Клан
Шрифт:
— А-а-а! — Бросился мертвец на него, но как только швед прикрыл лицо от укола щитом, Дикулин подался назад, опуская клинок и со всех сил рубанул им по коленям. Он промахнулся всего чуть-чуть, но лезвие все равно резануло сотника выше поножей, начисто отсекая одну голень и надламывая другую.
Алексей посторонился, пропуская падающего врага, и запрыгнул ему на спину, готовясь приступить к разделке.
— Достаточно! — прозвучал в ушах голос номарии. — Испытание закончено. Оставь меч и выйди из подвала. Тебя проводят в твою комнату.
Дикулин, тяжело дыша,
Тут же темнота поползла в стороны, утаскивая в своих объятиях и земляной пол, и тело на нем, и обломки ящика, и даже заплесневелый потолок. Прошло минуты полторы, и стало ясно, что все действо происходило во все том же бальном зале, уставленном тренажерами и столами. Правда, на этот раз девять из женщин клана не участвовали в представлении, а сидели на стульях вдоль стены, наблюдая за ним.
— Итак, сестры, — поднялась со своего места номария, дошла до того места, где происходила схватка, потрогала кончиком пальца ноги девственно глянцевый паркет, — избранник Елены прошел испытание. Он признался в неверии в Великого, однако поклялся служить ему из благодарности к клану. Мне показалось это более… надежным, нежели ложная клятва. Он не испугался и не убежал от мертвого врага, он проявил находчивость, хладнокровие в опасной обстановке и умение владеть как обычным оружием, так и деревенской магией. Я считаю, сестры, мы не зря закрыли перед ним врата. Елена права, он может нам пригодиться. Вот только в качестве кого? Харкана? — резко повернулась номария к сидящей крайней блондинке лет сорока.
— Мне он понравился, сестры. Смелый и ловкий боец.
— Агриппина?
— Для мужчины, учитывая к тому же скудность магических познаний, он действовал довольно ловко. Мне он понравился.
— Анатолия?
— Нет! — Женщина с крупными скулами и маленькими въедливыми глазками, в синей юбке, поднялась со своего места, сделала пару шагов вперед. Она прикрыла лицо руками, собираясь с мыслями, потом выпрямилась: — Сестры! Мы увидели хорошего мальчика. Смелого, ловкого, находчивого. Он хороший боец. Но он всего лишь боец! Зачем он Великому? У Нефелима и без того хватает телохранителей, оставленных Мудрым Хентиаменти. Что изменит появление или исчезновение еще одного?
— Вивиты Хентиаменти не знакомы с нынешними реалиями! — крикнула от самых дверей Лена. — Прости, что перебиваю, сестра, но мир изменился. Этот воин может заполнить пробел, защитить Великого в новых условиях.
— Защитить Великого можем и мы, — покачала головой женщина. — Его могут закрыть собой телохранители Хентиаменти. Ему не нужен еще один боец. Сошедшему с Небес в случае пробуждения потребуется полководец. Мальчик хорошо дрался сам. Но сможет ли он вести за собой армии? Нам не
Женщина вернулась на свое место, и номария продолжила опрос:
— Виктория?
— Я согласна с Анатолией. Мы не должны размениваться на отдельных бойцов. Для Великого нужно вызвать бога войны.
— Жанна?
— Я за бога войны.
— Асия?
— Нам нужен бог войны.
— Сахеба?
— Бог войны.
— Да, это так, — кивнула старуха, медленно подходя к Лене. — Девочка моя, ты хотела найти для Великого личного воина, полководца для отрядов нового времени. Но сестры, пожалуй, правы. Бог войны будет куда лучшим полководцем, нежели храбрый мальчишка, обычный малоопытный маг. Что скажешь ты?
— Если так считают сестры… — Лена прикусила губу. — Если так считает клан и так будет лучше для Великого… Тогда… Тогда я согласна. Мы будем вызывать бога войны.
Алексей, вытираясь, вышел из ванной — Лена поднялась из кресла, шагнула навстречу, крепко обняла.
— Ты чего? — удивился тот.
— Соскучилась.
— Это хорошо, — усмехнулся Дикулин. — А что, я мылся так долго?
— Одевайся, нам пора.
— Куда?
— Я… Потом скажу.
На этот раз они поднялись наверх, под самую крышу. Чердак старинного особняка был превращен в зимний сад: под льющимся из широких мансардных окон светом жизнерадостно зеленели папоротники, фикусы и монстеры, проходы между кадушками желтели от мелкого речного песка. Краем глаза Алексей заметил в одном из окон купол Исаакиевского собора с крестом, остановился. Надо же, Исаакий! Как близко. Но все равно — не дотянешься.
— Ты чего? — удивилась Лена.
— Скажи мне, девственница из клана Нефелима, я здесь в тюрьме? Теперь мне уже никогда не выйти отсюда?
— Нет, почему. Ты принесешь клятву и так же, как и я, сможешь уходить, вести свою жизнь и возвращаться, когда возникнет желание или когда тебя позовут. Но, понимаешь…
Она положила на плетеный столик меч, в котором черный обсидиановый стержень был зажат между двумя остро отточенными стальными полосами.
— Что это?
— Ритуальный меч. Обсидиан — это священный камень, не позволяющий использовать магию во время поединка. Он будет честным.
— Я не про то, — мотнул головой Алексей. — Зачем здесь этот меч? Какой еще поединок?
— Я же рассказывала тебе историю клана, Леша, — тихо напомнила девушка. — Когда-то мы забирали в клан одного мужчину. Он принадлежал всем женщинам, все женщины принадлежали ему. К тому же некоторые обряды вынуждают нас использовать именно мужчину для совершения магических действий. С тех пор многое изменилось, проблема рождения детей утратила былую сложность. Но закон клана суров и категоричен. О клане может знать только один мужчина. Только один. Двое — это уже много. Это опасно для нашей цели. Это закон.