Карты на стол
Шрифт:
— А мисс Мередит?
— Помню отчетливо, что она один раз тоже вставала со своего места. Она обошла вокруг стола и заглянула в мои карты, потому что в это время я был ее партнером. Потом она посмотрела карты у других, и прошла по всей комнате Что она делала, я точно не знаю, просто не обратил внимания.
Старший инспектор Баттл в раздумьи проговорил:
— Вы все сидели вокруг столика. Был ли кто-нибудь обращен лицом к камину?
— Нет. Все были немного повернуты в сторону. К тому же между столиком и камином стояла горка с китайским фарфором,
— В таком случае, несомненно, тот, кто не играл и был убийцей, — сказал старший инспектор Баттл.
— Но, тем не менее, — сказал доктор Робертс, — для этого нужна огромная выдержка, как вы сами можете понять. В конце концов, кто мог быть уверен, что в самый критический момент один из игроков вдруг не обернется.
— Да, — сказал Баттл. — Человек шел на огромный риск. Для этого должен был быть очень сильный повод. Хотелось бы мне знать, в чем он заключался, — добавил он с плохо скрываемой насмешкой.
— Думаю, что вы это сумеете узнать, — сказал Робертс. — Разберетесь в бумагах убитого или еще как-нибудь. Наверняка, в чем-то найдется ключ к разгадке.
— Мы надеемся, что так оно и будет, — с мрачным видом ответил старший инспектор Баттл.
Потом испытующе взглянув на собеседника, сказал:
— Я хотел бы спросить вас, не сделаете ли вы одолжение, доктор Робертс, и не скажете ли мне ваше личное мнение, как мужчина мужчине.
— Конечно.
— Кто из трех мог это сделать?
Доктор Робертс пожал плечами.
— Это нетрудно сказать. Даже не думая, я бы назвал Деспарда. У него стальные нервы, он привык к опасностям, привык действовать быстро и решительно. И он не прочь пойти на риск. Мне что-то не кажется, что на такое была бы способна одна из присутствующих женщин. Ведь, как я могу себе представить, для этого нужна была еще и физическая сила.
— Не так уж много физической силы, как вам это кажется. Взгляните-ка вот на это.
Словно фокусник, Баттл вдруг вытащил откуда-то длинный тонкий инструмент из блестящего металла с небольшой круглой головкой, украшенной драгоценными камнями.
Доктор Робертс наклонился вперед, взял его в руки и осмотрел с большим профессиональным интересом. Он попробовал острый конец и присвистнул.
— Вот так штука! Вот это да! Будто специально предназначалась для убийства этого бедняги Шайтаны Входит, как в масло, ну совсем, как в масло. Наверное, убийца прихватил ее с собой специально на этот случай?
Баттл покачал головой.
— Нет. Это принадлежит мистеру Шайтане. Эта вещь всегда лежала на столе около двери вместе со множеством других безделушек.
— Так значит, убийца просто воспользовался этой штукой. Это просто удача, что он смог найти подобный инструмент.
— Да, пожалуй, это лишь одна сторона вопроса, — медленно сказал Баттл.
— Ну,
— Я говорю о другом, доктор Робертс. Я хочу сказать, что все случившееся следует рассматривать под другим углом зрения. Мне кажется, что лишь увидев это оружие, убийца пришел к мысли о преступлении.
— Вы считаете, что решение созрело мгновенно и убийство не было подготовлено заранее? И что мысль об убийстве созрела лишь после того, как он пришел в этот дом? Хм, а что именно натолкнуло вас на такой вывод?
Он посмотрел на Баттла испытующе.
— Ну, это просто догадка, — вяло ответил Баттл.
— Да, конечно, может быть и так, — медленно сказал доктор Робертс.
Старший инспектор Баттл откашлялся. — Я вас больше не задерживаю, доктор. Спасибо за помощь. Очевидно, вы оставите нам свой адрес?
— Конечно. 200, Глосестер-террас, В—2, телефон: Бейсдотер 23—896.
— Спасибо. Возможно, вскоре мне придется вам позвонить.
— Буду рад увидеться с вами в любое время. И надеюсь, что в газетах не очень широко будет расписана эта история. Мне бы не хотелось расстраивать моих нервных пациентов.
Старший инспектор оглянулся на Пуаро.
— Простите, мосье Пуаро. Если у вас есть вопросы, то, уверен, что доктор не откажется на них ответить.
— Нет, конечно, что вы! Я ваш большой поклонник, мосье Пуаро. Серые клеточки мозга, порядок и метод. Я об этом все знаю. Уверен, что вы придумали какой-нибудь интригующий вопрос.
Эркюль Пуаро замахал руками совсем в манере иностранца.
— Нет, нет. Я просто хотел бы уяснить для себя некоторые детали. Вот, например, сколько робберов вы сыграли?
— Три, — быстро ответил Робертс. — Мы уже сыграли одну игру в четвертом роббере, когда вы вошли в комнату.
— И кто с кем играл?
— В первом роббере Деспард и я играли против дам.
И они выиграли у нас, да простит их бог за это. Просто разгромили нас, потому что нам совсем не шла карта.
Во втором роббере мисс Мередит и я играли против Деспарда и миссис Лорример, в третьем — миссис Лорример и я против мисс Мередит и Деспарда. Каждый раз вниманием карт мы определяли себе партнера, но получалось, что менялись мы по кругу. В четвертом роббере я снова играл с мисс Мередит.
— Кто выиграл и кто проиграл?
— Каждый раз выигрывала миссис Лорример. Мисс Мередит выиграла в первом роббере, а в остальных двух проиграла. Я выиграл совсем немного. Должно быть, проиграли мисс Мередит и Деспард.
Пуаро улыбнулся и сказал:
— Вот наш уважаемый старший инспектор спросил, каково ваше мнение о ваших партнерах, как о возможных убийцах. А я хочу спросить о них как об игроках в бридж.
— Миссис Лорример — первоклассный игрок, — быстро ответил доктор Робертс, — уверен, что она за» год получает солидную сумму выигрыша. Деспард тоже хороший игрок, он здорово играет, как я бы выразился, он хитрый и проницательный. Мисс Мередит играет спокойно и наверняка. Она не делает ошибок, но играет не блестяще.