Карма
Шрифт:
Он с легкой досадой качнул головой. Не доверяет. А она… вообще кому-нибудь доверяет?
— У меня сегодня выходной. Хочешь, покажу тебе шикарное место? — предложил Леха, опасаясь, что после завтрака девушка исчезнет.
— Давай, — согласилась Карма.
Самойлов с облегчением выдохнул: к сожалению, он прекрасно понимал, что если она захочет исчезнуть — то он ее не найдет. У него есть время до субботы.
Маневр 4
Они летели по трассе… Почти вровень, снова флиртуя: Карма с кокетливым ревом двигателя вырывалась вперед и чуть притормаживала, предлагая
Леха принимал правила игры, зная, что сейчас ведет он. Пролетал, не сбавляя скорости, мимо девушки и лукаво подмигивал «стопорями», уводя за собой, прокладывая путь в нужном направлении.
Он хотел показать ей заброшенную Берлинку с бетонными плитами, а за ней — Чертов мост: разрушенный временем старинный перешеек, соединяющий в одно целое бывшую военную стратегическую трассу. Именно в этом месте находился странного происхождения обрыв, в низине которого протекала неглубокая, но шустрая речка, а вся сказочность места заключалась в том, что с обломков мостика можно потрогать верхушки деревьев. Словно целый островок земли внезапно ухнул вниз, на несколько десятков метров. Необыкновенный вид, от которого кружилась голова, от которого казалось, что ты — великан и сейчас перешагнешь через высокие деревья.
Леха любил сюда приезжать: тихо, спокойно, ни души. Только шорохи листвы, нежная ласка ветра да щебет птиц. Обычно он присаживался на край разрушенного мостика, свешивал ноги вниз, перебирал пальцами колышущиеся ветви, щекочущие лодыжки, и любовался необычным пейзажем, думая о своем. Чаще всего приезжал один, не желая кому-либо демонстрировать эту сторону души — склонную к некоторой сентиментальности и романтике. Бывало и с друзьями сюда выбирались после гонок по Берлинке, но надолго не задерживались — кидали по монетке в речку и дальше дурака валять на трассе.
Карма была первой… кому захотелось открыться. Интуитивно Леха понимал, что если и сможет чем-то ее зацепить, то только откровенностью. Фальши и блефа она не потерпит. Думается, этого ей хватает в той таинственной жизни легенды, которую она ведет.
Они почти подъехали к мосту, как случилось нечто… невероятное, отчего у Самойлова бешеным выбросом адреналина вскипела кровь.
Леха сбавил скорость, сворачивая к обочине, приглашая и девушку остановиться. Он уже предчувствовал ее изумление… точнее, надеялся, что оно будет, ну или хотя бы заинтересованность — место и правда замечательное. Дальше дорога несколько раз петляла и уходила к федеральной трассе. С той стороны Чертова моста он тоже часто приезжал, но вдоль заброшенной Берлинки ландшафт интереснее — возникало ощущение цивилизации постапокалипсиса: заброшенные старые немецкие дома, поросшие высокой травой яблочные сады, одиночные промышленные конструкции, бог весть для чего служившие.
Но Карма не замедлила ход. «Аудюха» пронеслась кометой мимо, взревела, набирая обороты, и вдруг взлетела над обрушенным мостом… Леха, открыв рот, проследил взглядом ее полет над пропастью и пружинистое приземление на той стороне. Машина мягко черканула мордой асфальт и мгновенно выровнялась — только и всего.
Парень, резко подорвавшись, выскочил из своей «супры» и бегом бросился к обрыву, замер на краю моста. Присвистнул. Вот это фортель! Вот это трюк! Он аж за голову схватился: да такое под силу разве что крутым
— Ас… твою мать… она… Ас! — пробормотал восхищенно Леха.
Девушка красиво, со шлейфами развернулась, заглушила двигатель и, не спеша, изящно, вышла из машины. Подошла к обрыву с другой стороны моста, тряхнула головой, заправляя за ухо прядь, и широко улыбнулась.
— Хэй! На том берегу! — бросила она задиристо. — Как дела?
— Ты… Ты! — Леха всплеснул руками. — Охренеть можно!
— И ты опять меня упустил, — она деланно печально вздохнула, сложив губы в капризную линию. — Ну что ж… Видимо, не судьба тебе угнаться за мной! — подмигнув, послала воздушный поцелуй. В следующую секунду развернулась и, нарочито неприлично повиливая бедрами, направилась к машине.
— Хэй! — в тон ей воскликнул Леха. — И долго ты еще собираешься доказывать мне свое превосходство? Я его признаю!
Девушка в ответ заливисто расхохоталась. Обернулась, склонила голову набок и бросила:
— Типа, сдаешься?
— Да вроде как… сразу сдался, — улыбнулся Леха. Как же она сейчас хороша: стройная компактная фигурка в соблазнительном платье, отливающие всеми оттенками черного смоляные волосы в косе, лукавый прищур аидовой темени глаз, перекатывающиеся капельки на щеке.
— Жаль, я пленных не беру, — заметила грустно Карма, стрельнув озорными глазами, абсолютно точно продолжая дразнить.
— Действительно жаль, — согласился Леха. — Я был бы не против стать твоим пленником. Лет эдак… на сто?
— Ой ли? — девушка хохотнула.
— Двести? — предложил парень.
— А ставки растут! Я подумаю, — и она продолжила путь к «аудюхе».
— Когда я тебя увижу? — окликнул ее Леха, обнадеженный этим «подумаю».
— Эмм… — Карма снова остановилась, но не обернулась. Стояла спиной, вскинув голову к небу. — Здесь очень красиво. Спасибо, — серьезно произнесла она. — Найди меня. На этот раз сам.
— А ты опять будешь убегать? — усмехнулся парень, вспомнив безрезультатные «догонялки-салочки» по всему городу.
— «Let’s dance! Put on your red shoes and dance the blues…» — Карма чисто, с правильными интонациями пропела строчку из известного хита Дэвида Боуи. — Это тебе подсказка, — бросила она напоследок и… в реве двигателя, клубах поднявшейся до небес пыли растворилась в небытие, как мифический персонаж из сказки.
— Значит… приглашаешь потанцевать, да? — Леха потер щеку. — И почему я точно знаю, где тебя искать, — хмыкнул он. Кажется, кто-то сегодня в компании верных друзей идет в «Мармелад». Ловить судьбу за хвост, длинный темный конский хвост!
Помнится, Гаспарян хотел там покрасоваться в платье…
Самойлов прикусил губу, достал мобильный, набрал нужный номер и, услышав голос лучшего друга, спросил:
— Арсенчик, дорогой, таки я не понял, что насчет чулков-подвязочек и губной помады на сладких губках? Когда я улицезрею эту красоту на тебе, милый?
В ответ донесся забористый мат вперемежку со смехом и емкое:
— В семь вечера на трассе. Готовься целовать дядь Митю!
Ночной клуб «Мармелад» располагался почти в центре города, в бывшем краснокирпичном немецком замке кронпринца, чудом уцелевшем после войны. Отреставрированное с нуля, сейчас здание представляло собой целый развлекательный комплекс с рестораном, отелем, дорогим спа-салоном и ночным клубом с репутацией самого отвязного места.