Карма

Найт К. А.

— Самое быстрое, что я придумал, – крок-месье, — радостно сообщает он… слишком радостно.

— Ты на наркотиках? — спрашиваю я. — Никто столько не улыбается. Это странно.

Его улыбка на мгновение меркнет, потом он снова оживляется.

— Попробуй.

Он выглядит настолько надеющимся, что я беру нож и вилку, отрезаю кусочек и запихиваю в рот, лишь бы он перестал.

— Вы так на меня смотрите и носитесь вокруг, будто завели котёнка или типа того, — ворчу я с полным ртом. Вкус взрывается у меня во рту, и, клянусь, я кончаю. — Еба, это охуенно.

Зейн

сияет от счастья и поспешно уходит обратно на кухню, пока я начинаю уничтожать еду.

— Скорее дерзкий секси котёнок, — усмехается Нео, — который не любит людей.

— Только мужчин, — поправляю я, глотаю и отрезаю ещё кусок.

— Только мужчин? — переспрашивает Нео, наклоняя голову.

— Я ненавижу мужчин, — говорю я.

— То есть ты предпочитаешь женщин? — спрашивает Нео.

— Нет, мне нравится трахать мужчин, но нравится ли мне мужчина? Нет. Вы все идиоты и бесите до чёртиков. То, что мне нравится член, не означает, что я от этого в восторге, — я поворачиваюсь и смотрю на Кейна, который сидит в телефоне. — Я разве разрешала тебе перестать мне ноги разминать?

Его кривая улыбка заставляет сердце трепыхнуться, когда он откладывает телефон и продолжает.

— Прости, чертовка.

— Твою мать, какая у тебя магия? Я однажды у него буквально телефон из руки выдёргивал, — таращится Нео. — Брат, ты под чарами!

— Ну и? — отвечает Кейн. — Доедай сэндвич, — он кивает на меня. — Тебе нужно поспать. Завтра начнём работать.

Я запихиваю остатки в рот, и когда Зейн появляется с ещё одной тарелкой, я хватаю её и встаю, всё ещё жуя.

— Я сваливаю. Всем чмоки, ублюдки, — направляюсь к лифту искать комнату, пока мне не стало слишком комфортно среди них.

Я напоминаю себе, что ненавижу их и что они проблемы.

И всё же… Блядь.

С ними весело.

Я и правда спала как убитая. Чтоб их с их простынями в тысячу нитей и удобными, мать их, подушками, которые пахнут лавандой. Неудивительно, что богатые всё время такие счастливые. А как им не быть?

Я иду вниз по запаху, чую еду и кофе. Брожу, пока не нахожу столовую. Они уже там, расселись, при полном параде, в костюмах и ботинках, а во главе стола сидит мужчина постарше, перед ним газета. Я и не знала, что люди до сих пор их читают. Я использую газету, чтобы подбирать собачье дерьмо, оставленное перед нашим домом, и поджигать, когда вычисляю, кто это сделал.

В общем, я неспешно подхожу и сажусь, беру кружку и наливаю кофе, пока Зейн машет мне, а Нео улыбается. Кейн хмурится, уставившись в iPad, будто утонул в какой-то работе, которой такие, как он, любят заниматься.

Готова поспорить, он на самом деле смотрит порно или играет в карты.

— Кто это? — спрашивает мужчина постарше, вежливо улыбаясь мне с лёгким недоумением. Он похож на парней, только с сединой. Может, это их отец.

— Зовут Бэксли, — киваю я, отпивая горячий кофе, но мне нужно

это жжение, чтобы утром почувствовать себя живой. Честно говоря, мне бы капельницу с ним, даже после сна.

— Бэксли будет консультировать нас по одной проблеме, — объясняет Кейн, поднимая взгляд. Его черты будто смягчаются, когда он смотрит на меня. — Чертовка, это мой отец.

— О, оригинальный Сай, — киваю, отпивая. — Как оно? Вы не такой старый, как я думала. Не увлекаетесь ролью сладкого папика⁹, а? У меня счетов навалилось. Дети такие дорогие.

— У тебя есть ребёнок? — Зейн выплёвывает сок, а я хмурюсь.

— Мы же уже обсуждали. Ты красивый, но не слишком умный, так что не говори, — сладко отвечаю я. — Нет, это моя племянница, Лорен. Ты с ней познакомился на вечеринке.

— А, когда ты отрезала мужику кисти, — кивает Зейн. — Она была забавная.

— Так что, Сай-ориг, сладкий папик? — я снова поворачиваюсь к нему.

Он смеётся и откидывается на спинку стула.

— Ах, ты та самая воровка рук. Мои сыновья много о тебе рассказали. Прости, я не люблю своих женщин молодыми, но, уверен, кто-нибудь из моих детей с радостью поможет, судя по тому, как они на тебя смотрят.

— Они слишком ванильные для меня, — я пожимаю плечами. — Мне нравятся мужчины поопытнее. Какая жалость, — тянусь и ворую у Зейна тарелку с едой, начиная есть, пока он надувает губы. Я чувствую, как все Сай смотрят на меня, но мне пофиг.

— Карма, — зовёт Додж, появляясь рядом со мной. — Для тебя сообщение.

— Карма? — глаза их отца округляются. — Та самая Карма с улиц?

— Значит, вы обо мне слышали. Теперь же вы пересмотрите идею про сладкую малышку, а? — дразню я, глядя на Доджа. — От кого?

— Подождите, вы двое знаете друг друга? — Нео хмурится, явно раздражённый.

— Перед тем как я легла спать прошлой ночью, я выследила вашего начальника службы безопасности…

— Пока я принимал душ, — бормочет Додж.

— Да не было там ни черта, из-за чего стоило бы стесняться, — подмигиваю я, и он краснеет. — Я попросила передать несколько сообщений, раз у меня нет телефона и информации. Я серьёзно отношусь к своим контрактам. Чем быстрее я с этим разберусь, тем быстрее мне не придётся снова видеть трёх поросят, — забираю у Доджа телефон и читаю сообщение, фыркая, прежде чем удалить его и вернуть обратно. — Спасибо, милашка.

— Ну и что там было? — тянет Кейн так, будто ему неинтересно, но всё его внимание целиком на мне и моём ответе.

— О, я спрашивала, знают ли они лучший способ кастрировать кого-нибудь, — поддразниваю я, и его глаза сужаются. — Расслабься, старик, пока ничего важного, просто согласие. Как закончу есть, мне нужно просмотреть весь ваш персонал.

— Их много, — говорит папаша Сай. — Есть причина, по которой тебе нужно просматривать персонал?

— Не переживай об этом, пап, — бормочет Кейн, накрывая руку отца. — Просто бизнес.

— Ты хреновый лжец, мальчик, но я сделаю вид, что верю тебе. И ещё я не буду спрашивать, что случилось и почему врач был здесь так поздно.