Клан волчицы
Шрифт:
— Кроме того, в твое отсутствие кто-то выплатил ваш долг по закладной. Это большие деньги, Анаид! Очень большие!
Карен неуверенно переминалась с ноги на ногу. Теперь, взвалив свои сомнения на чужие плечи, она чувствовала себя виноватой.
— Прости, Анаид, но я должна была сказать тебе это.
Понурившись, Карен вышла из дома. От того, что она выговорилась, легче ей не стало. Наоборот, теперь она переживала не только за Селену, но и за Анаид.
Оставшись одна, Анаид проглотила слезы и бросилась в спальню Селены. Теперь она
Не зная, что ищет, Анаид перевернула вверх дном все шкафы. Наконец она нашла старую обувную коробку, на которой неровным почерком Селены было написано: «Моя маленькая Анаид».
В коробке лежали малюсенькие лакированные башмачки, — наверное, первая обувь Анаид, — перламутровая шкатулка с молочными зубами и медальон на серебряной цепочке.
Дрожащими пальцами Анаид долго не могла открыть медальон.
Наконец он раскрылся, и девушка долго умиленно разглядывала его содержимое, чувствуя, как уходят из ее сердца тревога и беспокойство.
В одной половинке медальона была ее детская фотография, а в другой — рыжий локон Селены. В закрытом медальоне волосы касались фотографии, связуя мать и дочь.
Облегченно вздохнув, Анаид повесила медальон на шею рядом с мешочком, в котором лежали ее палочка и атам. Медальон с волосами матери почти касался ее сердца.
Анаид взглянула на часы. Она не могла ждать ночи. Необходимо было поговорить с привидениями.
В спальне Анаид царил полный мрак, но привидений там не было.
Анаид приказала им явиться. Приказывать пришлось несколько раз. Наконец послышались глухие голоса. Рыцарь и дама извинились перед девочкой за то, что не могут предстать перед ней, и поведали, как госпожа Олав лишила их зримого облика. Анаид выругалась.
— Повелеваю вам явиться видимыми и говорящими в мир, где вы обречены скитаться! — произнесла девушка, рисуя в воздухе магические знаки своей березовой палочкой.
В спальне тут же возникли два всклокоченных облачка, на глазах преобразившиеся в рыцаря и даму. У последних был неподдельно удивленный вид.
— О прекрасная дева, неужели это действительно ты?!
— Неужели ты так сильна, что способна разрушить чары одиоры?!
Однако у Анаид не было времени слушать льстивые речи привидений.
— Я пришла выполнить обещание и освободить вас, но перед этим вы должны вызвать мне Деметру.
Рыцарь и дама переглянулись, улыбнулись и одновременно исчезли.
Анаид ждала с нетерпением и очень обрадовалась их возвращению.
— Деметра ждет тебя в пещере на закате солнца. Приходи туда до того, как в лесу исчезнет последний солнечный луч.
— А я-то думала, она появится вместе с вами! — разочарованно пробормотала Анаид.
— О прекрасная дева, мертвецы всегда сами назначают место встречи с живыми. Их воля — закон.
— Не так-то просто уговорить мертвеца явиться.
— Многие отказываются и негодуют, когда нарушают их покой.
— Ладно, —
— Но, красавица, это нечестно!
— Умоляем, освободите нас прямо сейчас!
Однако Анаид решила, что призракам стоит подумать о своем поведении.
— Не надо меня умолять. Вспомните лучше, кто сообщил Кристине Олав, что я отправилась на Сицилию!
С этими словами Анаид вышла из спальни, оставив привидения в полной растерянности.
Анаид успела к назначенному Деметрой часу.
В пещере девочка вздрагивала от каждого шороха, пугаясь игры света и тени от своего газового фонаря. Каждый хоть немного причудливый сталактит или сталагмит казался ей тенью бабушки.
Деметра же явилась в неожиданном обличье.
Из глубин пещеры появилась крупная серая волчица. Взглянув на Анаид умными глазами, она приветствовала ее воем.
Анаид поняла, что это Деметра, и хотела ее обнять, но волчица отскочила в сторону и заговорила с девочкой на волчьем языке.
— Тебя ждут, Анаид. Времени очень мало. Не бойся, я защищу тебя от них.
— От кого?
— Неважно. Они знают, что ты придешь, но не пугайся и не оглядывайся. Пока я здесь, никто не ударит тебя в спину… Ты еще не передумала отправиться на поиски Селены?
— Нет.
— Тогда ступай по Солнечной дороге прямо сейчас. Оседлай последний солнечный луч.
— Я должна узнать, не предала ли нас мама! — заломив руки, пробормотала Анаид.
— Ты вернешься, с Селеной или без нее, — словно не слыша слов девушки, продолжала волчица, — верхом на первом луче солнца. Смотри, не прозевай его, а то останешься во мраке навсегда!
— А как же я пойму, не превратилась ли Селена в одиору?
— Будь все так просто, на твоем месте мог бы быть любой другой. Решать предстоит тебе, и это будет труднее всего… А теперь ступай за мной — и не оглядывайся!
Вскочив, Анаид устремилась в лес за старой волчицей, бежавшей самой короткой, известной лишь ей, дорогой.
Девушка чувствовала опасность. Чьи-то горящие взгляды сквозь листву дубов жгли ей спину. Доносившиеся со всех сторон шорохи уговаривали Анаид остановиться. Девушке ужасно хотелось оглянуться, но она сдержалась.
Наконец они с волчицей добежали до поляны — как раз в тот момент, когда с ней прощался последний луч вечернего солнца.
— Прыгай на него и скачи! — приказала волчица.
За спиной у Анаид раздалось страшное рычанье.
Девочка замерла. Завывая и рыча, волчица отчаянно с кем-то дралась.
Девушка заколебалась. Ей ужасно хотелось помочь бабушке — но вспомнив предупреждение Деметры, она подумала, что призрачной волчице вряд ли можно сильно навредить, и поборола свои сомнения.
— Скачи! — крикнула Деметра. Повинуясь приказу, Анаид вскочила на солнечный луч. С пылающими пламенем волосами она помчалась на солнечном луче и растаяла вместе с ним. На землю пал мрак.