Картак
Шрифт:
В долгу не остался и я, все-таки интернет великая вещь и там много интересных высказываний и анекдотов на эту тему. Некоторые пришлось подгонять под здешнюю действительность, а некоторые шли так, без изменений. Но все имели большой успех у ребят, даже маг остановился недалеко от костра и направил в нашу сторону черный провал своего капюшона.
Я хорошо разошелся, парни хватались за животы и стирали рукавами слезы от смеха.
— Фух! Гы-гы-гы. Откуда ты все это знаешь? Гы-гы… — Почти отсмеявшись, спросил Керн.
— Да как откуда. Батька помню как припьет, так давай травить басни. — Соврал я и намылился отойти в сторонку,
— Ты смотри аккуратнее там, а то уползет еще от тебя…
— Или какая красивая баба утащит в свое логово. — Начали они меня напутствовать.
— Скажите тоже — красивая. Многие бабы конечно прекрасны до безобразия… — Сказал я, вставая и направляясь в сторону кустов. — Но после безобразия все одинаковы. — Назидательно поднял палец и продолжил путь. Мужики сзади опять дружно заржали, но сквозь смех мое ухо уловило какое-то шипение. Я сначала не обратил на это внимания, пока зазвучавший голос не заставил смех прекратиться.
— Ты так считаешь картак? Может мне вырвать твой грязный язык, оскорбляющий женщин?
Теперь можно было отчетливо услышать, что это не шипение, а глухой голос. Причем это был раздраженный глухой голос, произносящий слова сквозь сжатые от гнева зубы. И он принадлежал женщине.
Резкий поворот и моим глазам предстает маг, стоящий в пяти шагах от меня рядом с кружком ребят возле костра. Только у мага был теперь снят капюшон балахона, и он смотрел на меня… точнее ОНА!
Мозг от осознания данного факта как-то перестал следить за языком:
— О, баба! — Вырвалось у меня. И только когда вырвалось, запустился нормальный мыслительный процесс. Бл?!
— Ах ты!.. — Ее лицо просто из раздраженного стало действительно гневным, аж пятнами немного пошло. В руке у девушки оказался какой-то укороченный посох или жезл, который она мгновенно извлекла из складок распахнувшегося балахона. Резкий взмах рукой и от навершия посоха ко второй руке протянулся еле видимый серебристый шлейф, а в самой руке начал загораться огонь.
Это было настолько неожиданно, что я впал в ступор. Когда она была в балахоне, то нельзя было сказать, что это женщина. Скорее сухощавый или даже дрыщеватый мужик, причем его походка и движения были подходящим. Немного скрюченная спина и шаркающие шаги не давали даже повода подумать, что под балахоном скрывается девушка, причем такая. Раскрыв плащ, она выпрямилась, а загоревшийся огонь в руке полностью осветил ее.
Что могу сказать, мозг не зря отказался соображать — она была красива, даже очень. Зеленые, немного раскосые глаза, чуть смугловатая кожа, аккуратное личико слегка восточного типа, совершенно не типичные для нее рыжие, просто огненные волосы до плеч, выбивающиеся из-под накинутого на голову капюшона зеленой туники, укрывавшей ее до пояса спереди и почти до колен сзади. Высокая грудь, подпоясанная ремнем тонкая талия, подтянутая попка, ножки в обтягивающих штанах и высоких, почти до колен, сапогах… Как будто с обложки журнала сошла.
Я стоял, как громом пораженный, завороженный таким явлением. А ведь стоило что-то предпринять, огонек в руке не для освещения был зажжен.
Не успела такая мысль до конца оформиться в моей голове, как сформировавшийся огненный клубок был брошен в мою
«Обнаружено димогамное воздействие второго порядка. Запущено сканирование связей с модулями КМ13 и ВР. Подождите…» — Мелькнуло перед глазами и пропало. Этого еще не хватало!
— Твою мать! — Только и успел выпалить я и начал уворачиваться от следующих огненных болидов.
— Не смей (бросок огня) трогать (еще один бросок) мою (еще бросок) МАТЬ! (сразу два броска).
Чтобы не быть поджаренным пришлось рвануть сквозь рощу. Было уже темно, но похоже комбез немного ожил после многомесячного молчания — я видел все в серых тонах, не так как при полноценном ночном видении, но и этого вполне хватало чтобы нормально бежать. Жаль только маскировка не включается, да и броню с оружием на мне не скроешь.
Девушка, видимо, решила не бросать дело на полпути и рванула следом за мной. Поначалу мне легко удавалось уворачиваться от летящего огня, но потом она сменила тактику и мне пришлось совсем туго. На моем пути стали появляться невидимые барьеры, на которые я постоянно натыкался. Из-за них приходилось резко менять траекторию движения, а иногда даже носом пропахать землю. Натиск все усиливался и мое преимущество «берсерка» перестало быть таковым.
Где-то за спиной в лагере раздавались крики и поднималась суета, но за нами они поспеть не могли, тем более ночным зрением из них вряд ли кто обладал. Не знаю как, наверно волшебница могла видеть ночью, но она уверенно преследовала меня, не налетая на деревья и не падая из-за попадающихся кочек и корней. Мы уже далековато убежали от лагеря, даже свет зажженных факелов перестал пробиваться сквозь жидкую рощу. Огненные снаряды стали бить точнее, с каждым разом все ближе и ближе к моей бренной тушке. Я уже только в последний момент успевал уклониться.
Кстати, этот ее огонь был какого-то щадящего режима. Все деревья, трава и листва не загорались от него, а вот пара каких-то крыс (наверно белки были) и одна ворона, зажаренные до состояния угольков, прилетали сверху мне на голову. Все насекомые, которые попадались на пути огненного снаряда, просто вспыхивали пучком искр и осыпались на землю.
Все это мой мозг отмечал краем сознания, в то время, как основная часть работала над вопросом «чем бы ее так стукнуть?», чтобы в пылу не убить, но и выключить минут на двадцать. Все-таки было пару возможностей вплотную к ней приблизиться, так что этот вариант был самой блестящей идеей, из тех, которые меня посетили.
Только я собрался сделать рывок в сторону, уходя с линии атаки, чтобы в подкате подобраться ближе, как девушка внезапно грохнулась оземь, будто ей дубиной по затылку дали, и потеряла сознание.
И тут в голове замелькали образы. Куча образов! А ведь я знаю ту заразу, которая может их посылать!!!
— Мэр-ро? — Спросил я с надеждой пустое пространство. — Это ты? Ты где?
Послышался тявк откуда-то слева, и крылатый засранец подлетел ко мне. Тут в эфире наступила неожиданная тишина, а потом посыпались образы, из которых сложился вопрос: