Кинетик

Анин Александр

— Может нарисуете, какой образ видите вы?

— Извините за смену темы. Профессор, а операцию мне уже провели?

— Да, два дня назад.

— О, как. А меня на уколах держали?

— Совершенно верно. Теперь у вас на том месте небольшая серебряная пластина.

— А чем мне так голову разнесло?

— Осколком бомбы. Знаете, что такое бомба?

— Да.

— Что?

— В металлическую оболочку помешают взрывчатое вещество…

— Нарисуйте.

— А если ошибусь?

— Посмотрим на ваши ассоциации.

Пара минут, и доктор

с невозмутимым видом рассматривает рисунок.

— Очень хорошо, а вы помните, каким образом производится бомбометание?

Серый понимал, что док очень грамотно расставил свои ловушки.

— Помню, что они сверху падают, и нужно упасть на землю, чтоб осколками не убило.

— А вы почему не упали?

— Не знаю. Я вообще не помню момент ранения.

— Вы помните своё табельное оружие?

— Нет.

— А военную форму?

— Нет.

— Ну хоть что-то помните?

— Я уже говорил, что помню.

— Хорошо. Зададим вопрос иначе. Расскажите, что вы знаете.

— Как девушек тискать?

— Начнём с этого, только в мельчайших деталях.

Серый перевёл взгляд на секретаршу профессора, которая сидела рядом с ним на стуле и меняла цвет от смущения.

— Вряд-ли вы узнаете что-то новое.

— И всё же, я настаиваю, — проговорил профессор.

Беседа на эту тему длилась около полу часа с уточняющими вопросами и настойчивыми требованиями со стороны доктора. После этого док объявил перерыв на обед и сказал, что придёт через два с половиной часа. Красная как варёный рак девушка собрала записи и спешно покинула палату вслед за своим начальником. Спустя десять минут в комнату вошла медсестра и медбрат с завязанными в узелки ёмкостями с пищей.

Полулежачее положение не позволяло рассмотреть всё, что было в палате, поскольку голова и туловище были примотаны к доске-спинке, обеспечивающей именно такое полу сидячее положение.

Серый отчётливо слышал, как в миску стали наливать суп, а после в зоне видимости появилась медсестра и началось кормление.

Овощной суп с чёрным хлебом, немного пшённой каши и полстакана отвара шиповника. Медбрат справился о необходимости справить лейтенантом естественные потребности, и, получив отказ, сотрудники госпиталя удалились.

После еды потянуло в сон, и Серый не стал сопротивляться.

*******

Проснувшись, он застал на стуле читающую книгу сиделку, которая, перелистывая страницу, подняла на него взгляд и тут же отложила чтение.

— Господин лейтенант, будут ли просьбы и пожелания?

— Пока нет.

— Тогда, я доложу профессору Патрушеву, что вы проснулись. Он уже дважды подходил в стремлении продолжить с вами беседу.

— Удивительно, для чего ему это? Что он хочет услышать от человека, потерявшего память?

— Не знаю, но профессору очень интересно с вами общаться, — ответила сестра-сиделка.

Обреченно выдохнув, Серый смирился с врачебным экспериментом и встретил своим взглядом, пышущего энтузиазмом, врача.

— Как мы себя чувствуем, господин лейтенант.

— Лабораторной

мышью.

— Давайте поговорим о этом.

— Я ничего не знаю о мышах, — поспешил разочаровать его Серый.

— Быть может вы знаете что-то о лечении тех или иных болезней, ран, переломов.

— Для чего это вам?

— Возможно нам удастся разбудить вашу память.

— И что мне с неё? Всё равно отправят на фронт, и на этом всё.

— Фронт вам уже не грозит, поскольку вам теперь противопоказаны любые встряски. Так что можете на этот счёт не волноваться.

— Могу я, в таком случае, рассчитывать на патентование своих знаний? Как вы понимаете, то любая физическая работа обязательно связана со встряской, а без денег жить невозможно.

— Я думаю, что это решаемо. Предлагаю договор. Если вы передадите мне какое-нибудь неведомое знание, то мы оформим совместный патент на изобретение с равными долями. Это, конечно, при условии, что я смогу точно получить результат от ваших идей, — предложил профессор.

— Так, по крайней мере, честней. К сожалению, я не помню, что ныне известно нашей науке.

— Вы говорите, а остальное уже будем решать из того, что вы скажете.

— Предлагаю пригласить юриста для составления договора.

— Вы так уверены в своих знаниях?

— Док, давайте откровенно. Если бы что-то не заинтриговало вас, то не было бы вот этих записей-бесед под предлогом терапии по восстановлению памяти?

— Это вы верно подметили. Впервые на моей практике из объятий смерти вырывается человек и начинает сыпать научными открытиями на каждом шагу, при этом делая вид, что ничего не помнит. Поведайте, лейтенант, что вы действительно помните?

— Если я скажу, что это память прошлых жизней, то поверите?

— Думаю, что да, поскольку как раз это объяснение и расставляет все точки над «i». Итак, я надеюсь, вы поделитесь с нами поверхностным рассказом о ваших прошлых жизнях?

— Если только между нами, — предложил вариант Серый.

— Пусть так, — согласился профессор и, посмотрев на направленный на девушку взгляд Серого, добавил. — Моя супруга умеет хранить секреты.

Серый улыбнулся и показал доктору большой палец в качестве оценки его, как мужчины, за которого решила выйти девушка лет на двадцать моложе.

— Тогда я начну.

Не вдаваясь в подробности и не касаясь наличия у себя дара, он пересказал свои несколько воплощений и с любопытством обратил внимание на задумчивые лица гостей его палаты.

Тишина стояла пару минут, после чего Патрушев потёр лоб и, достав свои карманные часы размером с небольшой будильник, задумчиво произнёс:

— То есть в вашем случае мы имеем место замены человеческой сути или своеобразный перенос сознания.

— Возможно. Как вы понимаете, мне всё равно, как назвать этот процесс. Лично для меня важно, что сохраняется память, которая позволяет мне накапливать знания и, если однажды появится возможность нормально задержаться в человеческом теле, то и воплотить знания в жизнь.