Катарсис
Шрифт:
— Стреляйте! Чего вы ждете? — Раздался раскатистый бас архангела.
За долю секунды подлетев к Марии, Михаил взял ее на руки и крепко прижал к себе. Испуганная девушка чувствовала теплый метал золотой брони, чувствовала как огромные руки гиганта прячут ее от враждебного и опасного окружающего мира. Архистратиг развернулся спиной к мятежникам демонстрируя им свои широко распахнутые крылья. Опустившись на одно колено, он зажмурился, пытаясь сосредоточиться. Направив все свои силы в одном направление, архангелу удалось сформировать мощное гравитационное
— Валите их всех! — Крикнул Йозеф и тут же нажал на курок.
Оглушительный грохот штурмовых винтовок разлетался по огромному залу со всех сторон. Два тяжелых, шестиствольных пулемета «апостолов» выкашивали повстанцев с ужасающей эффективность. Гравитационный щит Михаила сдерживал тысячи выпущенных по нему снарядов противника, но при этом неумолимо пожирал его силы. Руки архангела все крепче прижимали Марию к груди, закрывая от любой возможной угрозы.
Персивальд бросил несколько осколочных гранат в места наибольшего скопления мятежников. Взрывы разбросали безжизненные тела ангелов по залу.
Через мгновение в зал влетели еще с десяток «апостолов», видимо из той группы, что высадилась на крыше. Не долго думая они присоединились к истреблению мятежников.
— Отличный трюк, мы так целую армию можем перебить! Это как в учебном тире! — Радостно крикнул Гектор и тут же его голову разорвало выстрелом из «разящего».
— Что с щитом? — Взволновано спросил Йозеф, глядя на раскуроченный череп Гектора. Ворчливый штурмовик судорожно подергивался в агонии на залитом кровью полу.
— Что с Михаилом? — Послышался испуганный голос Персивальда.
Командующий бросился к архангелу, попутно посылая коротки очереди в наступающих мятежников. Гравитационное поле израсходовало все силы Михаила, после чего он потерял сознание. Каждое попадание снарядов в его спину сопровождалось брызгами крови и тучами разлетающихся перьев. Задние элементы кирасы были пробиты в нескольких местах, крылья сильно повреждены. Сияющий ранее над головой нимб практически исчез.
— Левый фланг! Левый мать вашу фланг! — Орал один из пулеметчиков расстреливая большую группу мятежников рвущихся в рукопашный бои.
Несколько штурмовиков откликнулись на его зов и поддержали огнем. Потери среди «апостолов» были большими и продолжали росли, многие из их воинов уже лежали на полу без признаков жизни, многие были тяжело ранены. Однако потери среди мятежников несоизмеримо больше, их остатки деморализованы и они больше не хотят продолжать сражение. Ангелы кричат, что готовы сдаться, просят прекратить огонь, некоторые бросают оружие.
— Не стрелять! — Приказал Йозеф.
Грохот орудий сменила тишина. В ушах все еще слышался легкий звон, как послевкусие оглушительной канонады. В воздухе стоял дурманящий аромат пороха и свежей крови. От ужасающих крупнокалиберных пулеметов поднимался пар, стволы были раскалены непрерывной стрельбой.
— Бросьте оружие и покажите руки!
Перепуганные ангелы сделали все, как им сказали. Они бросали винтовки и даже
— А теперь идите к стене и постройтесь в ряд, нам надо вас осмотреть и пересчитать! — Грозным голосом продолжал Йозеф.
Ангелы с поднятыми руками послушно побрели к одной из стен, переступая через трупы своих братьев. Выстроившись в ряд, они нервно переглядывались, не смея задавать вопросов. Их испуганные лица, покрытые угрожающим гримом, выглядели нелепо.
— Их всего шестнадцать! — Доложил один из штурмовиков. — Что прикажите с ними делать?
Командир несколько секунд помолчал, разглядывая стоящих перед ним пленников, после чего отдал приказ: — В расход!
Два тяжелых, еще не успевших остыть, пулемета с грохотом принялись разрывать тела мятежников. Кристаллы разбивались, крошились на мелкие фрагменты, черная броня разрывалась от каждого выпущенного снаряда, конечности мятежников отлетали как у дешевых пластиковых игрушек, а животы выворачивались наизнанку раскидывая внутренности на несколько метров вокруг. Стена была усыпана множеством выбоин, покрытых литрами крови, кусочками плоти, мозгов и внутренностей. Подразделение «альфа» не берет пленных, если это не является основной целью миссии, как например, было в Гонконге.
— «Это были последние, думаю, в крепости больше никого не осталось. — Предположил Йозеф. Персивальд стоял рядом с Михаилом, который все еще был без сознания.
— Я не могу выбраться, он придавил меня! — Стуча своим кулачком по золотой кесаре архангела, причитала Мария.
— Скажи спасибо, что ты не лежишь в общей куче трупов вместе со своими друзьями. — Огрызнулся Персивальд.
— Ладно, давай вытащим ее. Неизвестно сколько он еще будет в отключке. — Предложил Йозеф, глядя в глаза Марии.
— Она опасна. Непредсказуема. — Персивальд развернулся к командиру «альфы».
— Ну а что ты предлагаешь? Сидеть тут и ждать пока он не придет в себя? Может он вообще мертв, мы же не знаем! — Перезаряжая свою винтовку, спросил Йозеф.
— Да как ты смеешь такое говорить! — Персивальд схватил командира за ворот.
— Убери руки или я тебе их отрежу… — Сквозь зубы прошипел Йозеф.
— Господин Персивальд, расслабьтесь. Он прав, нужно перенести архангела на борт вертолета, забрать реликвии и свалить уже из этого места. Высказался один из «апостолов».
— Ладно… Пусть будет так… — Персивальд оставил Йозефа в покое и не спеша отошел в сторону.
Совместными усилиями им удалось повалить Михаила на спину и освободить Марию.
Девушка оказалась на удивление смирной и послушной. Ни какой агрессии и лишней болтовни от нее не исходило. Возможно, она понимала, что находится не в том положение, что бы вести себя как то иначе. Связав архангела веревками, для более удобной транспортировки, шестеро «апостолов» (двое из которых в экзоскелетах) оттащили его в коридор.