КГБ шутит... Афоризмы от начальника советской разведки
Шрифт:
Неподъемная дама.
Не Отечество нуждается в героях, а герои в Отечестве.
Женщина, похожая на лошадь, может быть столь же красивой, как лошадь, напоминающая женщину.
Старость — это возраст, когда ноги изнашиваются быстрее, чем башмаки.
Человек начинает делать глупости сразу как только приобретает способность думать, т.е. в 2-3 годика.
На кирзовые сапоги России попытались напялить демократические штиблеты.
Зачем нужна вечность, если так
Хорошо знакомая болезнь безопаснее, чем незнакомый врач.
Врачи приходят и уходят, а болезни остаются.
Просвещенная анархия.
Мы, русские, склонны приврать не по природной испорченности. В нашей истории слишком много эпизодов, не поддающихся правдивому объяснению без нанесения ущерба чувству национального достоинства.
Умирать для себя надо скоропостижно. Для родных и близких надо умирать долго, чтобы кончина принесла им облегчение.
Если с юмористом плохо обращаться, он может превратиться в сатирика.
Власть не знает положения в стране. Она им даже не интересуется.
«Мы пьем из чаши бытия с обитыми краями...»
Мир благодарен России за то, что она ушла из Германии. Можно представить, как рад был бы мир, если бы Россия ушла вообще.
Общечеловеческие ценности в Африке те же, что и везде, но они окрашены в черный цвет.
Горечь наших успехов. Каждая победа — пиррова.
Мир тесен. Места на всех не хватит.
Надо читать «Известия», чтобы знать, что хочет от России Америка.
Век музыки. Клинтон играет на саксофоне, а Ельцин дирижирует оркестром.
Не каждый гражданин способен ограбить банк, но банк может ограбить каждого.
Наши лидеры решили одну задачу — Россия не угрожает миру. Их не беспокоит, не угрожает ли России мир.
Символ державности — двуглавая бутылка.
«Конститутизировать» (радио «Маяк», 20.09.94).
Многообразие форм собственности породило многообразие форм воровства.
Принцип Чернышевского: умри, но не отдавай поцелуя просто так.
Три категории дураков:
всегда все ясно;
всегда все неясно;
ясно то, что непонятно, и понятно то, что неясно.
Взгляды настолько широкие, что не лезут ни в какие ворота.
Позиция США — Россия может быть великой державой, но только очень маленькой.
Отдал бы год жизни за то, чтобы вновь стать сорокалетним.
Капитализм с человеческим, хотя и опухшим, лицом.
Сила политика в его неспособности поставить себя на место оппонента. Слабость общества в том, что оно не может поставить такого политика на место.
Люди с сомнительным прошлым, настоящим и будущим.
Как армянин он никудышный, а как человек —
К визиту Б.Н. в Ирландию — настоящий политик может возбудить публику даже своим отсутствием.
Нам, русским, везет. У нас всегда побеждает меньшее зло. И в 91-м, и в 93-м.
Выступления министров позволяют простому человеку преодолевать комплекс неполноценности.
Свободный раб своих страстей.
Не любят ли нас ближние за наши слабости?
Диагноз — вялотекущая интеллигентность.
Проблесковая интеллигентность.
Есть люди, которым нелепое кажется смешным. Для других все смешное нелепо.
Взаимобесплодное общение.
Экономика — продолжение негодной политики нечестными средствами.
Курс отечественного огурца к импортному банану.
Умный человек подобен колоколу. Он молчит, пока его не коснулись. Дурак звонит неумолчно.
Совет безотказности при Президенте.
Собирал материальные ценности — компрометирующие материалы на единомышленников.
Черная дыра в окружающей среде.
Демократическое общество с мафиозным оттенком.
Прошлого не вернешь, настоящего не удержишь, будущего не узнаешь...
Забыть ли старую любовь и службу прежних дней?
Жизнь — это только повод для мемуаров.
«Армия чтит Грачева, президент чтит Грачева...». Ельцин, 20.10.94.
Есть женщины, способные дать только по шее.
Неприменимая оппозиция.
Если биографии нет, ее придумывают.
Человек мог бы забыть, что он животное, но об этом постоянно напоминают окружающие.
Недостаточно умны, чтобы изобрести новую ложь, и постоянно повторяют старую.
Полжизни губил здоровье, другую половину жизни его берег. Мог бы всю жизнь посвятить чему-то одному.
Только бессильная диктатура разделяет людей больше, чем демократия.
Министрами не рождаются. Ими становятся люди, не рожденные быть министрами.
Профиль, которым хочется открывать консервные банки.
«Меня беспокоит грудь». — «Чья?»
...умер своей смертью... А можно ли умереть чужой?
Демократия не менее драгоценна, чем шапка Моно-маха. Разве можно допустить, чтобы каждый напяливал ее на себя?
«Политика — грязное дело», — с удовольствием твердят российские политики, как бы давая сами себе отпущение грехов.
НОЯБРЬ 1994-го - ФЕВРАЛЬ 1995 года
Тоталитарная анархия.
Кому нужна правда, если нет справедливости?
Сдается в аренду действующий скелет человека.
Не обязательно врать, для того чтобы обманывать.