лучший в округе.
– Вряд ли назначение препаратов, усугубляющих состояние пациента, которые он, вам в том числе, назначал, можно считать профессионализмом. На протяжении больше десяти лет вы принимали препараты, нарушающие память и блокирующие восстановление нейронных связей, что, собственно, не помогало, а вредило вашему здоровью. Удивительно, как вы до сих пор не потеряли память, – голос ее то стихал, то набирал высоту, пока она раскладывала блокноты и иные предметы на столе и располагалась на рабочем месте. – Мы осведомлены о доверительной связи вашей матери, миссис Лили Ричмен – многоуважаемой в медицине персоны, и доктора Купера. Но, Дель, если хочешь выкарабкаться, ты должна пообещать мне, что ни слова не скажешь ей, она ни при каких обстоятельствах не должна знать о смене лечащего врача.
– Но ведь…
Лора не дала мне договорить в очередной раз и продолжала своим поставленным голосом засыпать меня окутывающими волнением откровениями.
– Со своей стороны даю гарантию, что доктор Купер будет подтверждать, как и ранее, каждый твой визит. Ты взрослая девочка и должна принимать решения самостоятельно. Все выглядит странно, – встала она вновь со своего кресла, – но только ты решаешь. Поэтому делай выбор, я не намерена тебя убеждать.
Скептические мысли не давали расслабиться и здраво оценивать ситуацию, впервые за свои двадцать лет я столкнулась с нелегким выбором и необходимостью принимать решения, и он никак не был из разряда: какой вечерний наряд или какой ресторан для ужина выбрать. К такому я не была готова. Пугали обстоятельства, но Лора дала почувствовать полную уверенность, что ей от меня ничего не нужно. Хотя, возможно, она копала под мою мать. Успех других людей часто не даёт покоя многим, кто так и не вырвался из круга, замыкаемого ленью. Мы проходили множество попыток не столько забрать себе, а разрушить чужое, чтобы всем было так плохо, как и им. Несмотря на внутреннее противоречие, которое Лора считывала как профессионал, я все же дала согласие.
– Внимательно изучив твою медицинскую карту, я решила начать с отмены всех препаратов доктора Купера, но мы должны сделать это постепенно, уменьшая дозу
Мне не доставляло удовольствия пересказывать все заново, потому что в моей карте все и так было указано, и Лора прекрасно была осведомлена обо всем; складывалось впечатление, что она попусту издевалась.
– Как ты можешь охарактеризовать ваши взаимоотношения в семье, когда ты была ребёнком?
– Все прекрасно! – повертела я головой, посчитав вопрос глупым.
– Подробнее о том, как мама относилась к тебе?
– Прекрасно! – повторила я, немного напрягаясь от ее откровенного интереса к моей матери. – Моя мама очень любящая и заботливая, она всегда ласкова со мной. Если вы намекаете на ее гиперзаботу, то это вполне объяснимо: она потеряла маленького ребёнка, ее можно понять.
Лора все так же профессионально улыбалась мне, что уже немного выводило из себя:
– Я говорю о вашем детстве, как именно проявлялась ее любовь к маленькой Дель?
Наглый напор доктора Лоры подобно скоростному поезду, сносящему все на своём пути, измельчил под тяжестью железных колёс все картинки в моей голове. Я не могла вспомнить ни одного фрагмента из детства. Дискомфорт, вызванный своим провалом, невозможностью воспроизвести ни одного воспоминания, заставлял нервно ерзать на диване и с силой расковыривать ногтем шов на мягкой обивке.
– Если вы думаете, что я не понимаю вашу истинную цель нахождения здесь, вы глубоко ошибаетесь. Это не первый случай, когда пытаются подобраться к моей матери. И поверьте, когда она узнает о ваших махинациях, вам несдобровать.
Эффектно встать с мягчайшего и глубоко проваливающегося дивана оказалась не так-то просто, пришлось применить усилие, и с третьей попытки я встала на ноги и направилась к выходу.
– Дель, – окликнула она меня. – Только ты в силах себя спасти.
Мой яростный удар, которым я закрыла деревянную дверь в кабинет, стал моим ответом. Все тело постепенно, начав с груди, поражала дрожь, будто по коже и внутри меня разбегалась куча маленьких насекомых, перебирая крохотными, но многочисленными лапками.
Сев в авто, я достала успокоительные, назначенные доктором Купером; положив в ладонь одну таблетку, не сразу решилась ее принять, в голове не было никаких размышлений, нервный всплеск не давал возможности думать, но по необъяснимой причине я положила таблетку обратно в коробку. Трясущимися руками не сразу удалось завести автомобиль. Я спешила домой, чтобы рассказать все маме, но не могла дождаться, когда полностью успокоюсь, и с дрожащими руками крутила руль авто, боясь врезаться во что-то.
Заходя домой, я увидела припаркованный «Мерседес» мистера Фроста – отца Джа. Не раздумывая, побежала к их дому и позвонила в дверь. Открыл – как всегда, с жизнерадостной улыбкой – сам мистер Фрост.
– Привет, Дель, Джамал ещё не вернулся, – сказал он.
– Мне нужно поговорить не с ним, а с вами.
Как только я заговорила, мистер Фрост поменялся в лице и поспешно провёл меня в дом.
Торопясь, я рассказала ему все случившееся, как ребёнок жаловался на доставучего драчуна в классе. Как глава, держащий под контролем все здравоохранение штата, мистер Фрост должен был быть в курсе отстранения такого специалиста, как мистер Купер.