Шрифт:
Одна девушка, Катя, жила в своих снах. Ей снились совершенно потрясающие сны. В Катиных снах люди обитали в чудных домиках, стоявших в бескрайних цветочных полях, которые радугами уходили в ясное, теплое небо. Эти люди летали на своих домашних драконах, растили фруктовые сады, ловили рыбу, слушали ветер, вышивали бисером. Катя была одной из них, и она была счастлива. Но только в снах.
А Катина реальность была унылой. Катя работала корректором в глянцевом журнале, она таскалась в свой офис пять
Вдобавок Катю считали странной, почти все, да и ей самой мало нравились окружающие люди. Они были слишком нервными и непредсказуемыми. Когда кто-то вдруг решал объяснить Кате, на что именно она должна обратить внимание, вычитывая ряды новых слов, Катя ужасно пугалась. Она кивала и старалась понимать, но чужая речь текла куда-то мимо, мимо нее, превращаясь на лету в грозовую тучу. Катя смотрела, как эта туча клубится и вспыхивает — она была похожа на дым из ноздрей сердитого дракона, — а потом Катя замечала, что все прослушала. И переспросить уже неловко.
Катю бы выгнали, но она была очень хорошим корректором. А ей платили не так уж много денег — другой корректор захотел бы больше. Поэтому Катю просто считали странной.
По ночам Катя парила на драконе и пасла белоснежных овец в горах. Катины дни тянулись серо и безрадостно. Все было как всегда, но у Кати поменялся вдруг начальник. Этот новый начальник оказался не только нервным, но и очень энергичным. Он вызывал к себе Катю и говорил с ней так требовательно, что Катя совсем растерялась. Она не могла понять, чего он от нее ждет, а начальник злился, рисовал какие-то схемы, упорно объяснял новую отчетную систему и ни за что не оставлял Катю в покое. Катя и раньше ходила в свой офис с тоской, а теперь ей уже приходилось заставлять себя туда ходить. И однажды Катя решила, что ей надо бросить эту работу. И уехать куда-то далеко-далеко.
В тот день она не пошла на работу, а отправилась в посольство Китая. Была зима, солнце сияло. Снега в центре города почти не было — превращался в мокрую грязь и утекал в канализационные решетки. Но мороз кусался. Катя стояла в длинной очереди, и ей было холодно. Она привыкла быстро бегать с работы и на работу: Катя жила у метро, и работа была у метро. Катина одежда не была рассчитана на холод. Катя съежилась, ее нос покраснел, она нахохлилась как сердитый воробей.
— Замерзли, девушка? — спросил Катю молодой человек в смешной ушанке. Он улыбнулся Кате, весело потряс головой.
— Замерзла, — прошептала Катя. И улыбнулась в ответ.
— А вам срочно это — в посольство? — спросил молодой человек. — Может, придем завтра? Или чуть позже — вдруг народ рассосется. А сейчас кофе попьем где-нибудь? Что-то и я замерз.
— Я… — сказала Катя И запнулась. — Я не пью кофе.
— Ну, чай, — отозвался молодой человек. — Чай вы пьете?
— Чай
— Вот и пошли, — заключил молодой человек.
Она вытащил Катю из очереди, они торопливо зашагали вниз по улице и нырнули в ближайший кофейный подвальчик.
Катя боялась кофеен и молодых людей. Ей совсем не хотелось раздеваться, садиться за столик и вежливо, как в кино, беседовать о чем-то скучном. Но она не знала, как отказаться так, чтобы не обидеть молодого человека. Он показался ей симпатичным. И он был каким-то грустным. Его не хотелось обижать.
Поэтому Катя разделась, и села за столик, и решила, что постарается вести себя прилично.
— Не поделитесь, что у вас за дела в Китае? — спросил молодой человек. — Если это, конечно, не секрет.
— У меня там нет никаких дел, — сказала Катя. — Я просто хочу куда-нибудь уехать.
— В смысле, надолго? Эмигрировать?
— Ну… да, — сказала Катя.
— А почему в Китай? Неожиданный выбор.
— Мне кажется, там красиво, — сказала Катя. — И там живут драконы.
Она сказала это вполне серьезно, но молодой человек рассмеялся.
— Я тоже люблю драконов, — сказал он.
— А что вы с ними делаете? — спросила Катя.
— Я их рисую, — сказал молодой человек.
Молодого человека звали Кириллом, он был художником, и он тоже собирался в Китай надолго.
— Я бы сдал здесь квартиру, — сказал Кирилл. — А там поселился бы в зеленом недорогом районе. И рисовал бы все подряд.
— А почему здесь нельзя все подряд? — спросила Катя.
— Никому не нужны мои рисунки, — сказал Кирилл. — И денег нет. И вообще все как-то не складывается, знаете?
— Ага, — сказала Катя.
— Что, и у вас не складывается?
— Надо мной вообще все смеются, — сказала Катя.
— Почему?
— Ну… наверное, я какая-то не такая.
— А какая вы?
Катя пожала плечами.
— Боюсь людей, — сказала она. — Живу в снах.
— Красивые сны?
— Очень, — грустно сказала Катя.
— Но это же здорово, — ответил Кирилл.
— Если не просыпаться… — сказала Катя.
— Если бы я жила в Китае, — сказала Катя, — меня бы никто не понимал, как и здесь. Но никто бы этому не удивлялся. Никто бы не злился на меня. Ведь я была бы иностранка. Они бы думали: да, она ведет себя странно — но это потому, что она иностранка.
— А на что бы вы жили? — спросил Кирилл.
— Пошла бы работать. Куда угодно. Это ведь не важно — чем заниматься. Главное, чтобы вокруг было красиво.
— А вы знаете китайский?
— Нет. И это так хорошо. Представляете: мне говорят гадости — а я даже не знаю, что это гадости. И могу улыбаться.
— Но как бы вы работали без языка?
— Ну… я бы выучила несколько слов, которые нужны для работы. Если, например, ухаживать за животными или красить стены, не нужно знать много слов. Мне кажется.