Карнавал Хилл

Валенти Сюзанна

В его голосе звучало предупреждение, хотя мне почти показалось, что в нем также был намек на беспокойство.

Я поджала губы от ощущения, что на меня накладывают еще больше обязательств, но я отмахнулась от этого чувства. Я останусь здесь не потому, что этого потребовал Лютер Арлекин. Я останусь, потому что, хорошо это или плохо, но это был мой дом. Я понятия не имела, что это значит в долгосрочной перспективе, но могла успокоить его на этот счет.

— Я никуда не уйду, — пообещала я, закрывая конверт убедившись, что все мои наличные на месте. — Тебе не нужно

беспокоиться об этом.

Лютер кивнул, принимая мои слова, и я соскользнула с капота машины, направляясь к выходу.

— Тебе там небезопасно, когда Шон все еще прячется в тени, — крикнул Лютер, шагая в ногу со мной и указывая на свой грузовик, который был припаркован снаружи. — Давай я подвезу тебя домой. Фокс все равно сходит с ума из-за того, что ты ускользнула от его парней снова.

— Ты знаешь об этом? — Спросила я.

— Да. И не волнуйся, я сказал ему, что ты выполняешь для меня работу, так что он не громил Коув в поисках тебя. Но я должен доставить тебя домой целой и невредимой.

Я кивнула, забираясь в его грузовик. На мгновение я подумала, не попросить ли его отвезти меня в «Парк Отбросов» вместо «Дома-Арлекинов», но придержала язык. Сегодня мне нужно было еще кое-что сделать, и у гнева, пылающего внутри меня, не было никаких шансов утихнуть, пока я с этим не разберусь.

Лютер подвез меня ко входной двери, и я воспользовалась своим ключом, чтобы войти внутрь. Тьма во мне нарастала с каждым шагом, по мере того как я уходила в себя.

Фокс и Джей-Джей сидели за кухонным островком, когда я вошла, и они оглянулись на меня с облегчением во взгляде Фокса и едва скрываемой яростью в глазах Джей-Джея, которого, как я догадалась, вызвали домой после моего исчезновения.

Впрочем, мне было плевать, злится ли он на меня за то, что я сбежала. На самом деле мне было абсолютно насрать на него. Если для него я была не более чем клиенткой с неоплаченным счетом, то для меня он был лишь воспоминанием о давно потерянном мальчике.

Фокс заключил меня в свои объятия, и маленькая частичка моего сердца дрогнула, когда его знакомый запах окутал меня, и мое сердце заныло от желания найти в нем утешение. Но это была ошибка, которую я совершила с Джей-Джеем. Я впустила его, и теперь он снова бросил меня. Я больше не могла быть игрушкой для этих мальчиков и их непостоянных эмоций. Я не могла продолжать впускать их, когда все, что они когда-либо делали, — это причиняли мне боль.

Просто будь хорошей маленькой шлюшкой, и у нас не будет никаких проблем, правда, сладенькая? Голос Шона эхом отдавался у меня в ушах, и я знала, что он что-то видел во мне, когда говорил со мной подобным образом. Он видел мою ценность, и она сводилось к тому, что находилось между моих бедер, и к тому, насколько он мог контролировать это. И похоже сейчас эти мужчины видели во мне тоже самое.

Я высвободилась из объятий Фокса, опустив взгляд к своим ногам и пытаясь не прислушиваться к нахлынувшим воспоминаниям. Ко всем худшим мыслям и чувствам, которые я когда-либо испытывала к себе, и все способам, которыми Шон давал мне понять,

что он думает обо мне.

Это было больно. Это было чертовски больно, потому что теперь я видела в них его. Джей-Джей не думал, что я стою больше, чем те деньги, которые были у меня в заднем кармане, и я все еще пыталась понять, зачем я понадобилась Фоксу.

— Ты в порядке, колибри? — Спросил Фокс, похоже, уловив мое настроение без моих слов. — Хочешь, я приготовлю тебе ванну или что-нибудь в этом роде?

— Да, — согласилась я, подавляя свой гнев на Джей-Джея, потому что, конечно, я не могла просто сказать Фоксу, почему я была так зла на него, из-за всех этих дерьмовых секретов, которые мы хранили. — Это было бы здорово.

— Я займусь этим. — Фокс поцеловал меня в макушку, и я была так рада, что он обуздал свою безумную реакцию на мое исчезновение, что на секунду поймала его руку в свою, коротко сжав его пальцы, прежде чем заставить себя отпустить его.

Фокс поколебался, взглянув на Джей-Джея, как будто на каком-то уровне мог почувствовать напряжение, накаляющееся между нами, но затем просто повернулся и направился наверх.

Дворняга быстро лизнул мою лодыжку, а затем повернулся и уставился на Джей-Джея, его верхняя губа приподнялась в оскале, как будто он тоже чувствовал эту неприязнь.

— Тебе не следовало так убегать из клуба, — прошипел Джей-Джей, как только убедился, что Фокс находится вне пределов слышимости.

— Ну, ты не оставил мне особого выбора, — ледяным тоном ответила я, подходя к нему и вытаскивая конверт из заднего кармана. — Мне нужно было убедиться, что ты получишь деньги за всю свою тяжелую работу. — Я шлепнула конвертом ему по груди, и он автоматически поймал его, уставившись на наличные, когда несколько стодолларовых купюр упали на пол от удара. — Теперь мы в расчете, да?

— Роуг… — начал он, хватая меня за запястье, когда я попыталась отвернуться от него, но я прервала его, развернувшись, чтобы свирепо взглянуть на него.

— В чем дело? Ты надеялся на чаевые? — Спросила я насмешливым тоном. — Потому что должна сказать, Джонни Джеймс, мне кажется, ты завышаешь цену. Так что не волнуйся, я не вернусь за повторным обслуживанием в будущем. Но я уверена, что теперь ты доволен, что получил от меня то, что хотел.

Его губы приоткрылись, и что-то в его взгляде пронзило мое сердце, но мне было все равно, и я не хотела этого слышать. Он сделал этот выбор, когда свел все наши отношения к детализированному счету.

— Пошел ты, Джонни Джеймс, — прошипела я. — Все, что ты сделал сегодня, это доказал мне, что я была права, когда сказала, что никогда не хотела сюда возвращаться. Я надеюсь, что эти деньги помогут тебе компенсировать то, что ты потерял, когда начал отказывать клиентам из-за меня, но не волнуйся — теперь ты можешь вернуться к своей обычной работе.

Я отвернулась от него, выдергивая свое запястье из его хватки, и бросилась за Фоксом, игнорируя Джей-Джея, когда он позвал меня обратно, и молча поблагодарив Дворнягу, когда он нырнул между нами, чтобы помешать ему снова схватить меня.