Киллер на диете
Шрифт:
Насколько была осведомлена Наташа, эта подруга появилась в жизни Милы уже после окончания сестрой школы. Но в то же время Наташа не могла сказать, где именно познакомились девушки.
– Аюша не учится вместе с Милой – ни на ее курсе, ни в группе, ни вообще в их институте. Но, тем не менее, появилась она именно в то время, когда Мила пошла учиться дальше после окончания школы.
– А на каком курсе сейчас твоя сестра?
– На втором.
– Значит, с Аюшей она подружилась гдето год тому назад?
– Да. Около того.
По
– Мать его, то есть бабушка Аюши, вот та – настоящая индуска. Ну а что касается его отца, то есть деда нашей Аюши, то о нем вообще ничего не известно.
– Что? Как же так?
– Он пропал без вести, когда отцу Аюши не было еще и пяти лет! – сердито пояснила Наташа. – В общем, в семье нищета жуткая. И отец Аюши все деньги посылает на родину, чтобы содержать мать, отца и многочисленных братьев и сестер. На одну только свадьбу своего младшего брата он послал около десяти тысяч долларов!
– Ого! – воскликнула Мариша, мигом представив, какое это богатство для нищей Индии – десять тысяч долларов. – Неплохо! А откуда же у него такие деньги?
– Отец Аюши – ученый, – принялась рассказывать Наташа. – На самом деле, очень талантливый. Учился сначала у нас в стране, а потом в Японии, жил там на стипендию, которую ему дала ЮНЕСКО – как очень перспективному молодому ученому.
– Интересно, интересно… А где же он сейчас?
– В Англии. Работает в какомто университете. Преподает. И еще ведет научную работу. Говорю же, он очень талантливый!
– Молодец, – машинально похвалила Мариша неизвестного ей человека. – А мама Аюши? Она тоже живет вместе с ним?
– Да. Живет. И еще ее старший брат и старшая же сестра.
– Хм. Они, значит, все в Великобритании, а Аюша – тут? Одна?
– Да.
– И почему?
– Насколько я поняла, Аюша присматривает за своей русской бабушкой. Старушка совсем плоха. Выжила на старости лет из ума. Однажды убежала из дома в одном розовом трико, которое сохранилось у нее еще со времен ее молодости. И Аюша напрасно бегала за бабушкой по улицам, уговаривая старушку хотя бы накинуть на себя пальто. А дело было в январе месяце! Так что сами понимаете, старушку оставлять без присмотра невозможно.
– Ага. Понятно. Значит, зять помогает своей собственной семье в Индии, а вот русскую тещу взять к себе не желает. Так?
– Бабушка Аюши сама не хочет ехать в другую страну. Она говорит, что человек должен жить там, где он родился. Где родился, там и пригодился. Она и Аюше, сдается мне, внушила такие же мысли. Поэтомуто Аюша и живет в России, где она и родилась.
– А чем она занимается, помимо ухода за бабушкой?
– Ничем особенно, – пожала плечами Наташа. – Деньги ей отец из Великобритании шлет. Так что работать ей не надо.
– Что, целыми днями так и сидит рядом с бабушкой?
– Ну, днем – да. Аюша очень любит свою бабушку. А вот ночью…
И тут Наташа до того загадочно замолчала, что у Мариши даже мурашки по спине побежали. Так с ней бывало всякий раз в предвкушении того, что сейчас она услышит нечто действительно стоящее.
– Что ночью? – затаив дыхание, спросила она. – Где бывает Аюша по ночам?
– Ну… Конечно, я не могу утверждать точно… Но както Мила упоминала о том, что ее подруга по ночам подрабатывает!
– Подрабатывает?
– Ну да. Отец у нее хоть и щедрый, но в отношении дочери – очень строгий. Например, он требует от Аюши еженедельного отчета о совершенных ею тратах. И всегда требует высылать ему все чеки. И он совсем не одобряет, когда Аюша покупает себе новую юбку или новые туфли. Ему невозможно объяснить, что в гардеробе у каждой нормальной девушки должны быть как минимум две, а лучше – три и больше пары обуви на каждый сезон. А летних туфель – так их может быть и десяток пар, и два десятка… Лишними они никогда не будут.
– А отец Аюши этого не понимает?
– Нет. Он вырос в очень большой бедности. И до сих пор очень скромен в своих личных тратах. У него всего два костюма. Один на каждый день и второй – выходной. И по паре обуви к этим костюмам. И все! Эти костюмы он носит уже много лет подряд, и летом, и зимой.
– Хм… Действительно, скромно.
– Поэтому Аюше и приходится работать. Отец не одобряет никаких излишеств. И если для бабушки он согласен оплачивать и лекарства, и докторов, и прочие расходы, то на дочь он решительно не желает тратить лишнее сверх того, что он считает необходимым.
– Хм…
Позиция отца Аюши, сделавшего свою дочь фактически бесплатной сиделкой при полоумной бабушке, показалась Марише совсем не такой уж красивой. Интересно, а что думает сама дочь по этому поводу? Наверняка, она недовольна отцом-жадиной, который приставил ее к сумасшедшей старухе, да еще и деньги ей жлобится давать.
– Так, и где же работает Аюша по ночамто?
Мариша ожидала услышать чтонибудь о ночной смене в супермаркете или охране, на худой конец. Но Наташа снова както очень подозрительно замялась.
– Так, ну где она работает? – повторила свой вопрос Мариша.
– Я не знаю точно, – наконец призналась Наташа. – Только Мила пару раз уходила с Аюшей. И домой возвращалась какаято… не такая.
– В смысле? – удивилась Мариша.
– Ну какаято другая она была!
– Что в ней изменилось? Конкретно?
Нет, что конкретно – об этом Наташа сказать ничего толком не могла. Но она заметила, что у Милы както светлело лицо. Обычно Наташина сестра ходила по дому с угрюмым, недовольным выражением лица, которое ненадолго светлело, лишь когда Мила получала какойнибудь подарок.