Карта Творца
Шрифт:
— Что же тогда искал Гиммлер в Монтсеррат?
— Этого я не знаю, однако мне известно, что он даже не пожелал посетить собор. В результате святые отцы Монтсеррат отказались принять его. За торжественный прием рейхсфюрера отвечал падре Риполь, он говорит по-немецки. По словам этого священника, Гиммлера интересовал не монастырь, а его окрестности; он заявил, что именно там возникла альбигойская ересь, с которой у нацизма так много общего.
— Я не знаю, в чем смысл этой ереси, — признался я.
— Катары, также известные в миру как «добрые люди», не верили в то, что Иисус умер, попав в руки римлян, и поэтому отвергали крест. Они признавали священной книгой только Евангелие от Иоанна, носили длинные черные туники и странствовали по землям Лангедока — всегда в паре, — оказывая помощь нуждающимся. Их совершенно не
— Что вы имеете в виду?
— В некоторых древних языческих легендах утверждается, что Грааль — это не чаша с Тайной вечери, а священный камень, способный проводить небесную энергию. Поэт Вольфрам фон Эшенбах в своем «Парцифале» говорит, что Грааль — это «камень особой породы». Другие называли его «одухотворенным камнем» или «электрическим камнем». Существует теория, согласно которой речь идет о нейтральной энергии, которую охраняют ангелы, известные под именем «Наблюдателей», поскольку они не участвовали в противостоянии между Богом и дьяволом. Фон Эшенбах, в чьем произведении рассказывается о событиях, случившихся во время крестового похода против катаров, писал об этих ангелах:
Когда небеса сотрясало войною Меж Господом Богом и сатаною, Сей камень ангелы сберегли Для лучших, избранных чад земли [57] .— Значит, Гиммлер искал в Монтсеррат не Чашу Христову, а источник энергии.
— Возможно. Нейтральной энергии, которую можно использовать как во благо, так и во зло. Не говоря уже о том, что в битве этих двух начал Гиммлер играет ту же роль, что и черный маг, старый рыцарь Грааля Клингсор.
57
Вольфрам фон Эшенбах. Парцифаль. Перевод Л. Гинзбурга.
— Полагаю, теперь рейхсфюрер надеется найти точное местонахождение камня на Карте Творца.
— Не исключено. Хотя, честно говоря, я вижу в этой истории множество противоречий.
— Каких же?
— Катары отказывались обладать материальными благами, тот, кто принимал их веру, должен был даже отказываться от своего имущества. Кроме того, они не поклонялись иконам. Так что идея о том, что они обладали каким-то сокровищем и делали все возможное, чтобы его спрятать, — попросту абсурд, потому что такое поведение идет вразрез с их принципами. Боюсь, Гиммлер просто помешался на всем этом.
— Понимаю.
Некоторый свет на происходящее пролил Смит, когда перевел документы из портфеля рейхсфюрера. Чертежи, которые видела Монтсе, действительно имели отношение к подземельям Монтсеррат, хотя там также находились проекты бункеров, возводимых армией Франко в Ла-Линеа-де-ла-Консепсьон. В общей сложности речь шла о четырехстах девяноста восьми бетонных укреплениях, которые, как говорилось в комментарии внизу страницы, будет использовать немецкая армия, чтобы захватить Гибралтар. От этой операции под кодовым названием «Феликс» Гитлер откажется после встречи с Франко в Андайе. Кроме чертежей, в портфеле Гиммлера содержались документы, касавшиеся сотрудничества между политической полицией Франко и СС. А еще был странный отчет, в котором упоминалось о существовании тринадцати подземных городов в Андах. Тринадцать городов из камня, озаренные искусственным светом и соединенные между собой туннелями, со столицей в Акакоре, находившемся на
Сейчас, размышляя обо всех минувших событиях, я понимаю, что смог пережить их благодаря Монтсе. Судьба словно в компенсацию за будущие страдания дала мне ее. Не знаю, как бы я смог в одиночестве вынести необходимость работать на нацистов. Смит номер два относился к этим теориям очень серьезно, мне же они казались напрасной тратой времени, потому что, пока мы разбирали названия каких-то легендарных городов на Амазонке, немецкая военная машина продолжала свое неумолимое наступление. Да, для меня охота за Картой Творца, Священным Копьем Лонгина или за Святым Граалем не имела никакого смысла, и я был сторонником действий более решительных, направленных на то, чтобы остановить движение немецких бронетанковых войск. Я бы без колебаний бомбил мною же спроектированные бункеры, о расположении которых я сообщил Смиту номер два. Я даже злился на него за его пассивное поведение, но он всякий раз успокаивал меня и просил быть терпеливым: ведь армия союзников сумеет использовать предоставленные мною сведения в нужный момент.
