Карусель
Шрифт:
— Надеюсь, — перебил ее Дэн, — ты не думаешь, что в твоих словах есть смысл, потому что его там нет. Идиотские слова: «он странный, одинокий, у него проблемы», — передразнил он. — Значит, мы его сторонимся. Мы любим только высоких, красивых, счастливых людей. Так, да?
— Я совсем не это имела в виду, и ты это прекрасно знаешь, Дэн Грей. Я просто очень огорчена, что ты рассказал ему про Тину. Он ничего не знает о детях, он…
— И однако же очень хорошо ладит с этим ребенком! — резко бросил Дэн. — Они едут.
Лошадь и пони бодрой
— Давай еще! — заявила она, как только лошади остановились.
Дэн снял ее с пони.
— Значит, тебе понравилось? Тебе понравилось иметь собственного пони?
— Да, и мы дали ей имя. Знаете какое?
— Нет. Скажи нам.
— Угадайте.
— Принцесса, — быстро произнесла Салли.
— Шоколадка, — предложил Дэн.
— Белоснежка.
— Резвушка.
— Неправильно. Все неправильно! — закричала Тина. — Сюзанна. Ее зовут Сюзанна.
Родители посмотрели друг на друга в некотором отчаянии. Первым возразил Дэн:
— Нет. Так зовут твою сестру, а не пони.
— У нас не может быть двух Сюзанн, — поддержала Салли. — Мы все время будем их путать.
— У нас и не будет двух, — возразила Тина, — потому что ту вы отнесете обратно.
— Ну хватит! — твердо заявил Дэн. — Мы никуда не унесем нашу Сюзанну. Она наша, тебе сто раз это говорили, и тебе придётся придумать своему пони другое имя — или у тебя вообще не будет пони!
— Не горячись, — пробормотала Салли, беря Дэна за руку. — Тина, я помогу тебе придумать для нее какое-нибудь более подходящее имя.
— Дядя Клайв сказал, что я могу назвать ее, как захочу, потому что она моя. — С этими словами Тина сморщилась, приготовившись заплакать.
— Я не имел в виду имя твоей сестры, — поспешно проговорил Клайв. — Не надо плакать. Отдай поводья… — К ним как раз подошел один из конюхов, чтобы забрать животных. — И пойдем в Большой дом пить горячий шоколад и есть суфле. Много суфле. Что скажешь?
Ему, несомненно, удалось отвлечь Тину и уладить разногласие, но подкуп не решение проблем. Какими бы хорошими намерениями ни руководствовались другие, вмешательство было нежелательным и создавало в конце концов еще больше трудностей. С некоторой неохотой Салли все же пошла за ними в Большой дом.
Сидя в библиотеке, Салли думала о том, как, должно быть, ужасно для Клайва оставаться одному в этом огромном доме, где спокойно могли бы разместиться две семьи, на время отлучек Оливера, что случалось достаточно часто и так было и сейчас.
— Сегодня утром отец звонил из Вашингтона, — сказал Клайв. — Его сделали членом совета очередного музея. Еще там родился какой-то проект по преподаванию искусства в городских школах. Разумеется, для него все это очень важно. Голос у него по телефону был довольный.
Клайв сидел в мягком низком кресле, которое, возможно, было сделано специально для
Достав из кармана сигареты, он попросил у Салли разрешения закурить, получил утвердительный ответ, чиркнул спичкой и, закинув, голову, с наслаждением выпустил дым через нос.
— Ты же кашляешь, — мягко пожурил его Дэн. — Пожалей свои легкие. Когда ты остановишься?
— Возможно, никогда, — усмехнулся Клайв. — Или пока не умру.
— И это говорит человек с твоими мозгами! Может, тебе стоит заняться преподаванием математики в Гарварде или где-то еще? Тогда тебе придется носить вельветовые пиджаки с кожаными заплатами на локтях и курить трубку. От трубки по крайней мере меньше вреда, чем от твоих бесчисленных сигарет.
— Хотите от меня избавиться? Нет, меня устраивает моя жизнь. Более или менее.
Сегодня Клайв был явно настроен на игривый лад. Это случалось редко, особенно в присутствии Йена, тогда его дух, казалось, прятался в раковину.
Его лаконичная речь часто была краткой. «Иногда, — подумалось Салли, — ловишь на себе взгляд Клайва и чувствуешь, что в голове у него бродят странные мысли, не можешь сказать, нравишься ты ему или нет».
Однако сомнений в том, что ему нравится Тина, не было. Взяв кусок суфле, она как раз обмакнула его в чересчур полную чашку с шоколадом и уронила этот кусок на ковер.
— Господи, посмотри, что ты наделала! Останется пятно, — расстроилась Салли.
— Ничего страшного, — сказал Клайв. — Она нечаянно. Ковер отчистят.
Салли не была уверена, что Тина уронила суфле нечаянно. У нее было много способов привлечь к себе внимание, и одним из них было разлить или уронить что-нибудь. Однако здесь не место и не время говорить об этом.
— Я подумываю, — начал Клайв, — я еще вам об этом не говорил? — построить себе коттедж в Ред-Хилле. Всего четверть мили от Большого дома, а уже полное уединение. Мне нужно личное жилье, где я могу встать в пять утра, не опасаясь потревожить отца или его гостей, и отправиться на верховую прогулку. Я даже мог бы оставаться там зимой и ездить оттуда на работу.
— Оттуда далеко ездить, — с сомнением заметил Дэн.
— Шестьдесят миль — пустяк по хорошей дороге, особенно ранним утром. Оно того стоит, чтобы иметь возможность зимой кататься на лошади по лесу. В школе верховой езды всегда много людей. А я люблю зимнюю тишину там, наверху, где не раздается ни звука, даже птицы не поют, а в тихий день нет и ветра.
Дэн кивнул:
— Тогда ты, видимо, понимаешь мои чувства по отношению к этому лесу. Не то чтобы я так любил одиночество, но вполне тебе сочувствую. Это больше, чем делает твой брат, учитывая его планы насчет «Грейз фудс».