Клан Мамонта

Калашников Сергей Александрович

Сейчас расходовали заранее сделанные запасы чугуна, железа и привозной меди. Меди было немного. Но на приготовление к следующему сезону моторов для разведок и поисков её должно было хватить. Тем более, что прогоревшие днища котлов переливали в новые, более стойкие - ремонт ранее сделанных Стирлингов время от времени проводился.

Переход из осени в зиму - спокойное время, когда продовольственные запасы уже сделаны, поленницы дров и штабеля торфяного угля сложены под навесами и почти все дома - дело только за оленеводами, которые сейчас гонят сюда стадо из тундростепи. По всем расчётам

они должны были появиться вот-вот. В разгар дня, когда завтрак давно закончился, а ужин и не думал начинаться, в столовой сидела большая компания любителей судостроения - обсуждали Димкин проект большого корабля, рассчитанного на плавание, как в реке, так и в море.

Стеариновые свечи давали неяркое, но ровное освещение на стену с развешенными по ней эскизами.

– А чего борт такой высокий?
– недоумевал Серый.
– Как мы с него до воды вёслами дотянемся?

– Опять же высокий борт тяжелее низкого, - соглашалась Лида. То есть от этого возрастёт осадка.

– А без осадки его любой волной перевернет, - сопротивлялся Пашка.
– Или той же волной накроет и вдавит в воду.

– Палуба не пустит воду внутрь, - настаивал Серый.

– Да его просто переломит, - возражал Димка.
– При маленьком вертикальном размере не будет пространственного каркаса, дающего прочность на такой длине.

– Какого каркаса?
– уточнил Веник.

– Который не даст корпусу свернуться пропеллером вокруг киля.

Диспут затих - все принялись что-то соображать, шевеля, кто губами, кто пальцами.

– Ты что, прочность рассчитал?
– изумился Саня.

– Нет, мысленно прикинул.

Открылась дверь входного тамбура и в столовую вошли два незнакомца в вонючих шкурах. Один с жиденькой растительностью на лице, а второй - полноценно бородатый.

– Бо Тан Том, - представился первый.
– Просторный чум, - обвел он рукой вокруг себя.
– Яркий факел, - добавил, указывая на свечу.

– Шеф Ве Ник, - отрекомендовался Веник, и кивнул Любаше. Та начала распоряжаться, посылая женщин затапливать мыльни и нести из кладовой копчёных гусей.
– Проходи Том к нашему мужскому костру, - разговор шёл на чистом местном языке, а у него специфическая терминология.
– Женщины уже несут угощение. Твой товарищ тоже желанный встречный в этом чуме.

– Шеф! Толпа степняков топчется среди посёлка. Глазеют, - заскочившая следом за незнакомцами девчонка из своих, клановских, зыркнула на бородача и отступила в сторону.

– Проси, - кивнул Шеф.
– Люб! Больше гусей на стол.

В столовую стали заходить всё новые и новые люди. Их рассаживали за столы - к возможности получить пополнение в клане всегда относились с интересом. Венику и Кыпу пришлось разделить с пришедшими трапезу - таков местный этикет. То есть мужчины устроились за одним столом, а женщины с детьми - за другим. Компанию им составили Эля и Ленка.

Как ни странно, бородатый сел среди женщин, и мужчин это не смутило.

– В этом году был хороший урожай орехов, - завёл пристойные речи Кып, как только Шеф накромсал гуся и раздал порции гостям-мужчинам.

– А лед покрывает воду, - согласился Том.
– Разве гуси не улетели?

–

Эти гуси добыты, когда листья ещё были на деревьях. Дым и соль помогли им дождаться вас, - объяснил Кып.

– Отведайте этой пищи, - Веник принял из рук Любаши низкую корзинку.
– Она приготовлена из желудей, - предложил он охотникам свежего желудёвого хлеба.

– Незнакомая, - согласился самый молодой из охотников и уставился на тарелку с ломтиками жареных корней тростника.
– А эту еду я знаю. Но тут она мягче, - копируя манеры хозяев, он зачерпнул ложкой, прожевал и проглотил.

Молотили гости так, что только за ушами трещало, а хозяева отведывали неспешно, в основном ради соблюдения приличий. Лишние из столовой быстренько вымелись - Любаша позаботилась - поняла, что массовка сейчас ни к чему, потому что дипломатия - дело тонкое.

Спустя какое-то время гости наелись - видно было, что в них больше не входит. Некоторые звучно рыгали - верный признак, что достаточно. То есть - можно и о делах поговорить.

– Лем, ты пришёл?
– спросил предводитель посетителей у бородача, сидевшего неподалеку, но за другим, женским столом.

Тот кивнул, порылся в своих шкурах, что-то достал и по цепочке отправил своему вождю. Пока предмет передавали из рук в руки, Веник успел разглядеть перочинный ножик. Обычный, без особенностей, с несколькими лезвиями.

Получив его, Том удовлетворённо хмыкнул и спрятал среди своей одежды.

– У твоего костра тепло и сытно, Шеф, - сказал он вставая.
– Нас ждёт далёкий путь.

– Не торопись, Том. Ты и твоё племя может дождаться у нашего костра появления новой травы - тогда дорога будет короче, - Веник сделал знак Сане, который тут же на пару с Димкой аккуратно под ручки вывел бородача и повлёк его наружу. К мыльне, конечно. Следом прошла Лариска с комплектом чистой одежды и Толян со своим маникюрным набором - клан успел мобилизоваться. Из бородача сейчас сделают человека, а всё остальное подождёт.

Соплеменники Тома, тем временем, разомлели от тепла и обильной еды - обратно в холод ноябрьского дня они не спешили.

– Расскажи мне об этом человеке, - Веник руками очертил бороду.

***

– Третьяков! Можешь отпустить мою руку. Я иду с вами охотно. И ты, Плетнёв! Ну что ты в меня вцепился, как клещ!

– Леонид Максимович!
– оба парня замерли на месте.
– Вы за нами прибыли? Заберёте обратно? Домой?

– Увы.
– Развёл руками учитель физики.- Я попал сюда случайно. Думаю, тем же способом, что и вы. А куда вы меня так резво потащили?

– Мыться, стричься, маникюр-педикюр. Вот же облом!
– воскликнул Димка.
– А у меня просто сердце зашлось от радости.

– От какой такой радости?
– это подошедшая следом Лариска остановилась со свёртком одежды.
– И почему вы по-русски разговариваете? Он что...? Что-о? Из нашего времени? За нами?
– уронив свою ношу, она бросилась на шею бородачу.

– Из нашего. Ой, да не душите меня. Просто уму непостижимо, какие тут все могучие. Расплющите мои кости, ей богу расплющите.