Кейдж

Слоан Харпер

Отвращение даже близко не идет к тому, что я чувствую по этому поводу. Мы все согласились, что лучше никому об этом не говорить.

Нам до сих пор не ясно, как это произошло, но она связалась со Сьюзен и наняла человека, которого мы позже опознали как Бруно Кларка, чтобы похитить Коэна. После этого у них, похоже, не было определенного плана, потому что тропа закончилась в Вегасе.

Когда я узнал, насколько Мэнди была больна, я был рад, что она гнила где-то глубоко в недрах Вегаса. Я боролся с тем, что не знал наверняка, что с ней случилось. В конце концов, мне пришлось позвонить Брексу. Его ответом было оставить

все как есть и просто знать, что эта сука больше не тронет мою семью. Она ушла, и я чертовски уверен, что было лучше, если бы я не знал, где она оказалась. Уверен, это был сущий ад на земле.

***

Первые несколько ночей дома даются нелегко. Мы садимся и объясняем Коэну, что у его бабушки появились крылья, и теперь она собирается сидеть на облаках и присматривать за ним. Он справляется с этим так же хорошо, как и трехлетний ребенок, но позже в тот же день, когда он устает, он снова начинает звать бабушку. Мелиссе приходится выйти из комнаты, потому что она не хочет, чтобы он видел ее срыв, но я знаю, что ей тяжело.

После очередного разговора об ангелах и небесах он, кажется, понимает немного лучше.

В ту ночь он засыпает между нами.

Следующая ночь проходит немного легче, но он все еще не может встать с нашей кровати.

Только через неделю после похорон он наконец-то смог спать в своей собственной постели.

Мелиссе становится лучше. У нее есть свои моменты, но она обычно оправдывается, когда они случаются. Несколько раз я заставал ее в душе или сидящей глубоко в шкафу, погруженной в себя, но мне удавалось разговорить ее.

Суть в том, что никто в моем доме не справляется с ситуацией должным образом. Только по прошествии еще одной недели я вспоминаю о психотерапевте Иззи. Она специализируется на горе и ПТСР и помогла и Иззи, и мне после того, как я чуть не расстался с жизнью, пытаясь спасти ее. Не нужно никаких уговоров, чтобы привлечь Мелиссу. Она знает, что мы не исцелимся, пока не поговорим с кем-нибудь, не выразим свою потерю, свои страхи и все остальное, что висит над нами.

Это первый день, когда я вижу, как в ее глаза возвращается хоть какая-то жизнь. Именно тогда я знаю, что у нас все будет хорошо, что мы пройдем через это.

Мелисса

Я мало что помню из дней, последовавших за убийством моей матери. Я помню, как несколько раз просыпалась и видела Иззи или одного из парней. Я помню, как плакала по Коэну и по Грегу, но по большей части последующие дни были пустыми. Я не хочу вспоминать те дни, когда боль была такой острой, что я боялась, что она поглотит меня. Я не хотела вспоминать страх, который поглотил меня, когда я подумала, что никогда больше не увижу Коэна, никогда не смогу слушать, как он твердит о ниндзя или сосисках. И я не хочу думать о том, что я чувствовала, когда думала, что тоже потеряю Грега.

Я помню, каково это было, когда я смотрела, как его грузовик въезжает на подъездную дорожку, и увидела его лицо и тень моего спящего маленького мальчика на заднем сиденье. Я действительно помню реакцию моего тела с головы до ног, когда Грег вышел из грузовика, и я упала в его объятия.

Когда Иззи сказала мне, что они с Коэном едут домой, я без сомнения поняла, что нет ничего такого, чего бы этот человек не сделал, если бы чувствовал, что так будет лучше для его семьи.

Мы не говорим о деталях его поездки для возвращения

Коэна. Я не хочу знать. О чем мы сейчас говорим, так это о том, как нам повезло. Нам был дан шанс, который мало у кого в нашем положении когда-либо был. Второй шанс на жизнь.

Глава 28

Мелисса

Прошло два месяца с тех пор, как мы потеряли мою маму и чуть не потеряли Коэна. Сегодня мы собираемся отпраздновать мой двадцать девятый День Рождения. Мы ничего не планировали, но это просто еще один способ вернуться к нормальной жизни.

Коэн почти вернулся к тому маленькому мальчику, которым он был до происшествия. У него все еще есть дни, когда он зовет мою маму, но теперь, когда его время заполнено постоянным общением с Грегом, он, наконец, движется дальше.

— Мелисса? — Последние пятнадцать минут я была в ванной, готовилась. Ему повезло, что мне не требуются годы, чтобы подготовиться, но мои парни готовы кушать, поэтому они торопят меня.

— Здесь! — Я кричу в дверь, прежде чем вернуться к зеркалу, чтобы закончить наносить тушь.

— Ты почти готова? — спрашивает он и наклоняется, чтобы поцеловать меня в висок. — Коэн готов, накидка и все такое.

Конечно, это так. В один прекрасный день он, возможно, снимет эту штуку, но прямо сейчас ее с таким же успехом можно отрезать только хирургическим путем.

— Почти. — Я закрываю тушь и поворачиваюсь, хватая его за рубашку и притягивая к себе. Когда мои губы встречаются с его, я провожу руками по его твердой груди, прежде чем запустить пальцы в его волосы. Он одобрительно мурлычет мне в рот, и так мы забываем об окружающем мире.

Когда он хватает меня за задницу и притягивает к своему телу, я знаю, что случайно разбудила зверя. Отстраняясь, бросаю на него взгляд, полный сожаления, прежде чем сказать:

— Извини, я действительно просто хотела поцеловать тебя перед выходом.

— Рад оказать тебе услугу, красавица, но давай убедимся, что в следующий раз, когда ты захочешь такого поцелуя, мы не собираемся встречаться с друзьями, чтобы поужинать. Сидеть часами и мучиться — хреново, когда мой член вот-вот задушат штаны. — Я начинаю смеяться и поворачиваюсь, чтобы уйти в спальню, чуть не сбивая Коэна с ног в процессе.

— Папа? Что такое член и почему твои штаны причиняют ему боль? — Я оборачиваюсь и смотрю на Грега. Его лицо вытягивается от удивления, а щеки краснеют. Кто бы мог подумать, что мужчину действительно можно шокировать.

— Эм, Коэн, помнишь тот день, когда я сказал тебе, что есть некоторые вопросы, которые ты не можешь задавать, пока тебе не исполнится десять? — Он ждет, пока маленькая головка Коэна кивнет, прежде чем продолжить: — Ну, это один из тех вопросов, которые ты не можешь задать снова до тех пор, хорошо?

— Все в порядке, папочка. Я просто спрошу Мэддокса Локка! — С тех пор как Коэн вернулся из Вегаса, Грегу невыносима мысль о том, чтобы отдать его в садик. Он просто чувствует, что это слишком рано. Итак, Коэн стал новым членом команды безопасности Корпуса. Поскольку эти люди имеют тенденцию обращаться к фамилиям, отчествам, обоим, а иногда и ни к одному из них, Коэн был слегка смущен тем, как ему следует их называть. В конце концов он решил называть их так, как ему заблагорассудится. Не у всех были и имя, и фамилия. Казалось, он приберег это только для своих любимых.