Карнавал хаоса
Шрифт:
Я шлепаю его по заднице, когда он поворачивается, танцуя на мне тверк, заставляя меня смеяться. Несколько стриптизерш стоят по бокам от меня, их руки пробегают по моим волосам, вниз по рукам, обхватывают мою грудь. Ко мне никогда не прикасалось так много людей одновременно, это ошеломляющее ощущение, которое меня возбуждает.
Мужчина-монстр встает и срывает с себя нижнее белье, его член выпрыгивает наружу. Из толпы доносятся вздохи и «Ох».
– Как мы думаем, она сможет это сделать? Забрать все?
– он спрашивает их.
–
– Мэнди ликует.
Его сильные руки хватаются за спинку стула, и он поворачивает меня боком, чтобы толпе было лучше видно.
– Я могу это сделать, у меня нет рвотного рефлекса, - уверяю я его дерзким тоном. Уступать - одно из моих самых опытных завоеваний. Мне всегда нравится выражение лица мужчины, когда я принимаю его целиком.
Это заставляет его улыбнуться. Он засовывает член глубоко в мое горло, постанывая при этом. Кончиками пальцев он проводит по моей шее там, где находится его член.
– Посмотрите на нее!
– слышу его приглушенный акцент сквозь крики и приветствия: - Такая хорошая девочка, - он воркует, выходя из меня и запечатлевая нежный поцелуй на моих губах.
Я встаю и кланяюсь толпе, смеясь, когда Мэнди подпрыгивает вверх-вниз.
Мой любимый танцор протягивает ей бутылку шоколадного сиропа.
– А теперь твой приз!
– он ухмыляется.
Мэнди поднимается на сцену вместе со мной, и мы с благоговением наблюдаем, как мужчина поливает сиропом свой член.
Мы садимся по обе стороны от него, лакаем сладкий сироп и наслаждаемся каждым моментом, когда весь клуб подбадривает нас.
6
После, мы направляемся к Колесу Обозрения.
Это массивное сооружение, погруженное в угрожающую тьму, которая имела бы смысл только для Карнавала Хаоса. Потрескивающие огоньки движутся вверх и вниз по стальному каркасу колеса, освещая монстров сиянием «здесь и сейчас», когда они карабкаются вокруг них, но их макияж светится в темноте, оставляя след на лице даже после того, как гаснет свет.
Гондолы не купаются в такой же жуткой темноте. Они ярко освещены различными неоновыми цветами, которые пульсируют и мерцают. Я вижу, как Монстр Хаоса забирается в один из них, когда он раскачивается высоко в воздухе, я могу только представить, что они вытворяют.
Мэнди кивает головой на табличку.
– Только для одиночных всадников.
– Интересно, - сглатываю.
Она пожимает плечами.
– Отстой, я надеялась снова подразнить тебя.
Я закатываю на нее глаза.
– Ты уже достаточно натворила на сегодня.
Очередь движется в устойчивом темпе, и с каждым дюймом предвкушение растет. Я смотрю на Мэнди, на ее красивое лицо, освещенное карнавальными огнями, с широко раскрытыми от восторга глазами, когда оператор аттракциона, раскрашенный в зомби–грим, показывает нам, в какие гондолы забираться.
Мое ярко-розовое, Мэнди прямо за мной в фиолетовом. Скрип поворачивающегося колеса заставляет меня крепче держаться.
Когда
Вид просто захватывает дух.
Территория карнавала становится все меньше по мере того, как я поднимаюсь выше, демонстрируя мерцающие огни и яркие цвета, под которыми мы танцевали в течение последнего часа. Как кукольный домик, в который я могла протянуть руку и схватить все, что захочу. Сладкий туман витает между группами людей.
Слева от меня находится то место, куда мы вошли, а за ним - гавань. Это позволяет легкому бризу овевать мою кожу, как теплому одеялу. Позади меня игры. Я вижу вращающиеся колеса, кабинки, еду и еще несколько аттракционов. Я так взволнована каждым дюймом, который Хаос заботится о том, чтобы предложить нам.
Справа от меня - Линия Леса.
С каждым поворотом я открываю для себя новое зрелище.
Вдалеке я замечаю угол карнавального шатра, скрытый за кустами и переплетением ветвей деревьев в лесу. Это последнее приключение, в которое мы отправляемся перед отъездом.
Как только я на дюйм приближаюсь к краю, чтобы получше разглядеть этот неуловимый красно-белый шатер, покрытые чернилами пальцы обвиваются вокруг корзины гондолы.
Я была так занята, выглядывая наружу, что забыла, что Монстры ползают по всей внушительной высоте колеса. Мужчина легко запрыгивает внутрь, его великолепное лицо покрыто зомби-гримом. Черная подводка окружает его большие зеленые глаза, их окружает полуночная тень.
– Ты наименее страшный зомби, которого я когда-либо видела, - говорю я ему.
Он позволяет легкой ухмылке проскользнуть сквозь его намеренно пугающее поведение.
– Я так чертовски голоден, - он рычит.
Я наклоняю голову: - Правда?
– киваю головой на его колени.
– Делай со мной все, что хочешь.
Он опускается передо мной, его колени прижаты к резиновому дну гондолы.
Его движения скованы. Быстрые, затем медленные. Он хорошо играет свою роль. Зомби прикусывает нижнюю губу своими белыми зубами, когда протягивает руки, чтобы задрать мою юбку до талии. Я рывком прижимаюсь задницей к прохладному пластиковому сиденью, и как только я это делаю, он срывает с меня трусики и бросает их в карман.
Его теплые губы прижимаются к моей ноге, когда он покрывает поцелуями всю внутреннюю поверхность бедра.
Я откидываю голову назад от удовольствия, когда теплое ощущение его языка, скользящего по моему клитору, повергает мое тело в эйфорический шок.
Не успеваю я опомниться, как обе мои ноги оказываются у него на плечах.
Когда он рычит на меня, мое тело начинает вибрировать, полностью выходя из-под контроля. Я провожу пальцем по его густым волосам, вцепляясь в него и выгибаясь во время оргазма. Ночь поддразниваний облегчила ему задачу.