Карнавал Хилл
Шрифт:
Фокс кивнул, затем отвернулся от меня и вступил в разговор с мэром. Я моргнула от перемены в его поведении, но все равно придвинулась к нему ближе, взяв его за руку и нежно сжав его бицепс.
Фокс наклонился ближе ко мне, и я посмотрела на его волевой профиль, не уверенная, что именно я ожидала от него услышать, хотя это определенно было не то, что сорвалось с его губ.
— Принеси мне еще выпить, ладно? — Он подтолкнул меня к бару, расположенному в углу комнаты, и я удивленно уставилась на него. — Я найду тебя через минуту.
Мэр одарила меня вежливой улыбкой, и я оказалась перед выбором: послушаться или
Я прошлась по комнате в своих туфлях на шпильках, пытаясь не обращать внимания на то, что они напоминали мне о том, как я была заперта в том сейфе несколько долгих часов. Но я решила, что не смогу прожить всю свою жизнь без каблуков — я имею в виду, что, конечно, я могла бы, но если я не собираюсь позволять всему остальному дерьму в моей жизни разрушать меня, тогда я, конечно, не стала бы поддаваться воспоминаниям об этом гребаном месте. Тем не менее, я вряд ли выбрала бы обувь, которая застегивалась бы у меня на лодыжках так, как те, что были на мне в том аду, и я могла бы легко сбросить этих малышек, если бы мне нужно было бежать или даже если бы я просто хотела избавиться от них в целях комфорта.
Я села за барную стойку и заказала себе рюмку текилы, а затем заказала какую-то девчачью розовую штуку с зонтиком для Фокса в знак порицания его властности.
— Пьешь в одиночестве, красотка? — спросил вкрадчивый голос, и я чуть не задохнулась от запаха дорогого лосьона после бритья, когда обернулась и обнаружила, что Кайзер Роузвуд вторгается в мое личное пространство.
Завитки темных волос на груди выбивались из-под, по общему признанию, дорогой на вид рубашки баклажанного цвета. Но «дорогой» явно не означало «красивой». Я натянула улыбку, махнув бармену, чтобы он принес еще текилы.
— Я никогда не бываю одна, — заверила я его. — У меня в голове сотня друзей, которые всегда готовы поиграть со мной. — И это даже не было ложью: за последние десять лет я придумала множество воображаемых друзей в своих снах и фантазиях, потому что реальные люди, с которыми я общалась, меня серьёзно разочаровали. Единственная проблема заключалась в том, что все они, проведя несколько часов в их воображаемой компании, невольно приобретали лица кого-то из моих парней, и мне приходилось изгонять их в дальние уголки своего сознания вместе со всем остальным, что напоминало мне об этом месте.
Кайзер рассмеялся, как будто это было чертовски весело, и его липкая рука опустилась на мое бедро чуть выше колена, но ниже подола платья. Эээ, блядь, нет.
Я довольно неуклюже скрестила ноги, заставляя его руку свободно упасть, и одарила его акульей ухмылкой, которая стала для него единственным предупреждением.
— Отличная вечеринка, — прокомментировала я, когда в его взгляде промелькнуло удивление. Я предполагала, что его имя и деньги означали, что он не так уж часто получал отказ, но он может пойти и отсосать сомнительный хрен, если думает, что я буду терпеть, когда он лапает меня или еще что похуже только потому, что он сорит деньгами так, будто они выходит из моды. И кстати, о вещах, выходящих из моды, — это что, золотые
— Я действительно люблю хорошие вечеринки, — ответил он, щелкнув пальцами в сторону бармена, как полный мудак, и указав на свой пустой стакан. — А ты, конечно, хорошо прибралась на столе (Прим. Сленг. — Выиграла много денег.).
Я одарила его улыбкой. Потому что, черт возьми, да, я так и сделала. Я выиграла так много денег у этих богатых мудаков сегодня вечером, что потеряла им счет. Ладно, это была ложь — я точно знала, сколько мне задолжали, с точностью до десятицентовика, так что могла быть уверена, что они заплатят до того, как я уйду, но да, я справилась с этим как обычно. Покер был моей игрой.
— Я люблю карты, — сказала я, пожимая плечами. — По крайней мере, если они собираются тебя поиметь, они говорят тебе об этом в лицо и предупреждают заранее.
Кайзер расхохотался, и, хотя я была чертовски забавна, это определенно было чересчур. Я выгнула бровь, когда он подошел ближе и обхватил меня за спину, а его рука зацепилась за материал моего платья у основания позвоночника.
— Чувак, мне весело на твоей вечеринке и все такое, но я не проститутка и не собираюсь покупать то, что ты продаешь, — сказала я твердым голосом.
Кайзер моргнул, но, прежде чем он успел полностью осознать сказанное, громкий смех Фокса разрядил напряжение, а подошедший бармен, предложив Кайзеру напиток из какой-то изысканной бутылки, чей запах был настолько сильным, что у меня защекотало в горле, даже не пригубив ни капли. Рука Фокса скользнула по моим ребрам, и он притянул меня ближе к себе, вынудив Кайзера убрать руку, пока я сохраняла бесстрастное выражение лица.
— Что ты сказала, дорогая? Здесь немного шумно, — произнёс Кайзер, проводя рукой по своим зализанным назад волосам и демонстрируя мне ряд отбеленных зубов. Запах дохлого червяка въелся в его кожу сквозь невыносимую вонь лосьона после бритья. Не могу сказать, что я когда-либо нюхала дохлого червяка, но я точно знала, что он пахнет именно так.
— Просто говорю, какая это замечательная вечеринка, — ответила я сладко, как пирожное (Прим. Сленг. С очень милой улыбкой.).
Кайзер облизнул губы и перевел взгляд с меня на Фокса, а его маленькие глазки вспыхнули жаждой чего-то гораздо более опасного, чем секс.
Я подвинула к Фоксу его розовый напиток, и он, даже глазом не моргнув, отбросил зонт в сторону и выпил его одним глотком. Мудак.
— У меня были кое-какие деловые вопросы, которые я хотел обсудить с Лютером сегодня вечером, — сказал ему Кайзер. — Возможно, мы могли бы поговорить наедине? Если ты действительно можешь говорить от имени «Арлекинов», и я не просто потрачу свое время, разговаривая не с главарем?
— Ну, мой отец хотел прийти, но у него нет привычки проводить время с людьми, которые запаздывают с выплатой ему долгов, — ровным тоном сказал Фокс. — Это делает его немного раздражительным.
Кайзер громко рассмеялся, но его глаза нервно забегали влево-вправо, как будто он не хотел, чтобы кто-нибудь подслушал это. — Да, да, я понимаю. Но на самом деле мне нужно было поговорить кое о чем другом…
— Мы можем поговорить, — согласился Фокс, хотя, похоже, не испытывал особого желания это делать. — Что тебя интересует?