Кавалькада
Шрифт:
Он презрительно хмыкнул.
— Неужели вы и в самом деле думаете, что я мог что-то рассказать вашей Нэнси Грин? Что я доверю глупой девке какие-то важные сведения?
— Тогда почему?
Зонтаг прищурился.
— Вы действительно не понимаете?
— Абсолютно.
Он взглянул на дверь и снова повернулся ко мне.
— Она видела кое-что такое, чего не должна была видеть. То, что было при мне, когда мы встретились с ней во вторник.
— И что же это было?
— Удостоверения.
— Зачем же
— Это были бланки матросских удостоверений. На русском. И одно из них — на имя Петра Семеновича — все еще лежало у меня во внутреннем кармане пиджака.
Я почувствовал себя полным дураком. Если бы я передал удостоверение Биберкопфу, он рано или поздно выяснил бы, что оно фальшивое.
— Значит, все было подстроено, — сказал я. — Те молодчики у «Микадо». Это были подручные Рёма.
Зонтаг отрицательно покачал головой. Довольный, что я в очередной раз ошибся.
— Капитана Геринга. Из CA. Из штурмовых отрядов.
— Но вы же виделись с Грин еще до покушения на Гитлера? Эти карточки были у вас еще до Тиргартена?
— Я получил их во вторник утром, до нашей встречи. — Он усмехнулся. — Они были нужны для других целей.
Зонтаг стал разговорчив — наверное, потому, что наш разговор подразумевал, что я полный дурак.
— Для каких же целей?
— Чтобы проникнуть в ряды красных. И ликвидировать угрозу нашему движению. На труп кладется удостоверение, а все остальные опознавательные знаки изымаются. Если речь идет о красных или русских, власти не слишком глубоко копают.
Я кивнул.
— Прекрасно.
— У нас были удостоверения. Вот мы и решили их вам подкинуть. И убедить вас, что именно коммунисты организовали покушение на господина Гитлера.
— Кто же это придумал?
— Капитан Рём.
— А Гитлер знал?
— Фюрер знает все.
— Кто же тогда стрелял в него в Тиргартене? Или это тоже инсценировка?
— Коммунисты.
— Ну да, уж конечно. Никто из вас не знает об этом деле больше меня.
Зонтаг мрачно улыбнулся.
— Нам уже без разницы, что именно вы знаете.
— Эти люди у «Микадо». Ведь капитан Рём одного из них уложил. Пристрелил.
Зонтаг коротко кивнул.
— Вольфганга Лессинга. Он получил инструкцию скрыться при появлении капитана Рёма. А вместо этого вздумал придать нападению больше правдоподобия. И двинул на капитана Рёма. У капитана не было выбора.
— Это они вам так сказали?
Зонтаг нахмурился.
— Что вы имеете в виду?
— Бросьте, Гуннар. Чтобы такой гениальный план сработал, мне нужно было непременно увидеть это удостоверение моряка. Иначе зачем оно вообще нужно? А увидеть его я мог лишь в том случае, если бы кто-нибудь умер.
— Это был несчастный случай.
— Неправда. Рём умышленно убил одного из людей Геринга.
Зонтаг равнодушно пожал
— Вольфганг с радостью отдал бы свою жизнь за наше движение. За фюрера. Мы все к этому готовы.
— Как же Нэнси Грин увидела удостоверения?
— Они выпали у меня из портфеля. Я сказал ей, что все это просто шутка.
— И тогда Рём решил повесить их на меня. И сказал вам. И вы вынуждены были признаться ему, что дали маху. Что Грин их видела. Тогда они отправили вас в Берлин, чтобы вы успели исправить свою промашку до нашего приезда с мисс Тернер. Если бы я поговорил с Грин и узнал об удостоверениях, ваш план провалился бы.
Зонтаг поднял голову.
— Да, я допустил оплошность. И должен был понести ответственность.
— Зачем тогда Гесс в самом начале назвал имя женщины Пуци? Если бы я о ней не слышал, я бы не стал ее искать.
— Гесс ничего не знал о плане.
— А я думал, Гесс человек влиятельный.
— Не настолько, как ему кажется.
— И все же он знал о мисс Грин. И вы подозревали, а может, Рём, что он мне про нее расскажет.
Зонтаг кивнул.
— И Гесс сказал, что в прошлый понедельник вы были здесь. Но это не так. Вы тогда были в Берлине.
— Гессу в конце концов все рассказали. Фюрер рассказал. В четверг, накануне вашего приезда в Мюнхен.
— Одного не пойму. Почему Рём хотел убедить меня в том, что за мной охотятся коммунисты?
— Если в ходе своего расследования вы бы решили, что покушение — дело рук коммунистов, Гитлер сообщил бы об этом генералу фон Зеекту. И фон Зеект дал бы разрешение на организацию путча против Веймарского правительства.
— Фон Зеект и так думает, что это были коммунисты. Хотя и ваш приятель Гитлер ему не по душе.
— Капитан Рём подготовил улики против одного влиятельного члена Веймарского правительства.
— И когда я должен был найти эти самые улики?
— Скоро.
Я улыбнулся.
— А когда точно, вы, Гуннар, как видно, не в курсе? Они, как видно, вас не просветили, Гуннар?
Зонтаг резко сдвинул дуло пистолета сантиметров на пять в сторону.
— Чушь. Ты хочешь настроить меня против моих друзей, моих товарищей. Ничего не выйдет.
— О каком же члене Веймарского правительства идет речь?
— Неважно.
— Вот видите, вы и этого не знаете.
— Это не моя забота.
— Нет. Тем более, если учесть, что Рём и остальные вас подставляют. Делают козлом отпущения, Гуннар. Они знают, что за убийство Нэнси Грин вы уже на крючке у полиции. Вот они и решили повесить на вас еще парочку трупов, прежде чем бросить волкам на растерзание.
— Не говори ерунду.
— Что же случилось сегодня? Почему они вас сюда подослали?
Зонтаг усмехнулся.
— Поговорите с мисс Тернер, когда она придет. Она знает.