Киллер на диете
Шрифт:
– И не смей мне возражать! – строго сказала она ему.
И, так как в этот раз дело касалось ближайших соседей Инны, с которыми Бритый также был дружен, то он возражать не посмел. И даже, напротив, со своей стороны пообещал девушкам всяческую помощь и содействие.
– Но к моему муженьку мы обратимся только в самом крайнем случае, – предупредила Инна свою напарницу и подругу. – Потому что я не хочу, чтобы он встревал.
– Правильно! – одобрила ее Мариша. – От мужиков один вред!
Инна ничего на это не ответила, из чего Мариша сделала вывод, что семейная
Насколько помнила Мариша, подруга Инна и ее муж Бритый всегда цапались, словно кошка с собакой. Даже в ту пору, когда они еще не были мужем и женой, то все равно умудрялись ругаться ежедневно, расставаться еженедельно, а раз в месяц они расставались и вовсе уж капитально, по многу дней существуя отдельно друг от друга.
Но, как ни странно, годы шли, а Инна с Бритым перманентно продолжали жить вместе. И теперь даже както эти ссоры у них сошли на нет. Во всяком случае, Инна больше никуда не удирала. А Бритый больше не собирал вещи и не объявлял громогласно о том, что ноги его больше не будет на пороге их дома!
Возможно, родители старались таким образом не травмировать Степку, который ссоры родителей принимал за чистую монету и искренне расстраивался, опасаясь расставания с одним из них. Однако теперь и подросший Степка был отнесен в стан Инниных врагов мужского пола.
– И знаешь, я все чаще подумываю, а не завести ли мне девочку, – призналась както Инна подруге.
Мариша сначала поперхнулась от этого неожиданного заявления, а потом выпалила:
– Хорошо тебе! У меня вот даже еще сыночка нету.
– Так будет.
– Когда он еще будет! А у тебя, видишь, какие планы!
– Потому что невозможно с этими мужиками! – воскликнула в ответ Инна. – Поверишь ли, живу, как на баррикадах! Нужно иметь в своей собственной семье хотя бы одну союзницу!
И вот теперь Инна запросто оставила своих мужиков, отправившись к Марише. Она еще в прошлый свой приезд положила глаз на тихую холостяцкую жизнь Мариши и ее благоустроенное существование без следа в ней детей, ревнивых мужей и всего, что из этого вытекает. И вот теперь Инна с огромным удовольствием воспользовалась первым же подходящим предлогом, чтобы внедрить и саму себя в эту жизнь.
– Благодать у тебя! – блаженно прищурившись, сказала она. – Что хочешь, то и делаешь! Красота!
Первым делом, Инна сварила себе и подруге крепкого кофе, щедро добавив в него взбитых сливок и коричневого тростникового сахару.
– В честь праздника можно и побаловать себя!
Все последние годы Инна сидела на жесткой диете, начисто лишив себя сладкого, жирного и мучного. Но, видимо, свободная жизнь так ее воодушевила, что она решила больше не изводить саму себя. Она даже слопала круассан со сливочным кремом, который подруги купили в маленькой кондитерской по дороге к Марише. Время
Кондитерская начинала работать в семь утра. Выпечка готовилась с шести. Так что выставленная на прилавке сдоба была еще горячей. И теперь Инна с удовольствием прихлебывала собственноручно приготовленный кофе, закусывала его свежей сдобой и мечтательно щурилась, словно сытая кошка.
– Ты не поверишь, но дома я лишена даже этого элементарного удовольствия, – внезапно пожаловалась она подруге. – Все время кручусь, все время от меня чегото всем надо… Кофе пью, буквально сидя на стуле одной половинкой попы. А иной раз так и вовсе на ходу.
– Куда же ты еще и дочку хочешь?..
– Ну так ведь я действую с дальним прицелом, – возразила ей Инна. – Когданибудь дети вырастут, дочка будет заботиться обо мне, вот тогдато я и смогу насладиться жизнью в полной мере.
Мариша только плечами пожала в ответ. Если твоя жизнь превратилась в кошмар и ты сама это осознаешь, то к чему же еще больше ухудшать ситуацию? Честное слово, некоторые люди ведут себя так, словно они для самих себя и есть самые злейшие враги!
Некоторые люди на месте Инны могли бы жить и наслаждаться жизнью. Денег ей Бритый на хозяйство давал предостаточно. Можно было бы пригласить не одну Анну Семеновну, а целый штат прислуги. Но Инна этого не делала, объясняя свое поведение тем, что не выносит в доме присутствия посторонних для нее людей.
И Инна буквально истязала саму себя, стремясь успеть сделать и уборку в доме, и различные кулинарные изыски приготовить для ставшего с возрастом привередливым мужа. Но при этом она должна была не забывать и о сыне, и о его школьных делах, и о его многочисленных занятиях в кружках и студиях, куда заботливые родители определили свое чадо.
Закончив церемонию пития утреннего кофе, Инна отправилась подремать. Мариша тоже прилегла на кровать, но сон упорно не шел к ней. Вот не спалось, и все тут! В голову Марише лезли разные мысли. Кто такая эта Петровна? Просто сумасшедшая бабка, которая сама не понимает, что болтает, или… Или в похвальбах Петровны крылась какаято правда? Ну хотя бы капля!
– А что, если бабка шантажировала отца Аюши? Ах как жаль, что нам так и не удалось узнать настоящее имя и фамилию Аюши!
Но тут же Марише пришла в голову еще одна мысль. Да, полное имя Аюши, а также ее домашний адрес, они не знали, но зато они имели полные данные на Петровну! Пока они рылись в ящике с документами, Мариша успела подсмотреть, что все документы были оформлены на Ольгу Петровну Прянишкину.
Год рождения у бабки был записан двадцать восьмой. Ей и в самом деле перевалило за восемьдесят. И родилась она тут же, в Ленинградской области, в деревне Прянишкино. Было ли совпадением место рождения бабки и ее фамилия, Мариша пока что не знала. Так же, как не представляла себе, имеет ли это вообще хоть какоето значение.
Но, так или иначе, а Мариша решила, что ей необходимо навести о Петровне как можно больше справок. И с этой целью, засучив рукава, она подсела к своему домашнему компьютеру.