Киллер для президента 2
Шрифт:
Это истинная правда. Вот одна из причин, почему я здесь. Однако пора и выработать стратегию своего поведения. Чего греха таить, я полностью у них в руках, как раньше считал, так и сейчас считаю, - отнюдь не самых чистых.
Основной мой козырь - моя голова, какая бы она ни была, человеческая или крысиная. На этом и надо строить защиту, пока эта голова им нужна, я буду жив. И наоборот, высосав все возможное, они меня непременно уберут. Никакая внешность не спасет. К слову, когда я спрашивал у Изюма насчет критериев крысиной красоты, он ответил,
Если он малоподвижен, значит, самка, скорее всего, будет плохой матерью, и детки будут страдать. А это нехорошо и неправильно, что у вас, что у нас. У Изюминки в этом смысле все хорошо, да и я ей нравлюсь. А для нас, для самцов, главное - показать, какой он непревзойденный любовник, тогда и потомство будет высший сорт!
Разум разумом, а инстинкты никуда не денешь... Они только-только приступили к освоению разума, а мы этим занимаемся уже весьма продолжительное время, - и то не избавились полностью от давления на сознание первобытных инстинктов. Что-то я отвлекся... Вернусь к стратегии. Моя основная задача - тянуть время и искать единомышленников.
Раз есть как минимум один раб, обязательно должны быть еще, это закон. Главное - не переигрывать, поначалу основной упор буду делать на то, что, мол, еще не привык к крысиной шкуре, деморализован, разбит и все такое...
Как долго удастся морочить им голову? Думаю, достаточно долго. Откуда им знать, как чувствует себя человек в подобной ситуации, они-то сами ведь никогда не были крысами! Так что шанс у меня есть, и немалый, ура! За борьбу! О! Она остановилась, с кем-то разговаривает. Надо послушать.
До него долетали лишь обрывки фраз, Татьяна и ее собеседник говорили очень тихо.
– Да, он здесь... Нет, не согласен. Надо с ним еще поговорить! Я говорила. Реакция отрицательная! Хорошо. Поняла. Есть в тридцать первую! Сейчас? По-моему, это преждевременно. Хорошо, попробуем. До вечернего доклада. Хорошо.
Из обрывков разговора пленник понял, что все еще только начинается. Но хорошо уже то, что они в раздумьях и колеблются... это мне на руку. Еще один момент, над которым необходимо подумать: как вообще питаются крысы, и чем меня здесь будут кормить? Питаться самостоятельно и по выбору, видимо, придется нескоро.
Когда общался с Изюмом, как-то непростительно мало внимания уделил вопросу питания, и теперь совершенно не представляю, что же на самом деле кушают крысы! Нет, я, конечно, помню, чем мы кормили лабораторных крыс. Однако то, что им приходилось потреблять, у меня вызывало тошноту. Так что вопрос будущего рациона остается пока открытым.
Ладно, доверимся госпоже судьбе, будь что будет.
Пока в голове у него прокручивались эти невеселые мысли, Татьяна с ношей прибыла к месту назначения. Александр услышал только характерное легкое шипение закрывающейся автоматической двери. Покрывало сдернули, да так быстро, что он невольно зажмурился от яркого света. А когда открыл глаза,
Клетка покоилась на краю длинного стола. Для Александра - ни дать ни взять взлетная полоса аэродрома! Вдалеке, во главе стола сидели трое, и одним из них был старый знакомец, полковник. Александру все военные казались на одно лицо, но это лицо не узнать было решительно невозможно.
– С прибытием, уважаемый Александр Иванович! Как вы себя чувствуете?
– Я не могу чувствовать себя нормально, пока вы топчете своими сапогами эту благословенную землю!
– Вот как вы решили начать наше сотрудничество! С грубостей. Но, насколько мне известно, для вас этот стиль общения не внове.
– С вами - да.
– Впрочем, как пожелаете. У меня для вас две новости. Как всегда, одна хорошая, другая не очень. Традиционный вопрос: с какой начать?
– Все равно. С вами мне разговаривать не о чем.
– Так уж и не о чем? А как насчет вашей собственной жизни? Вернемся к новостям. Начну с плохой. Вашим куратором назначена небезызвестная вам Татьяна Викторовна, ваша бывшая девушка... Надеюсь, вам это понравится, и вы будете прекрасно проводить время. Вторая новость, хорошая.
Вас поместят в отдельные апартаменты, полностью адаптированные под ваши теперешние жизненные потребности. Даю вам сутки на отдых и акклиматизацию в новом жилище под номером триста одиннадцать, куда вас сейчас препроводит... пардон, отнесет Татьяна Викторовна. Учтите, из этого помещения сбежать невозможно. В целях вашей безопасности установлены камеры наблюдения, даже в туалетной и ванной комнатах.
Мало ли что... Так что не искушайте судьбу, не геройствуйте и не испытывайте наше терпение, оно и у военных тоже имеет предел. Через сутки приступаете к работе. Рабочий день у вас будет продолжительностью в двенадцать часов, с двумя перерывами на обед. Выходной один. Вопросы есть?
– Да, есть. Вы уже в детстве были негодяем, или стали таковым по долгу службы?
– Вам очень нравится оскорблять меня. Продолжайте, если вам это нравится. Я великодушен сегодня... и вообще, к вам я питаю особые чувства. Вы мне напоминаете меня самого в молодости, только я был намного резче. Как сейчас говорят, крут.
– Как раз это удивительно меньше всего.
– Впервые за день Александр позволил себе пошутить. "Надо вживаться в образ!" - подумал он, и добавил: - Вам бы одеяния монаха! Очень бы пошло.
– Чего-чего, а выдержки и юмора вам не занимать. Похвально! Однако время идет... ваше время отдыха. Если вопросов более нет, предлагаю разойтись. В своей квартире вы найдете все, что вам нужно, включая интернет. Думаю, понимаете, что он строго односторонний?
– Конечно. Не ждать милостей от природы, а взять их своими руками наша задача!
– Это вы к чему?
– Да так... аллегория. Спокойной ночи! Я так точно не против вздремнуть. Устал от ваших отвратных... э-э-э... физиономий.