Кибернетика
Шрифт:
Филакс, Сальвадор, Вентидиан и Падальщик не ощущали ничего похожего на такое ликование. Творилось невозможное — предательство, убийство, война на Марсе, а посреди этого хаоса и беспорядка находились сами космодесантники.
Скараманка посмотрел на Падальщика:
— И что теперь?
ФОРМУЛИРОВАТЬ
Падальщик повернулся к Филаксу:
— Предупреди наших братьев на нижних этажах.
— Вряд ли они нам поверят, — ответил тот, потянувшись к ближайшей вокс-станции.
— Я бы точно не поверил, —
— Они поверят в тот момент, когда с транспортников начнут высаживаться войска, — сказал Скараманка.
— Предупреждён — значит вооружён, — изрёк Падальщик, вынимая штыревой интерфейс из разъёма рун-модуля.
— А вот это другая проблема, — отозвался Железный Воин. Он снял с наплечника пару маслянистых ремней болтеров модели «Умбра». — Хорошая новость — из ремонта, — сказал он легионерам, бросая одно оружие Алкаварну Сальвадору, а второе — Нем’рону Филаксу.
В качестве знака уважения все прибывавшие на Марс космодесантники сдавали выданные им в легионе болтеры, единственное доступное в башне-прецептории оружие находилось в мастерских.
— Боеприпасы? — спросил Сальвадор.
— Это — плохая новость, — отозвался Скараманка. — С полигона. Полмагазина в каждом.
Падальщик поймал себя на том, что удивлённо смотрит на Авла Скараманку. Он не сомневался, что, когда Железный Воин вернётся обратно к примарху, то перед ним откроются величественные перспективы. Помимо технических навыков в нём присутствовал весь набор лидерских качеств — ясность мышления и хладнокровие, желание, быть может, даже энтузиазм в отношении сражений. Скромность, проявленная при передаче единственного пригодного для применения легионерами оружия боевым братьям, поиск в других понимания и руководства.
Скараманка ощутил на себе инфра-взгляд аугметики Гвардейца Ворона.
— Что ж, Падальщик, — начал Железный Воин, — где же мы найдём тела?
Падальщик обернулся, осматривая ангар. Груды машин, вооружения и оборудования в разных степенях ремонта и собранности валялись на полу, перемычки вели к мастерским и кельям, а балконная платформа с мигающими посадочными огнями выступала за пределы ангара. Он обвёл рукой ангар.
— Скитарии вычислили, что не могут захватить башню с земли, зачищая этаж за этажом, — заключил Гвардеец Ворона.
— Это дало бы нам слишком много времени, чтобы укрепиться, — прокомментировал Сальвадор.
— Так и есть, — согласился Падальщик. — Как и сказал Тибор, фазовые фузилеры ударят по этажам с воздуха одновременно. Они рассчитывают на превосходство в численности…
— И на тот факт, что у них есть оружие, а у нас — нет, — добавил Нем’рон Филакс, отстранив от эбеновой щеки вокс-станцию.
— Мы сами по себе — оружие, — рыкнул Авл Скараманка.
— Мы используем оборудование ангара в качестве укрытий, — сказал Падальщик. — И уничтожим стольких, скольких сможем, когда они попытаются высадиться. К сожалению, башню-прецепторию проектировали без учёта возможности осады…
— И то, и другое сработает нам во благо, — согласился Скараманка.
— …но мы сможем
— Времени на это не будет, — внезапно сказал Тибор Вентидиан. Ультрадесантник продолжал изучать подёрнутый статикой гололитический дисплей. Он указал пальцем на призрачный тёмный силуэт, двигавшийся по Геллеспонтской низине по направлению к Новус Монс.
— Что это? — спросил Падальщик.
— Титан, — невесело ответил Вентидиан, — «Владыка Войны», полагаю.
— Терра… — пробормотал Алкаварн Сальвадор.
— Из какого он Легио? — спросил Падальщик.
— Легио Мортис, — определил Вентидиан, быстро просмотрев колонки данных.
— Какое это имеет значение? — обратился Филакс к Гвардейцу Ворона.
— Легио Мортис связаны клятвами с Кельбор-Халом, — сказал Падальщик легионерам. Он выдержал паузу, чтобы они прониклись масштабом происходящего.
— Мы должны предупредить Терру, — сказал Сальвадор, поворачиваясь к рунобанку. — Я должен предупредить повелителя Дорна.
В ту же секунду лампы и гололитический дисплей вокруг технодесантников-учеников погас. Эхо мощного щелчка прокатилось по ангару, когда единовременно замерли все механизмы, погрузив зал в полумрак. Лишь тусклый красный свет долгого марсианского восхода вползал внутрь через ворота ангара.
— Они отрубили электричество, — сказал Филакс, отбрасывая вокс-станцию.
— Вероятно, во всём квадранте, — добавил Падальщик. Снаружи до легионеров донёсся визг двигателей вылетающего из завесы марсианской пылевой бури целого роя транспортников, их силуэты замаячили на фоне висевшей в воздухе дымки. Штурмовые транспорты наземных сил автократора Марса.
— Я не могу поверить в то, что это на самом деле происходит, — произнёс Вентидиан. — Марс и Терра воюют?
— Мы этого не знаем, — ответил Филакс. — Возможно, Марс воюет сам с собой.
— Тёмный код, — сказал им Падальщик. Он подумал о безумии, закравшемся в информационные сети, и вспомнил сон о техноеретике Октале Буле. — Заражение расползается. Потоки могут заразить все системы Красной планеты. Язвы лезут из каждого порта и интерфейса. Эта зараза — марсианского происхождения, я уверен в этом.
Улыбка Авла Скараманки превратилась в оскал.
— Не имеет значения. Давайте кончать с этим, — произнёс Железный Воин.
Падальщик не мог предложить ничего лучшего собравшимся легионерам, которые всё ещё с трудом верили в то, что их марсианские повелители обратились против них.
— На позиции, — распорядился он.
Как только легионеры укрылись за корпусами полуразобранных танков и крупного оборудования, чёрные силуэты, похожие на хищных птиц, вынырнули из бледного света марсианского утра. Мощные аугмитеры изливали с небес настоящую какофонию звуков — поток визжащего кода наполнил зал. Падальщик и Тибор Вентидиан занимали выдвинутые вперёд позиции, Гвардеец Ворона в качестве оружия взял из открытого ящика с инструментами разводной ключ на длинной рукояти.