Кавиан

Брин Эндрю

– Что же ты молчишь? – спросила она, – боишься начать разговор без моего согласия? Но не боишься лезть, куда не надо? Можешь не извиниться. Права ты, в твои извинения я слабо верю. Я просто пытаюсь понять, что с тобой делать. Ни в коем случае не хочу, чтобы ты подумала, что я считаю тебя плохой или неправильной. Неправильная в моём понимании просто должна найти своё место. Так где твоё место? Явно не среди простых кавианок, которые и мысли допустить не могут, чтобы пойти против воли старших. А тебе плевать на всё. Мне Эгус говорила о том, что в Амми тебе удалось убедить своих келле, что ты достойная кавианка. Так что случилось сейчас? Любопытство? Этим и отличается ваше семейство, Агма.

– Так значит, моё поведение называть

правильным нельзя? А хочешь найти место для меня, так найди его, где я не могу позорить твоё имя. Я поняла уже давно, что даже для Агмианки я веду себя не как все. Сама много раз задавала себе этот вопрос. Что со мной не так? Можно ли в этом винить Иртисс? Мою первую келле, которая не сумела привить мне должное поведение, или же правда, она была бессильна против неуправляемой меня. Я знала, что мне непозволительно видеть этот обряд, но всё же перешла недопустимую черту. И что? Кому от этого стало плохо?

Мама приподнялась, и недовольно на меня посмотрела.

– На тебя действительно не стоит обижаться. Всё наше общество строится на строгом соблюдении законов, которые раньше были запретами, а ныне заложены в каждой кавианке уже от рождения. Но не у Агма, чьи поколения с трудом принимают такое. Это вам надо говорить, куда нельзя ходить и что делать, а обычная кавианка с рождения будет знать об этом.

– Ну конечно…

– Что ты сказала? Будешь дерзить мне?

– Я видела как аммианки, зная это, пытались проникать в сады с коконами. Тоже любопытством были движимы и тоже нарушили свои внутренние запреты. На это тоже есть объяснения?

– Есть. Они движимы не любопытством, а своими заложенными инстинктами, присущие только аммианкам. Как будущие дочери этого семейства они подсознательно тянутся к тому, чтобы одарить заботой ещё не зрелый плод.

– Что мне тогда делать? У меня нет природного чутья запретов, я нарушаю созданные в Агма законы, я неправильная кавианка. Что мне делать, мама?

– Ох, Нэ'Тус. А ведь знала, что у меня будет агмианка. Но я никогда не знала, как правильно организовать воспитание. Кто я была? Дочерью Агха и никогда не спрашивала себя, что будет, если делать что-то не так. Только когда мне дали символ королевы, я смогла полностью узнать о проблемах семейств и серьёзно обеспокоилась положением дел в Агма, когда увидела, как кавианки, порой потакая своей неспокойной природе, пускают многое на самотёк. Позже, эта кажущаяся для меня анархия, стала не такой пугающей. Понимала уже, что такие вы и есть. И я подумать не могла, что эта проблема станет личной, когда появилась ты, и в первую половину цикла стало ясно, что ты прирождённая агмианка. И сейчас я смотрю на тебя, и у меня возникают противоречивые чувства. Ты очень красивая. Очень сильная и способная. В тебе, как уже мне сказали, есть задатки старшей кавианки. Но! Твоя душа склонна к непривычным для нас всех вещам. Я не говорю об анархии. Я скорее пытаюсь до тебя донести, что все заложенные в нас ограничения были созданы не просто так. Они прививались поколениями как гарантия коллективного и гармоничного существования между собой. Именно это держит наши семейства дружными. А такие как ты, Нэ'Тус, пытаются оспорить эти правила, мотивируя своими целями. Эти попытки почти всегда спонтанны и не обдуманы. Они не имеют права существовать как замена идеализированным правилам нашего общества. Ибо это ведёт к разрушению множества устоев и нашей жизни. Перемены, Нэ'Тус, бывают губительны. Если ты одна такая – не беда, а что случится, если таких как ты будет сотни?

– Прости мама, но я вижу в ваших словах много противоречивости. Я услышала их, но на чём же твоё внимание? На переменах? Перемена моего характера и перемена нашей жизни в целом? Вот чего вы боитесь, да?

– Не позволяй себе кидаться словами.

