Катрина
Шрифт:
Глаза богини на мгновенье широко распахнулись, я никогда не видел такого явного проявления чувств на её лице.
Она закусила губу и тихонько обронила:
— Неужели это уже началось?…
— Что началось?
— Ничего. Не важно. Мне пора. Надо подготовиться…
— Подожди, — крикнул я, но в кабинете больше никого не было.
Зато постучали в дверь.
— Войдите, — разрешил я, всё еще раздумывая над поведением Сонии.
В приоткрытую дверь деликатно пролез мужчина среднего возраста, в черном стильном костюме — начальник моей личной охраны. Его назначил мне генерал–губернатор и сначала Орденцы чуть было его не придушили, но ничего, как-то обошлось… Возможно, ему спас жизнь приказ почуявшего
Я теперь в туалет не могу сходить, не обнаружив пару телохранителей под сливным бочком…
— Шеф, транспорт ждет, — напомнил он о себе.
— Иду…
Момент, когда я покидал башню, воспринимал смутно. Мой разум был занят воспроизведением короткого разговора с Сонией. Зачем она вообще приходила?
Очнулся только на плацу перед цитаделью.
Казалось, только вчера на этом месте в смертельной битве за судьбу мира сошлись мои сторонники и воины бога смерти, а сегодня об этом событии напоминает разве что стела, установленная в память о битве с самой Смертью. Цитадель, почти непострадавшая во время оккупации этого мира легионом нечисти, смотрела тысячами бойниц на раскинувшиеся внизу кварталы. Её суровый вид навевал ассоциации с истуканом, возвышающимся над молящимися, а величие, сквозившее в её облике, можно было сравнить с противокорабельной гаубицей, следящей за небом невдалеке.
Вспомнил каких затрат стоило восстановление этой пушки конкретно и всей наземной обороны в частности, и поморщился. Впервые с того самого момента, как меня воскресила Эльва, я столкнулся с проблемой финансов. Мне казалось, что живу в победившем коммунизме — ни за что не надо платить; я ни разу не задумывался о деньгах. Любое желание, любая прихоть в точности исполнялось Эльвой и Орденом. Но сейчас, когда мне стал принадлежать целый мир, моего желания вдруг стало недостаточно.
Люди на Лилис оказались совершенно другими, они не намеревались работать «для фронта и победы», зато требовали регулярных повышенных зарплат и компенсаций за ущерб, причиненный нашествием нечисти.
Эти полгода оказались нелегким для меня испытанием, и хотя девять из десяти частей моей работы делала Лара со своим отцом, та десятая часть выжимала меня досуха, даже не думая благоговеть перед моей божественностью.
В сопровождении кольца охраны я поднялся на борт бронированного авто и, стараясь делать это радушно, поприветствовал жену и «главного секретаря». К счастью, услышать их вялый ответ не смог — помешали заревевшие двигатели. Авто взмыло с плаца Цитадели и в сопровождении двух штурм–катеров понеслось над ещё спящими улицами.
— Пять сорок шесть а–эм, а я уже на работе, — сонным голосом пожаловалась Лара, — наверно пора бы просить прибавку к зарплате.
Лара — на вид совсем еще девочка–подросток, с весьма развитыми прелестями, и была моим секретарем. Она меня здорово выручала и настолько же сильно напрягала. В общем, образ несносного подростка давался ей великолепно…
— Хоть ты не говори о зарплатах, — сказал я, бросая на неё осуждающий взгляд. — Сама знаешь, что денег у меня нет.
Она сидела в кресле напротив меня, что не мешало ей не обращать внимания на ревниво жмущуюся ко мне Найту. Ледяной взгляд моей жены Лара игнорировала с не менее ледяным отчуждением. Но всё же не сдержавшись, она грациозно перекинула ногу на ногу так, чтобы невзначай продемонстрировать нижнее белье под короткой юбочкой.
Я уставился в окно. И без этого знал, каким бешеным взглядом одарит её Найта и как очаровательно–невинно улыбнется она в ответ.
Меня порядком утомили все эти безмолвные
Но была и другая причина, не дающая душе спокойствия. Будь я среднестатистическим человеком, все эти мысли остались бы на уровне подсознания — а если бы выходили на передний план, я бы гнал их, даже не отдавая себе отчета.
Но я — бог. Я знаю, что творится в самых глубоких уголках души и что служило тому причиной.
Если отбросить, что Найта моя жена и любовь всей жизни, а Лара просто наемный работник, — я стоял на перепутье, хорошо зная, что куда бы не пошел, выберу неверный путь. Найта — само совершенство. Её нечеловеческие черты лица, утонченные, нежные и воздушные, ежесекундно притягивали к себе взгляд. Её сосредоточенные глаза, всегда суровое выражение лица, нежные губы, пышные волосы и, будто бы прозрачная, бархатная кожа, были наполнены невероятной природной силой — она казалась прекрасным, невинным ангелом, по неизвестной причине сошедшим с небес.
Лара — на вид четырнадцатилетняя девчонка с розово–красными блестящими волосами, с вызывающим выражением лица, цепким и строгим взглядом. Она не была столь совершенна, как Найта, она не казалась небожителем, её внешний облик юной соблазнительницы и внутренний мир полный страстей и стремлений, был вполне земным, но от этого не менее манящим. Она казалась маленькой дьяволицей, стремящейся меня соблазнить.
Когда я вновь глянул на них, Лара сделала вид, что подправляет и без того идеально уложенные, западающие на лицо кроваво–красные волосы с розовыми отливами, а Найта с самым безмятежным видом почесывала остриё ушка, выбившееся из-под воздушных, чуть закрученных прядей.
— Патрон, я как раз хотела поговорить по этому поводу, — произнесла Лара.
— По поводу зарплат?!
— Нет, но касательно финансов. Я разработала план и поняла, как можно обойти последний мораторий ОСА.
— Как же?
Девушка выдержала паузу и, лишь убедившись, что полностью завладела вниманием, продолжила:
— «Сердце Эльвы». Ключ к нашему подъему лежит в твоем колоссе.
— А конкретней?
— Я «совершенно случайно», — сказала она, явно сделав ударение на фразе, — получила некоторую информацию о технических характеристиках «Сердца» и выяснила, что на корабле установлен самый мощный во Вселенной энергетический привод для гипервременных двигателей. А это значит, что в результате небольшой модернизации «Эльва» способна в один прыжок покрыть расстояние за границы ОСА.
— Умничка!
Я не сдержал порыв, запустил руки в её уложенные волосы и потеребил, как щенка.
О последствиях подумал только в тот момент, когда Найта с силой сжала моё предплечье, а взлохмаченная Лара улыбнулась в тридцать два зуба.
— Я знаю, — пропела она, — но мог бы повторять это почаще.
Теперь чертов Старведий подавится своими предложениями! За полгода мира с ним он умудрился испортить мне всю кровь. А вроде бы всё так хорошо начиналось.
Сначала между ударом в челюсть и рукопожатием, я сделал выбор в пользу последнего — так вражда между нами и закончилась. После было подписание признания суверенитета Лилис, где он во всеуслышание подтвердил, что я герой не то что ОСА, а Всего Человечества. Что я раскрыл заговор бывшего Великого Гроссмейстера, который все эти годы умудрялся втайне воевать с обнаруженными им «Запретными мирами» и тем самым развязав войну имевшую катастрофические последствия. В общем, теперь вся галактика знает, что я тот парень, который раскрыл заговор и остановил страшную бойню.