Казаки-разбойники
Шрифт:
– Наверное, отец или мать у нее были европейцами, – предположил Колен.
– Скорей всего, так оно и есть, – процедил Назар рассеянно.
Пирога быстро прошла буруны, индейцы выскочили в воду и вытащили ее на берег. А матросы со жгучим интересом всматривались в происходящее на берегу, где индейцы оживленно переговаривались, не обращая внимания на пленников.
Близилась ночь, индейцы развязали пленников и повели их вверх по крутому откосу, в то время как пироги пошли морем на север.
–
– Видим, видим! Что тут поделаешь! – Назар озабоченно прищурился. – Неужели обманули? Вот негодники! Ни жратвы, ни питья, ни ребят наших!
– Вообще-то, не похоже это на индейцев, – заметил Колен. – Наверное, что-то их не устроило в наших переговорах. Видите, как торопливо они покинули берег.
– Проклятье! – Назар не на шутку разозлился. – Как легко мы поверили этим дикарям! Простаки и только!
– Успокойся, Назар, – вдруг сказал Лука. – Надо надеяться на то, что все будет хорошо.
– Да откуда ты можешь это знать?! – возмущенно откликнулся Назар.
– Ничего я не знаю, но и причин для волнений у нас пока нет.
– Лучше бы ты заткнулся, Лука!
Тот немного обиделся, не стал настаивать и отошел к неграм, которые тихо переговаривались между собой на непонятном наречии.
Лука со вниманием оглядел их всех, но ничего не сказал, а те с удивлением и настороженностью оглядывали молодого матроса, не понимая, что его заинтересовало в них.
Солнце закатилось за гористую линию острова, но темнота еще не наступила.
Жажда не покидала людей. Те четыре кварты, что были в калебасе, лишь слегка помогли уменьшить остроту страданий. А теперь и голод начал всех терзать. К тому же прибавились волнения за судьбу Якимки и негров.
Вскоре темнота опустилась на море. Остров почти не был виден. Макей запалил фонарь. Назар приказал поработать с парусами, стараясь не позволить течению и ветру выбросить судно на камни.
Взошла луна. Судно натянуло якорный канат, перестало дрейфовать и было совсем близко от малого мыска, за которым исчезли пироги индейцев.
Усталые от голода, матросы устраивались на ночлег, надеясь хоть так избавиться от мучений голодом и жаждой.
Сон мало кому помог в этом, а тут вдруг раздался голос за бортом.
Назар вскочил, поправил пистолет за поясом, наклонился через фальшборт и увидел пирогу, покачивающуюся в черноте моря.
Два индейца что-то говорили, протягивали темные предметы. Пришлось осветить их фонарем.
– Глядите, индейцы привезли корзины и калебасы! – взволнованно завопил Назар. – Помогайте быстрее! Сколько еды и воды! Вот благодать, хлопцы!
Матросы и негры быстро подняли груз на палубу. А Назар перегнулся через борт и спрашивал о товарищах. Его не понимали, но потом один индеец все же крикнул:
– Утро, утро!
Сказал он это по-французски и тут же оттолкнул пирогу от борта судна.
– Не значит ли это, что пленников вернут утром? – проговорил Назар, а Лука ответил:
– Скорее всего, именно так и будет. Утром они, наверное, привезут пленников и еду с водой. Произведем обмен и сможем двинуться в путь.
Матросы и негры набросились на воду и еду. Здесь были ананасы, маниоковые лепешки, вареные початки маиса, печеная рыба и какие-то плоды, печеная тыква и вареное мясо попугаев. Дня на два еды должно было хватить.
Лишь поев основательно, люди успокоились и почти все разом заснули, блаженно ощущая приятную тяжесть в животах.
Проснулись еще до света. Некоторые уже маялись животами. И Назар с упреком говорил:
– Я вчера предупреждал вас от обжорства! Не послушались? Вот и болеете! Дурачье! Теперь уж терпите!
Взошло солнце, и вскоре из-за мыска появилась флотилия пирог. Они шли довольно быстро, рассекая морскую гладь своими узкими носами.
– Плывут! – Лука приплясывал от нетерпения и радости. – Я говорил, что все будет хорошо! Глядите, вон и наши пленники машут руками.
Флотилия лодок перед кораблем растянулась, и пирога с пленниками оказалась позади всех.
Лишь одна пирога стукнулась о борт судна у трапа. Опять те же двое индейцев ступили на палубу и молча поклонились, едва нагнув темные головы.
– Почему вы не освобождаете пленных? – тут же спросил Назар.
– Белый человек коварство, обман, – ответила индианка. – Ваш люди быть свобода, наш люди иметь мушкет, припас.
Назар непроизвольно глянул на Луку. Тот кивнул согласно, не отрывая глаз от индианки. Остальные напряженно стояли рядом.
– Макей, возьми людей и принеси оружие и припасы к нему. Побольше.
Пока Макей с неграми таскали требуемое, индейцы осмелели и прохаживались по кораблю, осматривали все, трогали руками, но молчали.
Пироги покачивались в отдалении.
Когда все было принесено, индеец что-то коротко сказал людям на ближайшей пироге. Та быстро приблизилась, один из индейцев вскарабкался на палубу и стал передавать своим оружие и мешки с припасами.
Потом пирога отвалила, индеец крикнул, и лодка с пленными приблизилась.
– Как дела? – спросил Назар у Якима.
– Сносно, Назар! Нас не обижали.
– Якимко, привет, разбойник! – закричал Лука. – Я все вспомнил! Иди сюда быстрее, я тебя потискаю!