Киров

Шеттлер Джон

— Так точно, сэр.

* * *

Несколькими минутами спустя американские самолеты появились на экране радара обнаружения воздушных целей, о чем Роденко немедленно известил капитана.

— Наблюдаю воздушную цель, идет в нашу сторону, скорость один восемь пять, высота три тысячи, удаление сто восемьдесят, цель групповая, капитан. Фиксирую двадцать пять, возможно, тридцать самолетов.

Это немедленно привлекло внимание капитана. Он быстро подошел к Роденко и взглянул на его экран серьезным и недобрым взглядом.

— Орлов, объявить боевую тревогу. Самсонов, С-300 к пуску. — Это была зенитно-ракетная система дальнего радиуса действия, которую адмирал столь эффективно

использовал для отражения первого британского налета, осуществленного «Викториесом» и «Фьюриосом» три для назад. Капитан хотел создать ракетный шквал так быстро, как только мог, и не дать противнику шанса даже подобраться к крейсеру. Не будет никакого повторения торпедной атаки, едва не окончившейся успехом.

Пока от отдавал приказ, Федоров повернулся к нему с явной обеспокоенностью во взгляде. Он перечитал сведения об американском военном присутствии в Северной Атлантике и знал, что это были за самолеты и что они делали.

— Прошу прощения, товарищ капитан, — сказал он, но Карпов отмахнулся от него.

— Не сейчас, Федоров, у меня есть своя работа.

Но Федоров проигнорировал оскорбление, потому что знал, что должен был это сказать.

— Товарищ капитан, это не ударная группа, — сказал он решительно. — Это американские истребители Р-40, о которых я говорил вам раньше. Они просто перелетают с авианосца на базы в Исландии. Они не вооружены, капитан!

Карпов нахмурился.

— Как вы можете это знать? Просто так написано в вашей книге? Вы считаете, что я стану рисковать кораблем и его экипажем? Возможно, англичане связались с американцами и сообщили им нашу позицию. История, которую вы знаете, возможно, изменилась, Федоров. Вы сами беспокоились об этом минуту назад. Так что не доставайте меня своими глупостями, у нас тут вражеская атака. Волков боятся — в лес не ходить, но мы уже именно что в лесу.

Капитан приказал Самсонову начать подготовку к стрельбе, захватив цели радарами.

— Это крупная группа самолетов, — сказал он. — Я не хочу никаких ошибок. Я так полагаю, вы уже закончили проверку ракет?

— Так точно, — ответил Самсонов. Он сидел прямо, спина и плечи был напряжены, взгляд сосредоточен, руки быстро двигались над индикаторами и клавишами его пульта. Он повернулся к одному из мичманов и отдал команду, проследив, чтобы тот верно все выполнил. Карпов видел, что он был готов к бою и подумал, что именно поэтому Самсонов был идеален в подобной ситуации. Он не думал, а просто действовал. Он был элементом хорошо отлаженного механизма, и сделает все правильно, когда Карпов нажмет нужную кнопку.

Роденко прервал их, оповестив в появлении новых целей.

— Надводная групповая цель на пределе досягаемости, четыре корабля, пеленг два два пять, скорость двадцать узлов.

— Капитан… — Попытался еще раз Федоров, но Карпов резко развернулся, указывая на экран пальцем.

— Вот, — резко сказал он. — Зачем здесь эти корабли, Федоров? Молоко развозят?

— Это, должно быть, авианосец «Уосп» и его сопровождение. Они должны развернуться на юг в ближайшее время. Они не представляют угрозы, капитан.

— Они точно не будут представлять угрозы после того, как я покончу с ними, — сказал Карпов.

— Но вы не можете атаковать эти корабли, капитан! Помните, что говорил адмирал? Что будет, если американцы в результате вступят в войну раньше времени?

