Каверна

Маржохов Тенгиз Юрьевич

Вдруг зазвонил мобильник…

Звонил Басир из тюремного ада.

– Тенгиз, салам! – послышался бойкий голос.

– Салам, Басир!

– Как ты, родной? Чем занимаешься?

– Я в раю!

– Как в раю?

– В цветущем саду с женщиной! – сказал я и посмотрел в небо.

Орлы парой кружили в горделивом танце прямо над нами.

– Её не Ева зовут? – рассмеялся Басир.

– Ася.

– Рад за тебя. Молодец!

– У тебя как, Басир?

– Да у меня… ты же знаешь…

–

Опять черти одолевают?

– Да, пытаются… постоянно мутят что-то.

– Крепись, братан, сочувствую.

– Я их гоняю. Они никак не угомонятся. Соберутся гурьбой, рога и хвосты прятать пытаются. Интриг наплетут, кровь начинают сворачивать. Но сколько не прячь, всё равно видно. Я их быстро на место ставлю, – посмеялся он.

– Знаю, братан…

– А что за девочка с тобой?

– На, поговори, – передал я трубку Асе.

– Ал-ло, – протянула Ася улыбаясь. – Спасибо, взаимно.

Они поговорили, и Ася вернула трубку.

– Ладно, братан… Береги себя! Поправляйся! – пожелал Басир.

Я понимал, как там тяжело и мысленно пожелал ему скорейшего освобождения. Но этот человек не привык падать духом ни при каких обстоятельствах.

Солнце клонилось к горам, приближался вечер. Надо было возвращаться. Мы невольно завели разговор о больнице. Ася, между прочим, сказала:

– В первую палату положили девочку. Ты к ней не подходи, она больная.

– Мы все больные, – не придав значение её словам, ответил я.

– Но она очень больная, к ней нельзя подходить… даже здороваться с ней нельзя, – сказала Ася серьёзно.

– И чем же она болеет?

– Не знаю.

– ВИЧ, РАК?.. Почему нельзя к ней подходить? Не проказа же у неё?

– Не знаю… Мне один пацан сказал, который её знает.

– Откуда знает?

– Они с одного района.

– Ладно, хорошо, – сказал я, а сам подумал: «Неспроста Ася это говорит, так переживает, что предупреждает об опасности? Смешно. Что-то неубедительно это звучит. Больше похоже на бабские интриги. Соперницу почуяла? Я даже не знаю, о ком речь».

Мы вернулись в больницу.

Это была последняя близость с Асей. Было что-то знаковое в том, что наши отношения закончились после такого красивого свидания. Только разрыв произошёл не сразу.

Вернувшись как-то вечером из дома, я застал такую картину в палате. Ася разговаривала по мобильнику, Кала и дед, недоумевая, смотрели на неё. Она была пьяна и раздражённо ругалась матом. Увидев меня, Ася улыбнулась захмелевшей улыбкой и продолжила пьяную брань. Кала и дед удивлённо пожимали плечами. Я подождал, пока она не закончила, и выпроводил из палаты.

Честно говоря, меня нервировало такое поведение.

– Я говорил, пьяная ко мне не подходи?

Ася

протянула ко мне руки, – ну-у…

– Иди к себе, – сказал я категорично.

– Ну… что ты?

– Уходи и ложись спать! – сказал я, чуть ли не срываясь на крик.

Ася обиженно вышла из палаты.

– Что она тут делала? – спросил я у сопалатников.

Кала, округляя глаза от удивления в свойственной ему манере, проговорил:

– Зашла, как себе домой, и сидит тебя дожидается. Если б я знал, что так… сам бы погнал её.

– И надо было погнать. Нормально относишься – на шею садится.

Позже я вышел в коридор. Там, сидя на табурете, курил Альба. За ним что-то виднелось. Я подошёл, поздоровался. Он, затягиваясь, покосился, показывая на… это была Ася. Она сидела на корточках, облокотившись о стену и тоже неумело курила. За ухом у неё торчала ещё одна сигарета. Она что-то бубнила себе под нос.

– Ты, обидел её чем? – спросил Альба с иронией.

Ася что-то промямлила…

Я посмотрел на неё внимательно и подчеркнуто фамильярно проговорил:

– Женщина, вы пьяны, пройдите в свою палату и ложитесь спать!

Ася обиженно разговаривала сама с собой.

Альба похихикал этой сцене. А я пошёл восвояси.

12

Знакомство с особой, о которой предостерегала Ася, произошло совершенно обыденно. Ничто не предвещало бурного романа, да и романа вообще. Как бывает в подобных случаях: «Любовь нечаянно нагрянет, когда её совсем не ждёшь».

Однажды будним днём я собирался на прогулку, когда ко мне подошёл Альба и попросил принести сигарет.

– Ты на лёгкие перешёл? – спросил я.

– Это не мне, попросили.

Я принёс сигареты и положил на стол. Мы стояли на балконе, когда в палату вошла девушка в бордовом халате. Альба сказал, чтобы взяла сигареты. Девушка поблагодарила. На что Альба заметил:

– Его благодари… такие люди ходят тебе за сигаретами, ты даже не представляешь.

– Ладно тебе, – сказал я, – ты сейчас наговоришь.

Девушка не решилась заговорить со мной. Перекинулась парой фраз с Альбой и вышла из палаты.

– Кто это? – поинтересовался я.

– С первой палаты. Недавно положили. Только вставать стала.

– Да, я заметил – по стеночке ходила. Её и сейчас пошатывает. Откуда она?

– Терская, – сказал Альба многозначительно.

– Понятно, вы по-землячески спелись, – пошутил я.

– Я ни с кем не спелся, – язвительно произнес он. – Куда мне до тебя? Она просто попросила принести сигареты.

– Что тут такого?.. Курить только плохо.

– Не пройдёт и десяти дней, как ты с ней споёшься. Вот увидишь… Отвечаю, – сказал Альба и прилёг на койку.