Китано
Шрифт:
Меня же отнесло где-то на пару метров назад, и это, возможно, спасло от нескольких переломов. Ибо Коисо использовал энергию вращения, чтобы развернуться и нанести с разворота удар другой ногой. Я успел ещё немного сместиться и принял удар на скрещённые предплечья.
Снова отлетел, уже метра на три. Ха, попал, но не пробил! Чтобы сохранить равновесие, замахал руками. Тело само собой приняло ещё более пафосную стойку «Белого журавля», а я с удивлением наблюдал, как быстро восстанавливается спокойное дыхание.
Эврика!
Я совершенно неправильно считал, что, сохраняя
Пока я сохранял спокойствие в бою, я мог сохранять контроль над своей аурой и внутренней энергий. И пока я контролировал свою энергию, моё дыхание оставалось спокойным.
Но хватит только защищаться. Коисо сделал мне царский подарок, помогая своими атаками осознать такую простую истину, что за неё было даже обидно.
Контроль энергии зависит от спокойствия души. И теперь, зная это, я мог отплатить мастеру за его урок. Нужно просто позволить ему тоже осознать что-то настолько же важное. А для этого его нужно хорошенько побить.
Коисо, переполненный яростью, прыгает, метя мне ногой в голову. Если попадёт, гарантированно сломает мне шею. Что ж, сейчас я покажу ему, как спокойная вода сознания раздавит Титаник его самоуверенной ярости.
Ощущения ауры, которую я до этого использовал для предсказания ударов противника, изменились. Она стала густой, как вода и в ней медленно плыл, с пяткой наголо, Коисо. Уход в сторону. Две руки в форме лап богомола касаются вытянутой ударной ноги и захватывают её. Тело приседает и скручивает центр тяжести. А летающий каратист улетает дальше, чем думал, закручиваясь в энергетическом колесе, центром которого стала его удерживаемая пятка.
Хрясь!
Коисо со всей центробежной силой, помноженной на кинетическую энергию его прыжка, врезается спиной в покрытый жёсткими циновками пол.
Удар плашмя, так что ничего он себе не сломал. Наверное. Просто… помню, как Задорнов зачитывал диагноз травмпункта, в котором фигурировал термин: «ушиб всей бабушки». Вот у меня тут получился ушиб всего Коисо.
Упс. Смотрю на Рёко, которую до сих пор держит сзади Икуко. А, уже отпустила. Нагибаюсь, проверяю пульс.
— Всё в порядке… Он дышит.
Рёко подходит и тоже проверяет сердце, положив ладонь на грудь.
— Мне очень жаль, Китано-кун, — вздыхает она, — что ваше знакомство началось с этого.
— А может, всё к лучшему? — с надеждой спрашиваю я, — зато, когда он очнётся, он признает во мне бойца, а не хулигана.
— Будем надеяться, — не очень уверенно отвечает та.
***
Коисо Хэйдзо открыл глаза и уставился в знакомый потолок своего додзё. Сильно болела голова. Нокаут, понял Коисо. Он пошевелился и обнаружил, что всё остальное тело тоже болит. Зато ничего не было сломано, это плюс. Но он не помнил, что произошло, это минус.
Хотя, нет. Кое-что помнил. Наглого хулигана, который не только посмел заявить, что будет чему-то учить его дочь, но ещё и показал, прямо в центре его додзё, богомерзкое боевое искусство китайских варваров.
Будучи правоверным японским патриотом,
Цивилизацию эпохи династии Тан к ним занесли китайские чиновники, которых выслали из Поднебесной или они сами бежали от обвинений в коррупции. Причём обвинения были настолько серьёзные, что они бежали от самого гуманного китайского суда аж до японских островов. Те, чьи коррупционные преступления были не столь серьёзны, как правило, останавливались во Вьетнаме или в Корее, привнося в эти страны цивилизацию и связанную с ней, коррупцию.
Но Коисо о таких сложных материях не думал. Его мышление было построено согласно его боевому искусству. Он никогда не сомневался в своих решениях, всегда считал себя правым и собирался доказать это всем сомневающимся самым простым и прямолинейным способом. Силой. Правда, с дочкой это не срабатывало.
— Рёко!
Коисо пошатываясь и держась за все попадающие на пути стены, вошёл в дом и увидел дочь на кухне, занятую какими-то кухонными делами. Не то что Коисо совсем не умел готовить, он владел базовой теоретической частью этого искусства. Но за ненадобностью многое подзабыл. При необходимости он, возможно, мог бы сварить макароны. Или отварить? Тут уже начинались тонкости незнакомого мастерства. Но он точно был способен бросить их в воду. И посолить. Но последнее, неточно.
— Твоя простуда уже прошла? — он с облегчением сел за стол.
— Пожалуйста, отвечай, когда отец задаёт тебе вопрос, — не дождавшись реакции, обратился к стоящей спиной дочери.
— Рёко! Как ты смеешь игнорировать отца?!
— А как ты посмел использовать обратный удар с разворота? Если бы Китано-кун не успел защититься, ты покалечил бы его! Как я должна ему всё это объяснить?
— Я ничего не мог с собой поделать. Рядом с моей дочерью оказался до жути страшный парень!
— Не суди людей по внешности!
— Он сказал, что хочет помочь обучить тебя искусству боя!
— Это клуб боевых искусств! почему я не могу вступить в него?!
— Потому что он использует китайский стиль! Это неприемлемо!
— В Бойцовском клубе используют приёмы любых боевых искусств! Даже русского рукопашного боя!
— Тебе не хватает нашего семейного стиля?
— Не ты ли всегда говорил, что любое мастерство достойно уважения? И ты проиграл!
— Я поскользнулся!
— В воздухе?
— Да, я вышел из себя, и он этим воспользовался. Но то, что он обладает таким мастерством, делает его ещё более опасным!
— Почему?
— Да ты посмотри на него! Внешность человека, это отражение его внутреннего мира! А его лицо за пределами шкалы Рихтера! Он имеет внешность дьявола!
— Да ладно! Он не настолько страшен!
«Пф… — мысленно фыркнул Коисо, — глупая девчонка! Конечно же, внешность не главное. Но не до такой же степени! А ещё это кунг-фу, тьфу, — скривился, мысленно плюнув ортодоксальный японский мастер. — Может быть, у неё проблемы с оценкой мужчин? Всё-таки она воспитывалась отцом без матери…»