То же самое происходило и с Юнио. Я осуждал его не только за криминальные дела, но и за то, что он попал под власть предрассудков. Поначалу я думал, что это у него в характере, но со временем пришел к выводу, что его тяга к эзотерике — не более чем каприз, одна из нелепых прихотей, которые могут позволить себе богатые люди. Не считая увлечения палеографией и политикой, Юнио никогда нигде не работал. Он даже не участвовал в делах семьи: ведь ими занимался целый легион адвокатов, брокеров, маклеров и бухгалтеров. Вероятно, именно так и должен вести себя принц, который может похвастаться дружбой с итальянским королем.
Как и во всех нас, война проявила все лучшее и худшее в Юнио. И когда из-за слабости итальянской армии окончательно рухнула его вера в фашистское движение, он стал искать убежища в эзотерике с неистовством алкоголика, путающего свое опьянение с реальностью. Когда мы виделись, он почти всегда начинал рассказывать об очередном сумасбродном поручении Гиммлера: найти Молот Вотана, установить место, где живет Владыка Мира, добыть Жезл Власти и так далее. Помню, например, историю, которую он поведал нам за ужином в ресторане «Нино», на виа Боргоньона. По словам Юнио, рейхсфюрер дал ему ответственное задание: организовать экспедицию в Центральную Америку ради поиска так называемого «черепа судьбы». По словам принца, в 1924 году путешественник Фредрик Митчелл-Хеджес обнаружил на Юкатане, в развалинах архитектурного ансамбля цивилизации майя череп из горного хрусталя и окрестил его «Лубаантун» (что означает «Город упавших столбов»). Сей необычный предмет весил пятнадцать килограммов и был выполнен из цельного куска, а совершенство огранки, точность деталей (хорошо прорисованная челюсть) и твердость (семь из десяти по шкале Мооса) делали его поистине уникальным. Поскольку эксперты утверждали, что его могли высечь и отшлифовать лишь алмазом или корундом и, предположительно, вручную, получалось, что мастера затратили на его изготовление более трехсот лет. Но это еще не все: кекчи, тамошние аборигены, утверждали, что существует тринадцать подобных черепов: они принадлежали жрецам и традиционно использовались для магических обрядов, так как являлись источником силы, способной лечить и убивать. Митчелл-Хеджес не сомневался: найденные им руины и череп относятся к наследию потерянного материка Атлантиды.
— Вот видите, как говорил Рильке, наш мир — театральный занавес, за которым прячутся глубинные тайны.
Юнио воспринимал подобные поручения всерьез, я же видел в его увлеченности попытку скрыться от реальности. И небезосновательно: ведь крах итальянского фашизма с каждым днем становился все очевиднее, а люди испытывали разочарование, ужаснувшись напрасными жертвами. Все уже понимали, что нить натянута слишком сильно, и за высокомерным и воинственным взглядом дуче, некогда символизировавшим твердость и уверенность в выборе пути, который должен был привести нацию к вершинам славы, скрывается одно лишь упрямство.