Кержак
Шрифт:
– Зачем?
– Потому что я вижу на дамочке верх медицинской куртки. И вполне может быть, что это какая-нибудь докторша внутрь заскочила, когда катастрофа стряслась. Думаю, она будет не против, если откачают… И вообще, я не готов практически живого человека в административный зал пихать к другим бедолагам. У нее пока есть еще шанс.
Первой руку вверх подняла Лисса:
– Я “за”! Капсулу дрон сможет ближе к потолку протащить на выход.
– Пошел за аккумулятором, – поддержал ее Толя.
– С заказчиком сам объясняться будешь, – умыл руки Чахлый. – Я свою работу сделал, оборудование
– Не бухти. Можешь пока кофры к транспортировке готовить, их на себе тащить. “Таракан” будет другим занят… Удэ, давай ближе, по разъемам пройдемся. Я тебе расскажу, в какой последовательности будем отсоединять, а ты проверишь. Все же у тебя профильная база куда лучше. Обидно будет, если хозяйство коротнем ненароком.
В нужный ремонтный док Паррэт шаттл завел через распахнутые створки огромного шлюза. Предыдущие любители поживиться на дармовщинку постарались.
– Маневр видишь? Сдаем задом, на минимальной скорости. Ползти станем почти пять минут, зато с гарантией, что никуда не воткнемся. И одновременно слушаем, что снаружи Чахлый скажет. На нем – визуальный контроль. В не оборудованные автоматическим причальными конструкциями суда нужно ставить только при поддержке живых людей. Особенно, если до ближайшей группы спасателей полдня полета.
– Чисто, – флегматично влез в общий канал мародер. Будущий специалист по любым станкам устроился на обшивке, зацепившись фаллом за специальную ручку, которые в огромном количестве были разбросаны по всему корпусу кораблика.
– Еще минута и начнем торможение. Штанги нам не выдвинуть, все обесточено. Поэтому кантовать боксы с дронами станете в скафандрах, за счет ранцев. Смеси побольше возьмите, ворочать много придется.
Ученик пилота посмотрел на экран, куда транслировалась картинка из трюма. Камеру вернули по просьбе Гарди, на всякий случай:
– Мы тебя ненароком о стену не шандарахнем? Если неудачно груз внутрь запулим.
– Не надо запулять. Масса у шаттла приличная, но сдуру можно и хрен сломать. Поэтому нежно все приволокли, закрепили и сами рядом устроились. Шарахать в другом месте будете. Без меня… Все, начинаем отсчет. Внимание по экипажу! До запуска тормозных пять секунд! На обшивке – держись подальше от дюз… Пять, четыре…
Изнутри док навевал тоску: ободранные стены, выкорчеванные с корнем манипуляторы, голые каркасы бытовок, с которых сняли все ценное. На широкой платформе в углу высилась груда разномастных ящиков, прихваченных поверх стропами. Все ценное, что можно было использовать, за эти годы потихоньку вывезли редкие группы мародеров. Дроны не тронули – специалистов по таким системам на той же Пятерке просто не было. А продать купцам не проверенное железо вряд ли получится. Да и модель устаревшая, такие вышли из моды лет тридцать тому назад. Все, как обычно – старье сначало мигрировало в приграничные районы государств, затем оттуда на самую периферию, где и оседало в никому не интересном захолустье.
С нужными коробками проковырялись больше трех часов. Сначала аккуратно освободили выбранные боксы, затем при помощи маленького
Когда закончили и отшлюзовались, Иван снял шлем и пожаловался:
– Давно руками ничего тяжелее ложки не поднимал. Умотался… Сейчас бы в баню.
– Это что такое? – Удэ разглядывал открытый чемоданчик, куда заранее накидал кучу снеди.
– Руки дойдут, сделаю. Тогда и узнаешь. Место такое, где можно с душой помыться.
– Ты же у фермеров душевые собрал? – подобрался поближе к еде Чахлый.
– Душевые – это чтобы чистым быть. А чтобы душой отдохнуть в процессе – это баня нужна… Ладно, придумаю, как сделать. Благо, у нас теперь целый собственный док. Можно что угодно слепить.
Про личное пространство мастер не шутил. До вылета успели протянуть две нитки тяжелых лифтов, которые теперь спускались к разборке и поднимались наверх. В пустой огромной пещере команда Удэ начала проверку всех кабелей и энерговодов. Другие нанятые специалисты заканчивали составлять общий план будущих построек и готовили материалы: балки, крепеж, панели. Пустую площадку окружали прожекторами, стандартное освещение практически отсутствовало. Стартовать собирались как раз по возвращению главного организатора всего безобразия.
– Дом построим. Собственный. Чтобы у каждого личная комната. И зал с голокубом для учебы.
– Ангар не забудь, – фыркнул Удэ, дожевав первый бутерброд.
– Зачем ангар?
– Потому что без него дом барахлом забьешь за неделю. Зато в нем – стеллажи, ящики, шурупчики всякие… Все, как любишь.
– Спасибо, так и сделаю. Еще у Виты руку механическую выменяю, чтобы самому тяжести не ворочать. Заживем…
Нагрузив себе полную тарелку, Чахлый неодобрительно покосился на еще большую гору у соседа и попенял:
– Думаешь, ты его подколол, потрошитель астероидов? Щаз… Ты бы видел, во что он мою сарайку превратил в последнее время. Куркуль, каждую железочку с помойки – внутрь. И по строго отведенным местам. Дай волю, везде бы еще бирочки развешал.
– Что, неужели плохо получилось? – удивился Иван. – Нормально? Тогда и на новом месте похожее сможешь сделать.
– Я не спорю, глаз радовался. А потом сердце обливалось, когда все родне Алли продавал. Если бы не деньги на новый проект, у меня бы теперь две сарайки было бы… Удэ, поимей совесть, ты же лопнешь. Дай и другим подливку попробовать.
Когда Рах рассказал боссу последние новости, тот подумал, что ослышался:
– Чего они сделали?
– Докторшу притащили. В гибернации.
– Откуда?!
– Она в медцентре оказалась. Когда все накрылось медным тазом, успела залезть в ящик и замариновалась. А чудики батарейку воткнули, провода отсоединили и сюда. Целиком. Капсулу вместе с начинкой.
– И что мне теперь с ней делать?
– Не знаю, босс. Медички, которых нанял, там уже колдуют. Говорят – можно будет оживить, без проблем. Все необходимое есть. Проблюется сначала, это всегда если долго под дурью валяешься, но потом оклемается… Прикольно – своя докторша. Забесплатно.