Кисельные берега
Шрифт:
Порфирий Никанорыч неопределённо мыкнул.
– Намерения вашего величества отозвались в сердце моём, - продолжал Медведь к ужасу Киры. – Посему молю вас смиренно принять во внимание мечту мою видеть принцессу Габриэллу своей супругой…
В зале повисла гнетущая тишина. Киру замутило. Она качнулась и, чтобы не упасть, схватилась за рукав Никанорычевой шубы.
Страж стоял с поникшей головой, ожидая решения судьбы своей.
– Коли позволил себе чего лишнего, так прошу не гневаться, ваше величество, - добавил он на
Но король и не думал гневаться. Он думал о том, как быстро и удачно удалось порешать тяготившее его дельце. Предстоит ещё, правда, договориться с епископом… Но здесь он теперь тоже не видел особых препятствий.
– Что ж, - Кшыштав энергично потёр руки и поднялся с трона, намереваясь спуститься вниз, дабы собственной королевской милостью соединить руки помолвленных, но…
Тут неожиданно вскинула голову Пепелюшка. Она обвела присутствующих таким взглядом, словно очнулась от забытья.
– Замуж? – удивилась она. – Но я уже замужем, государь. Нет и не может быть у меня другого мужа, кроме принца Альфреда.
Король нахмурился и погрозил ей пальцем:
– Поговори у меня ещё… Что за бунт? Как я сказал – твой король и опекун – так и будет, - он быстро спустился по ступеням и, перехватив принцессу за локоть, вздёрнул её на ноги. – Твоё же дело, глупая, благодарить и кланяться. И не перечить!
Пепелюшка смотрела на колбасковского повелителя спокойно и равнодушно:
– Я и не думала перечить, ваше величество, - раздался её ровный голос с незнакомыми, пугающими нотками. – Просто предупреждаю. Дабы не оставлять своего короля в неведении, - она беспрепятственно высвободила свою руку из цепких пальцев великодержавного свёкра. – Накануне свадьбы мы обменялись с принцем колдовскими кольцами, в каждом из которых заперли любовь и жизнь друг друга. Если расплавить на огне горючем кольцо Альфреда, в котором томится моё сердце, тоска, снедающая его, разойдётся, и смогу я принять новое счастье в новом браке. А если нет…
– Что за бред!.. – фыркнул король.
– …а если нет, то, изменившая клятве, зачахну я по закону наложенных чар. Очень скоро после свадебной фаты придётся примерить мне погребальный саван…
– Охти ж… - ужахнулся Никанорыч. – Ну это ж надо, чего эта молодёжь несмышлёная творит! Это ж кто надоумил вас, недоумков, такую печать на себе ставить? Дурачьё вы, дурачьё бессмысленное…
– Так брось его в огонь! – сказал Медведь, и пальцы его дрогнули, сжимаясь в кулаки. – Или прикажи уничтожить, светлая принцесса!
Габриэлла даже не повернула головы в его сторону.
– Это невозможно, - пояснила она королю медленно и с расстановкой, как слабоумному. – Не-воз-мож-но. Кольца мы с Альфредом бросили в бурные воды Северного моря, сгоняв туда на летучей карете. Это была волшебная ночь… - принцесса вскинула ладони к лицу и всхлипнула.
– Северного моря?? –
– он плюхнулся на трон, заламывая руки и возводя очи к серым арочным сводам далёкого потолка. – Почто, госп… - он внезапно осёкся, разглядев, видимо, ответ в кромешной темноте, недостижимой для слабого света свечей.
Перестав кривляться, он откинулся на спинку трона, нахмурился, побарабанил пальцами по подлокотникам:
– Ну вот что, - проговорил он, приняв решение, - всё это дурь и блажь. Нет на тебе никакого заклятья. Это ты специально сейчас выдумала, чтобы только волю своего благодетеля не выполнять, дабы непослушание и строптивость свою продемонтрировать! Выдумала ведь, признайся? – вопросил он грозно и, не собираясь дожидаться ответа, провозгласил: - А коли так, разгневала ты меня вдвойне, Габриэлла! Пойдёшь за этого рыцаря, я сказал! И никакие выдумки тебя не помогут! А до венчания сядешь под замок! Во избежание…
– Погибну я, государь, в новом супружестве! Таковы чары…
– Не погибнешь! Не выдумывай! А коли и погибнешь, так быстрее со своим возлюбленным Альфредом воссоединишься – не об этом ли твоя печаль? Впрочем, чего зря толковать? Кольцо то достать невозможно, и тебя при себе я держать не стану! Стало быть, путь у тебя один, принцесса…
– Ваше величество!
Низкий рык Медведя покрыл препирательства членов королевского семейства.
– Не бери греха на душу. К чему? – он шагнул к ступеням трона и взял бледные пальчики Пепелюшки в свои руки, посмотрел на неё долгим взором. – Я добуду кольцо, Габруся. И освобожу тебя. Мне слишком хорошо известно, как тяжко носить на себе неснимаемое заклятие…
– ---------------------------------
– Ай да принцесса! – ухмыльнулся Шахрияр и глянул недовольно в сторону затепливающегося на горизонте рассвета. – Ай да выкрутилась! Услала женишка на верную погибель - ни за что на свете не сыскать ему перстня! Это так же верно, как то, что Эль-Муралы – величайшая из столиц!
– А владетельный султан величайшей из столиц как всегда безусловно прав, - согласилась сказочница без малейших колебаний. – Слабым силам человеческим сие неподвластно, но…
– Но у тебя, дочь визиря, - прищурился султан, - всегда есть какое-нибудь «но» на любое моё слово. Не слишком ли часто ты, о дерзкая дева, пытаешься возражать своему повелителю?
Дерзкая дева улыбнулась и подняла на повелителя бархатные очи:
– Как бы я посмела, о проницательнейший из живущих? Как смеет жалкий подсобник возражать зодчему? Я всего лишь подаю кирпичи информации, из которых уважаемый учёный сложит здание мудрости. Моя скромная задача лишь в том, чтобы подать кирпич в срок и не пропустить нужный…