– Извините, мама, я сделала такой вывод, вспоминая то, что видела. Я говорю о том случае, когда увидела море нектара. Мама, вы не хотели

мне рассказать какой мотив делать невероятно огромный источник. Но я понимаю сама. Эти перемены должны произойти, ведь так? Почему же тогда находясь уже немало времени в Амми, я заметила то, что каждая вторая рождённая младшая сестра, имеет задатки агмианки. Все обсуждают, что именно наше семейство тормозит развитие, но именно по вашему велению обряды матерей проводятся в строгий период времени, когда именно Агмианки будут рождаться в большем количестве. Или это от троотосов зависит… не знаю уже. Вам нужны сильные кавианки, способные… защитить нас от чего-то. От того что возможно станет причиной нашего голода, к которому вы готовитесь, создав море с нектаром.

Мама встала с ложа, начала медленно ходить по лепесткам иплиса, но я видела её взгляд на себе. Её глаза были наполнены некой гордостью, и я услышала обрывки её тихих слов. Она восхищалась моим умом, внимательностью, хотя сама вслух не признавала мои догадки.

– Вот каких перемен вы боитесь, мама, – досказала я, – но что же это будут за перемены?

– Тебе…

Рано это знать. Я понимаю. Сама про себя завершила её предложение, чтобы не слышать его. Обидно становится. Меня считают одновременно самостоятельной, но молодой. Меня интересует мама, что теперь делать мне? Я услышала тебя, сделала свои выводы.

– Подожди, – не торопила королева, – мы ждём Эгус.

– Госпожу Эгус?

– Да, я просто не понимаю, почему она задерживается?

Прилетевшая из ночного сада Эгус, долго извинялась на коленях за своё опоздание. Меня пугало только одно – главная сестра прилетела невероятно злой.

– Ну хватит! Я устала слушать твои извинения, Эгус. Встань! Ты же не будешь вечно извиняться за проступки моей дочки? Нужно что-то делать, а не ждать очередных её выходок. Ты не её келле, но ты обещала мне исправить её поведение. Так что будь добра, выполни своё обещание, и сделай из неё кавианку, достойную называться старшей в семействе.

– Я сдержу своё слово, королева. Клянусь! – искренне пообещала Эгус.

Главная сестра, наверное, жалела, что сделала меня своей обузой. Обернувшись, она осуждающе посмотрела на меня и вся забота, которая раньше была с её стороны ко мне, улетучилась. Она в один взмах подлетела ко мне, угрожающе заговорив:

– О, Нэ'Тус, ты будешь сильно наказана за сегодняшнее нарушение. И мне всё равно, что это на тебя мало повлияет. Ты будешь наказана за каждый свой проступок. Снова и снова пока в твою глупую головку не проберётся мысль впредь не делать подобного. Как жаль, что изначальное представление о тебе было обманчиво. Я возлагала на тебя надежды, а ты оказалась всего лишь пустышкой.

Что я могу сказать? Я всё также стояла на коленях, поднимая голову, чтобы взглянуть на маму и мысленно прося её хотя бы заступиться за меня. Но королева сидела, всем видом показывая, что поощряет унижение, которому я подвергаюсь. А унижала Эгус меня сильно. Все усилия в семье Амми сделавшие мне репутацию были напрасны. В итоге я виновата и справедливо выслушиваю все обвинения главной сестры. Настолько было обидно за саму себя и свой проступок, что на глазах наворачивались слёзы, но мне удалось их сдержать. Я не буду плакать. Ни за что.

Эгус выгнала меня вон с королевского цветка приказав ждать её в своём иплисе. Не знаю, о чём говорила Эгус с мамой, но отсутствовала она очень долго. Но я не осмелилась лечь спать. Сидела и думала над разными приходящими в голову мыслями. Стало тревожно, когда я услышала жужжание сильных крыльев. Летит моё наказание. Не успела я собраться с мыслями, как молниеносно прилетела пощёчина, выдавив из меня одинокую слезу от боли. Сестра заставила меня встать, чтобы я получила ещё одну пощёчину. Обида сменилась злостью. С ещё одной пощёчиной у меня появилась ненависть и когда Эгус снова замахнулась, я заблокировала её удар и отскочила. Заткнулась в угол, прижимая горящие щёки.

Конец ознакомительного фрагмента.