Кисельные берега
Шрифт:
Организм, утомленный многочасовым покачиванием в поезде, переполненный обилием разнообразных абсолютно новых для девушки впечатлений, все настойчивее требовал тишины. Казалось, вот-вот и эмоции начнут переливаться через край.
– Давай вернемся – взмолилась девушка – а вдруг, они уже приехали!
Но дверь ей открыл все тот же старичок, правда, сейчас на нем уже была растянутая трикотажная кофта на пуговицах, поверх когда-то белой майки, синие тренировочные штаны, с классическими вытянутыми коленками, и спущенными в нескольких
– А «твои» еще не приехали – бодро отрапортовал он – если хочешь, ты можешь посидеть на кухне, за их столом. Дело к вечеру, скоро уж должны вернуться.
Обрадованная тем, что сможет хотя бы посидеть с книжкой в тихом месте, Светлана вылетела на улицу из затхлого подъезда, где на скамеечке ждал ее Александр.
– Тетя приехала – затараторила она – спасибо тебе огромное, что помог мне добраться и Неву показал.
– Давай завтра встретимся, погуляем, где захочешь – с надеждой предложил молодой человек.
– Завтра я не смогу, у них планы. Я же к ним в гости приехала!
– Ну, тогда, оставь мне их телефон, я позвоню – договоримся встретиться – не сдавался Александр.
– Что ты, мне неудобно. Это же не мой телефон, я только приехала. Меня ждут – удаляясь к дверям – еще раз, огромное спасибо.
Быстро отвернувшись, чтобы Александр не заметил, выражение облегчения на ее лице. Обижать его она вовсе не хотела, просто как-то не ко времени все это.
Глава 8
Выставив, аккуратно упакованные мамой баночки на кухонный стол, девушка сама устроилась рядом, с книжкой. Она старательно пыталась вникнуть в прочитанные строки, но всплывающие образы событий последних суток, блокировали ее способность во что-то вникать.
Встряхнув головой, Светлана в который уже раз прочла первый абзац.
– Ты седня ела чо, нет? – искоса взглянув на девушку, спросил дед, зайдя на кухню ставить чайник.
– Да, спасибо – приветливо улыбнулась девушка. На самом деле, она совершенно забыла, что последний раз ела еще в поезде, когда Анатолий принес ей чай.
– Ага, ну смотри! А то чай-то могу тебе налить. Будешь? – предложил дед.
– Да, от чая не откажусь. Спасибо.
– Ну, так пойдем ко мне, у меня там еще конфетки есть, угощу тебя – совсем раздобрился одинокий старик – на-ка вот, чашки возьми, я сейчас чайник принесу.
Светлана взяла чашки и, боязливо ступая по узкому коридору, мимо двери в теткину комнату, прошла до конца, к настежь распахнутой двери.
Обстановка в комнате была очень простая. Большая металлическая кровать, с висящими над ней двумя портретами. Одна раскрашенная черно-белая фотография очень похожа была на старика, только волосы не седые, а темные и нет мешков под глазами. На второй – женщина с гладко зачесанными волосами и открытым взглядом.
– Жена моя – покойница – перехватив взгляд девушки, пояснил дед – сорок лет «душа в душу»!
Темный полированный трехстворчатый шифоньер,
Больше всего девушку удивили домотканые половики. Она была уверенна, что такие встречаются только в деревнях, ну уж в Ленинграде увидеть такого на полу она точно не ожидала.
– А что это мы с тобой так скромно сидим – сказал дед, разлив по чашкам чай – мы с тобой сейчас отметим твой приезд! – доставая из шкафа бутылку сомнительной жидкости – вот и наливочка у меня имеется.
– Ой, ну что вы, я не пью – поспешила предупредить Света.
– Так мы пить и не собираемся, так – за знакомство, значит, пять капель!
– Нет, нет – запротестовала девушка – я вообще не пью. Вы пейте, если хотите, я не буду.
– Так что, я, по-твоему, алкоголик – в одиночку пить – вопросительно глядя на бутылку, откупорил и налил в рюмки – хорошая наливочка, ты хоть пригуби.
Глава 9
Выпив пару рюмок и запив их чаем, дед заметно повеселел, выпрямился и, глаза его лукаво заблестели.
– Ты Высоцкого любишь? – спросил он вдруг – у меня есть отличная пластинка.
Неожиданно легко вскочив с кресла, хозяин подошел к тумбочке, на которой стоял проигрыватель. Вытащил из тумбочки пластинку с портретом Высоцкого, включил.
– Я коней напою, хоть немного еще постою на краю… – голос певца заполнил всю комнату и, казалось, выплеснется сейчас сквозь зашторенные окна на улицу.
– Если твои сегодня не вернутся, можешь у меня переночевать – вальяжно развалившись в кресле, и закинув ногу на ногу, милостиво заявил дед – они чаастенько до воскресенья на даче остаются. А чо, на работу-то завтра не нужно.
– Я надеюсь, что они все-таки приедут, не хочется вас стеснять – не чувствуя подвоха ответила девушка.
– Ой, ну какое уж тут стеснение, постелю тебе вон на диванчике – расщедрился захмелевший хозяин – вообще-то, зачем диванчик-то стелить? Мы с тобой и на кровати вдвоем поместимся! А что, я еще ого-го какой, не пожалеешь! – согнув в локте руку и сжав кулак, показывая, невидимому оппоненту, что он и вправду «ого-го», еще больше охмелев от собственной наглости заявил дед.
Глаза девушки медленно распахнулись, из серо-голубых мгновенно превратившись в аквамариновые, щеки побледнели, крылья носа взлетели.
– Как вы смеете мне такое предлагать – задыхаясь от негодования, воскликнула девушка – спасибо за чай – резко встала и пошла на кухню.
Ошарашенный такой пылкой реакцией, даже немного испугавшись, дед поплелся за случайной гостьей.
– А тогда пошла вон отсюда! И чемодан свой забирай – зашипел он, для безопасности следуя на некотором расстоянии – я вот полицию сейчас вызову, скажу, что ты меня ограбить хотела!