Киллерша
Шрифт:
— Похвально-похвально, — с этими словами я улыбнулась и подошла к халату, который ещё недавно был на Марке, и бросила его на него.
Если по правде, то сомневалась, стоит ли его отвязывать, но что бы там ни было, он мог хоть как-то защищаться. И я это прекрасно знала. Не увидела со стороны Марка опасности и потому я играла дальше, позволяла понимать себе, что я выше, хитрее, но наши шансы были одинаковы несмотря на то, что руки Гилли были в наручниках.
Выбор был и как будто нет! Поэтому я сделала проще: освободила.
— Оденься
"Петух! Ей Богу!" — я получила коммент от голоса в собственной голове и соглашалась с ним: Гилл словно павлин, распустивший хвост и гордо ходит, призывая при этом посмотреть на его величие и мощь, но если разобраться, то павлин, что без хвоста и состоит из перьев, никто — полный ноль!
Мужчина стоял у двери. Тиканье замка разносилось по комнате и меня несколько заинтересовало:
— Гилл, — он повернулся на мой голос у самой двери, — а ты любишь быть главным или наоборот?
— Хочешь доказать то, что начинала и выполнишь обещания? — в его глазах блеснула заинтересованность, которой я не разделяла.
— Да нет. Просто интересно: ты шлепаешь или тебя? — мужчина улыбнулся на мои слова и обхватив меня за талию, вывел из комнаты, в которую я не прочь вернуться, но с юристом.
Чтобы я там не говорила и должна признать — меня тянуло к Купчинскому…
Как бы это ни было плачевно, но я бы не могла отдаться Гиллу, даже несмотря на его сексуальность в такие годы.
Из улыбки этого зрелого мужчины ничего не было понятно, но я думаю, что он любит по-разному!
А вот то создание — Купчинский, все-таки что-то сделал со мной! Сволочь!
Не мала баба геморроя, взяла заказ на красавчика и заработала себе эту неприятность! Прошли мимо двери, которая вела в большую комнату и из неё доносился веселый писк — они явно пьют, несколько метров прямо, потом справа и мы перед массивной дверью.
Кабинет был довольно просторный. Никаких лишних деталей: массивный стол с креслом, диванчик, а напротив него большой книжный стеллаж.
Пока Гилл ковырялся за компьютером, я стала смотреть на книги, авторов, обложки. Они были все разные, но больше всего моё внимание привлекла одна: она была черного цвета, но не это меня заинтересовало, а то, что на ней изображен Форт-17 розового цвета. Такой же, как у меня!
Я посмотрела через плечо: Марк ещё был занят, а мои руки чесались, чтобы проверить свою догадку.
У моего отца была такая же книжная полочка в кабинете, также разные книги, но эта книга с пистолетом очень напоминала мне другую — такую же, но с синей Форт-17. Этот пистолет почти незаметен, но не смог проскользнуть сквозь мои пытливые глаза.
Поднесла руку и потянула книгу на себя.
— Бинго, — прошептала и удовлетворенно улыбнулась.
— Как ты? — на звук открытия тайных дверей вернулся Марк. Я на него коротко зыркнула, но смогла уловить шок.
— У моего отца такая же штуковина. И самое
— Ты дочь Роба? — не веря собственным догадкам, голосу и языку, спросил Гилл. На его лице было необычайно много эмоций, но бледноватость свидетельствовала о шоке.
Я не знала, что ответить, ведь о моем существовании почти никто не знал и Гилл один из них, но он явно был удивлен тем, что я дочь Роба, а догадался он…
— Книги? — не поверив сама себе произнесла и подняла взгляд на Марка.
Все было словно в тумане: я вытаскиваю пистолет в одно мгновение, а через секунду он уже приложен к голове мужа.
— Ты знал его? — зло кричу. Злость застилает глаза. Я не знаю, почему так реагирую. Каждое упоминание об отце и матери больно душит грудную клетку.
Да. Я пофигист, но и такие люди как я, имеют душу и слабые места.
Отец и мать мертвы, но это не значит, что я не уязвима!
— Отвечай! — рявкнула и отклонив пистолет, выстрелила в стену. — Слушаю!
Я знала, что все отцу друзья продали его местонахождение и он имел неожиданных гостей. Роба все это взбесило, и он докопался до правды и убил всех, кто был замешан в этом, но некоторые успели миновать смертной казни.
В голове шумело от набежавших мыслей. Решительный взгляд с моей стороны и разговор Гилла о чем-то, но я не слышала, что именно он говорит — перед глазами отец и его смерть.
— … друзья…друзья… — донеслось сквозь шум.
Я заставила себя сосредоточиться на словах, но это очень трудно сделать, когда в голове рой из мыслей, а перед глазами воспоминания.
Отошла назад, обхватила двумя руками собственную голову и крикнула изо всех сил: «а-а-а-а… а-а-а…».
Это всегда помогало мне унять злость, но в последнее время не очень срабатывало, и Гиллу повезло: я пришла в себя.
Мой пистолет снова был направлен на Марка, но голова светлее, чем минуту назад.
— Слушаю!
— Мы были друзьями! — мужчина явно боялся, что я снова не услышу его слова, том произнес эти три слова очень громко и быстро.
— Друзьями? — с иронией в голосе переспросила я и рассмеялась. — Все друзья Роба предали его! Большинство он убил, а остальные сбежали, и он не смог их выследить! Ты — остальные!
— Нет! Нет, Маргарет! — у него перехватило дыхание, и я замерла. — Я убил остальных. Никто не знал о нашей дружбе, поэтому мне было легче сделать это для него! Я был у него перед тем, как он застрелился! Он намекал! Я не понял… не понял… — мужчина сел на кресло, возле которого стоял и заплакал.
Спина вздрагивала, рука прятала лицо, но только не эмоции.
"Взрослый мужчина плачет… игра или нет?" — мой собственный разум боролся сам с собой, пока из глаз лились слезы.
— Докажи! Докажи своих правдивость слов! — мужчина вздрогнул от моего тона и убрав руку с глаз, посмотрел на меня: заплаканные, настоящие мужские глаза, эмоции, которые выливались наружу через мимику, жесты…