Кейн
Шрифт:
На его губах появилась чувственная лукавая улыбка, и он склонил голову.
— Очень любезное предложение.
Чертовски верно.
— Я был бы признателен, — продолжил он.
Он дал нам адрес убитого рода, и мы расстались. Мне было неприятно отъезжать от него, когда он стоял рядом с шикарным спортивным автомобилем. Моя волчица завыла, требуя остаться, но я заставила ее замолчать. Он был не для нас, что бы ни говорила об этом судьба.
Глава 4
Джиллиан
— Ты
— Да, извини.
Встреча с будущим королем вампиров полностью выбила меня из колеи. Его запах прилип ко мне, и он пах домом. Что-то в моей душе щелкнуло, и теперь моя волчица больше не хотела быть одинокой. Она хотела вампира. И как только желания моей волчицы пробудились, внезапно Квин и Восс стали пахнуть потрясающе. Трое мужчин вместе… Оу, мне нужно остановиться сейчас.
Я должна сосредоточиться на грядущей сцене убийства, а не представлять себе лицо Кейна, или его руки, обхватывающие мое лицо, прежде чем он… Соберись. У тебя впереди долгий день.
Мы остановились перед большим домом, в котором жила семья альфы стаи Крейна. Если сообщения правдивы, внутри не осталось никого живого. Восс заглушил внедорожник, и мы сидели в тишине, глядя на дом.
Энергия, окружавшая место происшествия, была настолько сильной, что я чувствовала ее внутри машины. Никогда прежде не была настолько восприимчива к эмоциональному отпечатку прошлого. Волосы на моих руках и затылке встали дыбом, меня била дрожь.
Восс посмотрел на меня с водительского сиденья.
— Ты в порядке?
Они знали, что я напряжена, но не упомянула, что только что нашла свою вторую половинку.
— Да. — Лучше пока держать это при себе.
Волчица зарычала на меня. «Ты не можешь иметь их всех троих». Она подталкивала меня к Квину годами, а к Воссу — несколько месяцев, с тех пор как он появился. Я решила, что она просто озабоченная сучка. Либо мы предназначены Кейну, либо выбираем Восса или Квина. Мы не можем быть связаны со всеми тремя. Волчица снова зарычала, пока я мысленно не толкнула ее, чтобы она замолчала. Я должна сосредоточиться на поиске того, кто убил моих людей.
— Пошли. — Я открыла дверь и выпрыгнула наружу. Квин бросился вокруг машины, очевидно, намереваясь открыть мне дверь. В данный момент у меня не было времени потакать его защитным инстинктам.
Обычно я позволяла ему это, когда никто не смотрел, но в таких случаях как в баре, на людях, отказывалась идти ему навстречу. Мне не нужно, чтобы наши враги считали меня слабой.
Вот тогда он спорил сильнее всего.
— Если вокруг есть люди, тогда еще важнее, чтобы ты позволила мне обращаться с тобой как с правительницей, которой ты и являешься.
Мой ответ всегда был одинаковым, иногда с большим рычанием, чем в других случаях.
— Прости, Квин, но это неловко. Я еще
Он хотел как лучше, но я обязана быть самой сильной волчицей во всей стае. Мне от рождения досталась сверхсила, и когда я в конце концов вступлю в должность верховного альфы, меня будет трудно победить. Уже сейчас я могу в два раза быстрее справиться с Квином или Воссом, хотя они отличные бойцы, тренировавшиеся дольше и упорнее меня. Вместе мы втроем были силой, с которой приходилось считаться.
Я уверена, что мотивы Квина не имеют ничего общего с защитой. Он наполовину влюблен в меня. Может, даже больше, чем наполовину.
Соберись. Я остановилась на полпути к входной двери, и мое сердце ухнуло в пятки. Печаль сжала мою грудь. Двухэтажный дом был вдвое больше моего собственного, и в нем жили не только альфа, но и его жена и дети, мать и сестра, а также другие члены семьи. Это не редкость, когда целые семьи стаи жили вместе.
Семья ужасно пострадала. Их больше нет. От этой мысли у меня свело живот, и я боролась с поднимающейся желчью.
— Так тихо, — прошептала я, ни к кому конкретно не обращаясь. Я ненавидела проводить расследования атак. Самые худшие из них похожи на эту, когда все уже мертвы. Все. Мое сердце замирало, и страх сжигал меня изнутри. — Дети?
Восс кивнул головой, внимательно наблюдая за мной. Смахнув слезы, я глубоко вздохнула и собралась с силами. Пора подумать о защите своей стаи и выяснить, кто напал на эту семью. Для этого я должна войти в дом и сделать то, чему меня учили.
Проклятье. Ненавижу, если речь идет о детях. Я молилась, чтобы среди погибших не было детей. Это самое ужасное.
Мы начали со двора, пересекли лужайку, принюхиваясь и прощупывая местность. Мы не могли измениться, пока не наступило полнолуние, независимо от того, как сильно волчица хотела выйти, чтобы добраться до Кейна. Однако наши чувства всегда обострены, и мы могли призывать наших волков, когда это было необходимо, чтобы получить высшие чувства и силу нашего животного.
Мы так и сделали, пока искали. Мое зрение обострилось, цвета отличались друг от друга, что позволяло легко заметить что-либо в траве. Мой слух включился, как будто я вставила слуховой аппарат в уши, которые в нем не нуждались, а мой нос дергался от переизбытка запахов, которые теперь могла различать.
В человеческом облике я не любила долго оставаться в таком состоянии. В волчьей форме лучше фильтровала свои чувства, чтобы они не перегружались. В человеческом облике мозгу приходилось обрабатывать каждый звук, запах или вид.
Квин, Восс и я достаточно натренировались в этом процессе, чтобы точно знать, что делать. Зрение у Восса было лучше всех, нос Квина — самый чувствительный, но я родилась с чем-то особенным. В моей семье первенцы всегда были особенными. Отец мог улавливать отрывки мыслей и чувств людей. Просто впечатления или несколько слов, но это помогало ему на протяжении многих лет. Говорили, что мой дедушка чуял ложь, и чем больше ложь, тем сильнее вонь.