Китти
Шрифт:
Она тихо заплакала, теперь уже не для того, чтобы его разжалобить; она не могла удержать слез.
– В недурную кашу мы попали, – наконец, сказал он. – Не надо терять голову. Слезы ничему не помогут.
В
– Это нс моя вина, Чарли. Что я могла сделать?
– Конечно, ничего. Нам просто чертовски не повезло. Я столько же виноват, как и ты. Теперь нам остается придумать, как выпутаться из этого положения. Я думаю, что ты так же мало желаешь развода, как и я.
Она едва удержала вздох отчаяния и испытующе посмотрела на него. По видимому, он совсем не думал о ней.
– Не могу придумать, какие собственно доказательства у него есть. Мне кажется, он даже не может доказать, что мы оба были тогда в комнате. В сущности, мы были очень осторожны. Хозяин антикварной лавки нас никогда бы не выдал. Даже если бы твой муж видел нас там, что же из того? Пошли вместе взглянуть, не найдется ли какой- нибудь интересной вещицы у китайца.
Он точно говорил сам с собой, не обращаясь к ней.
– Легко взводить обвинения, но чертовски трудно их доказать. Всякий
– Я не могу выступить перед судом, Чарли.
– Почему нет? Боюсь, что тебе придется это претерпеть. Не можем же мы не защищаться.
– Зачем нам защищаться?
– Что за вопрос? Ведь это дело касается не тебя одной, ведь я тут замешан. Я все-таки думаю, что тебе бояться нечего. Мы как-нибудь уговорим твоего мужа. Меня только беспокоит, что я не могу решить, как лучше за него взяться.
Вдруг, точно у него мелькнуло новое соображение, он обратился к ней с улыбкой на лице. Тон его, до этой минуты резкий, деловой, изменился. Он заговорил любезно, вкрадчиво.
– Мне жаль, что тебе так тяжело. Такая неприятность! – Он ласково взял ее руку. – В здоровую беду мы попали, но мы вылезем из нее. Не в… – он замолчал, и Китти показалось, что он чуть не проговорился, что ему не впервые выворачиваться из подобного положения. – Главное – сохранить присутствие духа. Ты знаешь, что я никогда от тебя не отступлюсь.
Конец ознакомительного фрагмента.