Клан Кречета
Шрифт:
– А ты не знала, что Джоанна теперь служит под моим началом?
– Нет, не знала. Я думала, что она, должно быть, уже мертва.
Он рассказал ей, как Джоанна вымуштровала Соколиную Стражу, превратив ее в превосходную боевую часть.
– Ты уходишь от моего вопроса, Эйден Прайд. О совещании и о том, что в нем тебе кажется банальным.
– Вспомним кадетские времена. Я много думал, что значит быть воином. По моим представлениям, клановый воин никогда не оглядывается.
– Согласна. Я тоже думала об этом.
– Тогда, наверное, ты также согласишься, что настоящий
– В действительности нет. Но в крупных военных кампаниях бывают и осложнения, когда после первого вызова требуется перераспределение заявок.
– Наверное, но это больше похоже на образ мышления сфероидов. Какую Звездную Лигу построят кланы, думая так же, как обитатели Внутренней Сферы?
Марта пожала плечами.
– Если это послужит для тебя утешением, то многие клановые офицеры разделяют твое мнение. Что-нибудь можно будет сделать.
– Но разве это по-клановски? Разве мы решаем дела через политическую софистику? Это опять Внутренняя Сфера. И эти дебаты – это тоже Внутренняя Сфера. Разве в тактике ведения войны мы руководствуемся стремлением к минимальным потерям?
– Но тогда чего ты желаешь?
– Чего я хочу? Не знаю. Думаю, что хочу победить или потерпеть поражение. Однако если мне суждено потерпеть поражение, то это будет зависеть от моих сил и опыта, но не от сложных проектов, созданных вождями клана ради разрушения сложных планов вождей противника.
– Ну, ты скорее всего немного наивен, но...
– Наивен?
– Тогда склонен к идеализму.
– Смотри, Марта.
Отойдя от нее, он направился в круг собравшихся, где высокая дискуссия уже опустилась до уровня перебранок о том, какое количество личного состава следует использовать в бою за каждый мост. Растолкав локтями командиров, Эйден крикнул:
– К черту весь этот спор! Забудьте об артиллерийском прикрытии. Забудьте о подсчете личного состава. Я полковник Эйден Прайд. Ставлю Соколиную Стражу за право взять оба моста!
Хан Вандерван Чистоу поднял левую руку, чтобы Эйден попридержал язык.
– Полковник, я не разрешал выдвигать заявки на эти объекты.
– Да, Хан, – ответил Эйден. – Я понимаю. Но тем не менее Соколиная Стража требует для себя права взять мосты через реку Рилен.
– Соколиная Стража? Ха! – воскликнул офицер, стоявший в нескольких метрах от Эйдена.
Эйден тотчас узнал этот насмешливый тон, который ему так часто приходилось слышать.
Он обернулся и увидел, что Марта внимательно его рассматривает. Она едва заметно кивнула, словно в знак одобрения.
– Если заявки запрещены, то дайте Соколиной Страже приказ и вы сможете прекратить эти бесконечные споры.
Возгласы протеста послышались и от остальных командиров.
– Это позор для нас – разрешить Соколиной Страже вести Клан Кречета в бой, – заявила женщина, в которой Эйден узнал полковника-воительницу по имени Сенса Ортега. О ней говорили как
Другие поддержали ее, в том числе и генерал Май Кельми. Эйден почувствовал, что ведет в штабе заранее проигранное сражение. И Хан, и Май Кельми считали, что требование Эйдена было чистой бравадой. Конечно, Эйден Прайд понимал их точку зрения. Авангард клана имел огромное значение на этом рубеже военных действий. Мосты представляли собой первый, и главный, этап борьбы на Токайдо. Но все же несправедливо было судить его Соколиную Стражу за позор, перенесенный из-за Адлера Мальтуса. Выдвинув заявку, Эйден не мог просто так отступить.
– Если вы не желаете поставить Соколиную Стражу во главе атаки, то, по крайней мере, прекратите эту глупую перебранку по поводу технических деталей. Любая часть Клана Кречета может достойно вести остальных. Сейчас мы теряем время. Давайте закончим споры и займемся делом!
Удивительно, но эта страстная риторика вызвала одобрение многих воинов. Некоторые даже стали подталкивать друг друга, что-то возбужденно выкрикивая. И опять Хан поднял руку, требуя тишины.
– Полковник Эйден Прайд сказал хорошо. Мы должны оставить пустую игру слов. Время драться!
Повернувшись к Эйдену, он заговорил мягче:
– Я должен похвалить тебя за желание драться, но еще не пришло время для воинов Соколиной Стражи вести в бой остальных. Этой чести вас удостоят где-нибудь на другой планете. Однако, полковник, столкновения с ком-гвардейцами уже начались, и я приказываю вам идти на прорыв, где только возможно, чтобы войти в Эйлал. Этой чести будет вполне достаточно для твоих воинов, даже если не вы первыми возьмете мосты.
Возвращаясь к месту, где стояла Марта, Эйден прошел мимо нескольких офицеров, кидавших ему вслед насмешливые реплики и нелестные слова. Если битва за Токайдо не была бы так важна, Эйден рискнул бы затеять несколько дуэлей еще до того, как добрался до Марты.
– Ты мало изменился, я вижу, – сказала она.
– Речь идет о моей репутации прыгуна-выше-собственной-головы?
– Возможно. Но, наверное, я назвала бы это некоторым недостатком проницательности. Будь ты более проницательным, то взял бы на вооружение некоторые приемы Внутренней Сферы.
Эйден решил не продолжать дискуссию. Вместо этого он произнес:
– Когда-то, Марта, когда мы были очень молодыми, ты сказала, что любишь меня. Детские разговоры, как позже ты заявила. Ты сказала, что воин клана не должен любить. Что ты ощущаешь теперь?
– У меня нет мыслей по этому поводу. Могу сказать: то, что я чувствовала в сиб-группе, до сих пор правда. Тогда мы были близки. Но мы вышли из детского возраста. Думаю, что все-таки мы были друзьями.
– Не совсем клановское слово... друзья.
– Да. Но я хотела бы, чтобы мы были близки всегда. Это не любовь, наверное. Но это правда.
– Я буду рад этому. Марта.
– И, наверное, после боя тебе стоит провести некоторое время в моем жилище. Или я могла бы прийти к тебе.
Новый сюрприз! Ведь они не занимались сексом еще с кадетских дней.