— Орлов, — повернулся Карпов к грозному начальнику оперативной части. — Прошу вас вывести Федорова с мостика. Он освобождается от своих обязанностей. — У Карпова были другие планы касательно американцев. И вступят они в войну на три или четыре месяца раньше, чем нужно, для него не имело значения. Ему нужно было, чтобы американские войска не достигли Рейна раньше советских, и он убедится, чтобы так все и было.

И это было только начало.

— Так точно! — Орлов навис над Федоровым мгновением спустя, и хотя штурман понимал, что капитан намеревается совершить ужасную ошибку, он ничего не мог сделать. Он знал, что Орлов теперь не даст ему покоя следующий месяц, если, конечно, они все смогут прожить так долго. Он бросил на капитана пристальный угрюмый взгляд и направился к выходу из цитадели, получив в спину не слишком нежный тычок со стороны Орлова. Тот обернулся на капитана через плечо и усмехнулся. — Я пришлю Товарища [97] ему на смену. Он не такой разговорчивый.

97

Так в оригинале. Такая вот простая русская фамилия.

* * *

33-я поисковая эскадрилья была частью более крупного соединения — 33-й истребительной группы, защищавшей восточное побережье Соединенных Штатов. Ее пилоты с гордостью носили на плече шевроны в виде огненного меча на синем щите с девизом «Огонь из облаков». Именно им предстояло столкнуться этим утром с чем-по подобным в лице восьми ракет С-300, внезапно показавшихся в утреннем небе. Первыми их увидел второй лейтенант Джо Шеффер, запросивший остальных по рации:

— Эй, что это там на двенадцать? — Он присмотрелся и увидел что-то, похожее на пламенный меч, прорезавший небо и оставляющий за собой длинный дымный след. Однако у него была лишь секунда на то, чтобы подумать над происходящим, потому что ракеты преодолели отделяющее их от самолетов расстояние с ужасающей скоростью, и все небо словно взорвалось шарами огня и градом металлических стержней, плотно упакованных в боеголовки. Шеффер погиб прежде, чем успел сказать хоть слово, его самолет просто разорвало. Та же участь постигла Данкса и Бейли, его товарищей по авиакрылу. Три их самолета были сбиты одной ракетой.

Находящийся далеко от них лейтенант-коммандер Бун с изумлением и ужасом наблюдал, как шесть мощных взрывов разметали старые Р-40, словно мухобойка. Шесть, а затем еще восемь устремились в море огненными шарами. Микс, Хаббард, Уолкер, Хантсдорф и Фримен были мертвы. Бетелю, Брэдли и Риггену повезло меньше, и они оставались в сознании, когда их самолеты разбились. «Вархоки», самолеты знаменитых «летающих тигров» сбивали как мух.

Только инстинкты позволили Буну толкнуть ручку от себя, открыть дроссельную заслонку и бросить самолет в резкое снижение. Он никак не мог подняться выше огненных шаров, рвущих его товарищей, и единственным выходом было снизиться настолько, насколько это было возможно. Только те, кому эта же идея пришла в первые же безумные секунды, сумели выжить. Те, кто бросился влево или вправо, или же попытался набрать высоту оказались прямо посреди града бритвенно острых осколков боевых частей ракет, рвущихся в центре формации. Точно так же, как было тогда, когда ракеты разрывали самолеты с «Фьюриоса». Но английские пилоты хотя бы понимали, что летят навстречу опасности. Для американцев это солнечное утро после волнительного взлета в авианосца превратилось в пытающий ад совершенно неожиданно.

Восемнадцать самолетов были уничтожены ракетным залпом, еще шесть получили такие повреждения, что также спикировали в море. Только один пилот впоследствии был спасен. Остальные шесть самолетов, пилоты которых рванули к поверхности моря вслед за Буном, были единственными самолетами, вернувшимися к «Уоспу». Не зная, что ожидало их впереди, они мудро повернули обратно к оперативной группе флота, со страхом и тревогой несясь над самыми волнами. Бун нашел в себе достаточное присутствие духа, чтобы связаться с «Уоспом» и прокричать предупреждение: