Катриэль
Шрифт:
Марк понимал. Слова лекаря в полосатом костюме не лишены были смысла. Что бы победить, нужно хотя бы знать, с чем бороться. Но книгочей не мог сказать правды.
– Глупо с вашей стороны молчать. От этого зависит жизнь вашей красноволосой подруги. Я доктор, а не болтун и законы врачебной этики чту, – смотритель уже не знал, как именно разболтать книгочея и узнать об истинных причинах недуга девушки. Но надо отдать должное, не из–за длины своего носа, не из праздного любопытства он старался выведать то, что так тщательно скрывают друзья. Как порядочный лекарь
Марк же упорно делал вид, что не понимает чего, от него хотят.
– Ладно, – устав спрашивать, смотритель всучил несколько баночек книгочею. – Держи это. И это, – и добавил парочку сверху. – А я возьму вот эту книгу.
В руках смотрителя оказалась маленькая книжка. Марк хотел было поинтересоваться что это такое, но был бессовестно вытолкан из комнаты.
– Давай, давай, надо спешить.
– Да спешу я, спешу.
В очередной раз, шарахнув толстую дверь о стену, в номер вошел Нэльс. В одной руке он держал тяжелый деревянный чемодан, а в другой барахтался карлик.
– Наконец–то! – обрадовалась Ольга. Ей порядком надоело одной сидеть у постели больной подруги. К тому же блондинка была уверена, что как только
Катерина превратится в «черного» эльфа, то первым делом всю свою черноту выместит именно на ней. Этот расклад Ольгу не устраивал, она подбежала к высокому фонарщику и спряталась за его спиной.
– Сидеть здесь одной, очень страшно.
– А что Марк и наш врач не вернулись? – первым делом осведомился Нэльс.
– Как видишь, нет.
Карлик выскочил из крепкой хватки фонарщика и заинтересованно подковылял к дивану.
– Такая, молоденькая, такая хорошенькая и уже умирает. Ну что же, и такое в нашей жизни бывает.
– С ней все будет в порядке! – возмутился Нэльс.
– Нам только и остается, что смотреть на тление молодого организма, – вздохнул карлик.
– Типун тебе на язык, глупый коротышка.
– А ты не указывай человеку на очевидные его недостатки. – Карлик обиженно подтянул красные панталоны и отошел от больной девушки.
В номере, наконец, появились смотритель и книгочей.
– Привет Отли, – поздоровался высокий.
– Здорово были, – кивнул все ещё обиженный карлик.
– Ну что там у нас? – риторически произнес смотритель и присел рядом с Катей. Состояние ее ухудшалось с каждой минутой. – Теперь у нее жар, – прикоснувшись ко лбу девушки, произнес он. – Это хорошо.
– А что хорошего? – удивился Марк. – Она недавно была как мороженное.
– Значит, организм борется.
На настенных часах пробило ровно двенадцать.
– Времени больше нет, – почему–то констатировал смотритель и, подвинув к себе чемодан с инструментами, закатал рукава. На запястьях блеснули два золотых браслета. Сила, которых превышала возможности, большинства зачарованных вещей в волшебном чемоданчике. Но, не смотря на это, исцеляющими браслетами, смотритель гостинице уже давно не мог пользоваться.
В
– Теперь нам нужен свет, – с этими словами смотритель дунул на свечу, и она, противореча всем законам загорелась. Одновременно погас весь другой свет в комнате.
Напугавшись ещё больше, блондинка прижалась к фонарщику.
Поочередно смотритель прикладывал медальоны к свече, стараясь сделать так, чтобы тень от них падала на Катерину. Рисунки и формы кулонов были разными, оттого, и свойства их отличны. Перебрав каждый медальон из синий коробочки, и не заметив никаких изменений, смотритель подозрительно покосился на черную. В этой, самой маленькой по величине, хранились самые сильные амулеты, против могущественного зла. Длинноносый лекарь набрал в легкие воздуха и волнительно выдохнул: ему лишь однажды пришлось воспользоваться ее содержимым. В практике веселого лекаря, обычно было достаточно медальонов из синей коробки, помогающих против упырей, оборотней, водяных и прочей средней магической живности.
– Интересно, – пробубнил себе по нос смотритель. – Так кто, говоришь, напал на вас в том поезде?
Марк виновато склонил голову и, прищурив один глаз, покосился на Нэльса. – Я не говорил, что мне пришлось все рассказать?
У фонарщика волосы встали дыбом.
– Что значит все?
Книгочей сделал шаг назад. На всякий случай, для самосохранения.
– Ммм, – виновато протянул Марк. – Чтобы знать, какое противоядие использовать, чтобы спасти жизнь нашей подруги, мне пришлось сознаться, что мы были в том поезде и что на нас действительно напали упыри.
Скулы на лице Нэльса заиграли, было заметно, что ещё чуть–чуть, и он взорвется.
– Ты книгочей, и упырей разве что на картинке то видел, – прошептал фонарщик. – Что ты несешь? Противоядие все равно не поможет.
Марк пожал плечами и сделал ещё один шаг назад.
Фонарщик шлепнул себя по лбу и замотал головой.
– Да это были упыри, – честно соврал он.
— Ну, упыри, так упыри. – Смотритель убрал последний амулет, с изображением летучей мыши.
Его сила не подействовала на отравленную девушку.
Подошло время магии посильнее.
Черная коробка зловеще скрипнула: кулонов в ней было намного меньше, но зато по размеру они были крупнее; сделанные из разных металлов, каждый медальон украшал драгоценный камень.
На Катю упала первая извилистая тень. Девушка немного поморщилась.
Вторая тень напоминала дракона. Катерина поспешила отвернуться от обжигающего изображения.
Смотритель понял, что на верном пути и достал третий медальон: его очертания были похожи на крысу, хвост которой закручивался спиралью к центру. Как только тень третьего амулета коснулась лица девушки, Катя вскрикнула – это прикосновение принесло ей нестерпимую боль.