Кастор
Шрифт:
Поговорив немного с профессором,я отправился к Куле.
Глава XII. Охота на эхиноптерикса
Починив отпугиватели и вернув персонал станции назад, мы с Гоном стали готовиться к поимке эхиноптерикса. Станция была разбита возле озера, куда на водопой приходили эти животные. По берегу водоёма росли кустарниковые деревья и однажды утром, взяв винтовки, заряженные капсулами с парализатором, мы пошли на охоту. Хоть этот зверь и был травоядным животным, однако его тело было чрезвычайно подвижным. Существо представляло собой нечто среднее между ящером и млекопитающим. Казалось, что эволюция стала лепить из ящера млекопитающее, но так и не закончила дело. Костистый гребень в задней части спины, лапы ящера – эти рудименты
Обнаружив тропу, по которой звери ходили на водопой, мы сели в кустах и стали ждать. Солнце поднялось над горизонтом, ветра не было и стало припекать. К счастью, здесь не было ни москитов, ни комаров, которые заставили бы нас страдать от укусов. Прождав около часа, я услышал шорох и треск сухой ветки и вскоре на тропе появился вожак стаи. Это был крупный самец с большой головой. Он медленно шёл, останавливаясь и прислушиваясь к звукам. Я медленно поднял ружьё, тщательно прицелился, но меня опередил Гон. Послышался сухой щелчок и зверь, почувствовав укол, подпрыгнул, и вся стая сорвалась с места и понеслась прочь. Вожак сделал несколько прыжков, однако мышцы его перестали слушаться и пройдя ещё несколько шагов,он повалился набок. Я включил рацию и связался с Бартом, который находился в лагере и ждал нашего сигнала.
– Барт, мы обездвижили его. Возьми кого-нибудь из парней и лети сюда.
Через десять минут челнок завис над нами, затем найдя свободное место, сел. Подошли Пот и биолог. Барт согласно инструкции исследовательских групп не покидал корабль.
– Крупный экземпляр! Удивительное создание!
– Нужно будет продеть ремни под него и забрать с собой. Полетим сразу на центральную станцию.
Общими усилиями мы закрепили на теле зверя ремни, затем челнок завис над телом животного и поднял его наверх. Я оставался внизу до конца и покинул это место последним.
На центральной станции нас уже ждали. Просторная клетка для животного стояла рядом с клеткой грифона и как только мы прилетели к транспортному отсеку подъехала грузовая тележка, управляемая профессором и эхиноптерикс был благополучно опущен лебёдкой на неё и довезён до места своего заточения. Затем ему был введён восстанавливающий укол, и через пять минут животное стало шевелиться. Тележка стала поднимать платформу с противоположной от клетки стороны, опрокидывая животное на открытую нижнюю часть передней стенки клетки. Она была сделана из прочного, но в то же время лёгкого сплава и животное сползло прямо на эту площадку, которая тут же начала подниматься и закатывать тело звероящера внутрь. Он уже очнулся, и пытался встать на ноги, и через минуту верхняя решётка опустилась и сомкнулась с нижней частью. Зверь оказался внутри.
Когда мы обедали, профессор сказал:
– Нам для полноты коллекции нужен экземпляр дракона и тогда без сомнения эта планета получит свой неприкасаемый статус. Плюс те снимки с камер, что стоят на озере и те, что мы добудем, послужат убедительными доказательствами для созыва комиссии. У этого дракона должно быть где-то гнездо недалеко от станции.
– Может он гнездится на кронах больших деревьев как горефус?
– Очень возможно. Охотно допускаю. Я внимательно его изучил и это – самка. Возможно, где-то есть гнездо с птенцами.
– Профессор, чтобы его найти, понадобится время. Не лучше ли заняться поисками других мест, где могут водиться необычные животные и птицы? Пока Востур залечивает свои раны, я с Гоном и Бартом хочу посетить самый отдалённый район на юго-востоке.
– Что ж, Кор, ума тебе не занимать, действуй.
– Да, и к тому времени, когда экспедиция на острове закончит свою работу, мы найдём для них новое место для станции.
– Замечательно, действуй. Ты остаёшься старшим группы. Начинайте с завтрашнего утра.
– Хорошо, профессор.
Глава XIII. Урухусы
На следующее утро, плотно позавтракав и взяв с
Летели мы долго и стали снижаться, чтобы найти подходящее место для посадки. Однако девственный лес не оставлял никакой надежды найти хоть пятачок нетронутой земли. Наконец, мы пересекли тропический пояс вечнозелёных лесов и оказались в степной зоне, поросшей редким кустарником и отдельно стоящими группами деревьев. Мы снизились до высоты 800 метров и, сделав круг, приземлились. Нам нужен был отдых и прежде всего Барту. Дверь входного люка открылась, и мы ступили на залитую солнцем землю.
Это была полупустынная местность с жёсткой травой, росшей среди песка. Сухой воздух говорил нам о том, что дожди здесь редки. Держа в руках ружьё, я отошёл в сторонку, чтобы размяться. Вокруг, насколько хватало глаз, простиралась равнина. Зверей не было видно и это объяснялось тем, что поблизости не было ни озёр, ни тем более рек. Гон тем временем разогрел брикеты с едой* (*Еда для исследовательских экспедиций находилась в герметичных контейнерах, снабжённых элементами питания, которые позволяли её быстро разогреть. Внутренняя часть, в которой находилась пища после использования вынималась и выбрасывалась. – Прим. автора) и мы быстро поели. Отдохнув с полчаса, Барт включил двигатели, и мы продолжили путь. Корабль летел на высоте 8-9 километров со скоростью 950 км/ч, что было конечно утомительным занятием, ведь челнок мог развить скорость в пять раз большую! Однако постоянно велась аэрофотосъёмка, что являлось одной из задач экспедиции, и мы больше не снижались, поскольку внизу проплывал пустынный ландшафт. Мы летели весь день, пока солнце не начало садиться и тогда выбрав подходящее место, корабль сел на песчаный холм, находящийся среди подобных холмов. Багрово-красное солнце садилось, а вокруг был только песок и редкая пожухлая трава. Сразу стало холодать, и мы закрыли дверь. Откинув сиденья кресел, мы разогрели пищу, поели и легли спать.
Утром, едва занялся рассвет, мы умылись из фляг, взятых с собой, позавтракали и полетели дальше. Набрав высоту 6000 метров, мы летели час за часом, не снижаясь. Внизу не было ни рек, ни гор, ни какой-либо растительности, только пустыня. Через семь часов полёта мы стали снижаться, потому что местность внизу стала меняться. Вначале это были маленькие зелёные островки среди жёлто-бурых пятен, затем они стали расти вширь и вскоре под нами простирался зелёный ковёр саванны. Мы снизились до двух километров и сразу увидели большое стадо травоядных животных. Снизившись до 700 метров, я стал снимать их на камеру, однако приняв нас за большую птицу, животные рассыпались в разные стороны, пустившись наутёк.