Караван мертвеца
Шрифт:
И лишь бледный как призрак Стоун прошептал:
– Новичок…
Начальник Лауд сидел в кабинете и разбирал отчеты. В дверь постучали. Грэг исподлобья посмотрел на дверь. Откинулся на спинку кресла и на секунду закрыл глаза.
– Сэр! Это срочно! – голос снаружи звучал взволнованно.
Лауд встал. Не спеша накинул свой плащ и подошёл к двери. Открыв её, он встретился взглядом с часовым.
– Где? – устало спросил он.
– В западном крыле!
– Что произошло?
– Были слышны выстрелы.
Глаза Лауда сверкнули гневом. Он резко двинулся с места и зашагал
– Как давно?
– Минут пятнадцать назад.
– Почему так долго не докладывали?!
– Охрана на блокпосте оказалась дезориентирована и решила, что стреляют в другом блоке. Пока они добрались до выхода из западного крыла и разобрались, в чём дело, прошло некоторое время.
– Они оставили свой пост?!
Грэг остановился. Его тело содрогалось от злости.
– Какого чёрта тут происходит?! Сколько человек отправилось разбираться с беспорядками?
– Около десяти, сэр!
– Отправьте ещё столько же! Соберите всю охрану! Усилить восточный и южный проходы! Что с карцером?
– А что с карцером, сэр?
Взгляд начальника пронзал насквозь, и последнюю фразу охранник говорил всё тише и тише, чувствуя себя при этом меньше с каждым словом.
Грэг посмотрел на него снисходительно. Глубоко вздохнув, он продолжил свой путь.
– Направь троих в карцер через восточное крыло.
– Но ведь проход слишком низок. Придётся ползти на карачках.
– Немедленно!
– Есть, сэр!
Охранник свернул направо, Грэг же продолжил идти прямо.
– Куда вы, сэр?
– Есть дело! И что бы ни произошло, не дайте им прорваться!
На входе в западное крыло царила суматоха. Прибывали резервы из северной части. Оружие и обмундирование раздавалось в порядке очереди. Старшина стоял возле карты тюрьмы и инструктировал персонал.
– Всем внимание! Выстрелы прозвучали в верхнем районе крыла. Западная часть делится на две части. Верхняя, кольцевая, и нижняя, прямая. Отряд из десяти человек отправлен на проверку кольцевой. Дезертиры каким-то образом выбрались из камер и, скорее всего, уже пересекли дальний пост кольца и спускаются вниз к следующему. Предположительно, освобождая других из камер, они, скорее всего, планируют скрыться в туннелях и атаковать нас из темноты. Они вооружены, но их оружие ограничено! Их много, но у нас больше патронов! Нам по силам подавить бунт! Соблюдайте осторожность! Как только кольцевая часть будет зачищена, проверьте карцер. Оттуда нет выхода, о котором бы знали беглецы, но нам не нужны лишние сюрпризы. Небольшой отряд уже отправлен туда, но ещё пара человек не помешает. Сейчас это отродье почувствовало волю, но ненадолго. Им некуда бежать! Мы загоним их, как крыс в клетке. Десять человек отправляются в нижнюю часть крыла, остальные рассредоточиваются по периметру! Всем всё ясно?
– Так точно, сэр! – хором ответила охрана.
– Если ясно, то приступайте незамедлительно! Я хочу, чтобы к завтраку все крысы сидели в своих норах!
Приказ был отдан, и солдаты приступили к его исполнению.
Отряд приблизился к покинутому посту в западном крыле. Смит и Стоун оказались в первой линии, ведя за собой остальных. Дверь в следующий блок была
– Неужели новенький пошёл туда один? – Смит сжал кулаки от негодования.
– Мы найдем его! – Позади него стоял Стоун. В его взоре читалась несокрушимая решимость.
Не пройдя и десятка шагов, отряд вновь встал. На земле без сознания лежал Патрик.
– Он жив?! – взволнованно подскочил к нему Смит и проверил пульс. Нащупав биение, он облегченно выдохнул: – Просто в отключке. Кто-нибудь, доставьте го в лазарет.
Они пошли дальше. Всё глубже продвигаясь по коридору, отряд достиг камер заключения. Все приготовились. Три человека, прикрывая друг друга, пошли первыми, остальные притаились возле стен.
– Пусто, все ушли! – донёсся из темноты голос разведчика. Продолжив движение, отряд повсюду наблюдал покинутые камеры с открытыми нараспашку дверьми. Напряжение нарастало.
– Здесь раненый! – доложил лидер колонны.
– Плохи его дела, – охранник, осматривавший раны, снял руку с пульса.
Часовой открыл глаза. Он был очень слаб. Первая пуля ранила его в ногу, вторая угодила в район сердца. Раненый шевелил губами, пытаясь что-то сказать. Смит нагнулся, стараясь услышать слова.
– Что он говорит?
– Я не слышу. Эй, браток, отдыхай, скоро тебя подлатают.
Губы продолжали шептать. Каждое слово давалось с трудом.
– У них… они… взр… – он впадал в забвение, слова обрывались на середине.
– Он уходит. – Охранник с досадой констатировал прискорбный факт.
Собрав остатки воли, часовой схватил стоявшего рядом Смита за рукав.
– У них взрывчатка! – сказав это, он потерял сознание.
Смит не хотел верить услышанному.
– Он сказал – у них взрывчатка! – доложив остальным, Смит с трудом проглотил подступавший к горлу комок.
Движение отряда возобновилось.
Приближаясь к следующему посту, солдаты замедлили ход. Шагали тихо и осторожно. Неожиданно звонкий выстрел пронзил пространство. Одного из охранников подкосил вражеский снаряд.
– Засада! – Отряд прижался к стенам. Стараясь укрыться в камерах, они вели прицельный огонь. Началась перестрелка. Темнота ненасытно поглощала град пуль. Смит выглянул из укрытия и бегло осмотрелся. В конце длинного коридора стреляли из нескольких орудий. Врага не было видно, но ему удалось заметить, откуда вспыхнул выстрел, и, моментально взвив курок, он поразил цель.
На несколько секунд огонь прекратился. И вновь, новой волной, более яростной, обрушился на охрану, но уже без одного револьвера в правом углу.
– Один есть. – Смит вернулся в укрытие и перезарядил ружье.
Жаба и Хорёк шли впереди остальных.
– Да ты у нас теперь лидер отряда, важным человеком стал. Меня распирает отеческая гордость. – Хорёк где-то раздобыл тележку и осторожно вез ящик со взрывчаткой.
Жаба ничего не ответил, лишь ускорив шаг. Преодолев несколько поворотов, беглецы вышли к длинному коридору, освещённому тусклым светом ламп.
– Недалеко ещё один блокпост. Думаешь, было разумно оставить большую часть оружия тем дикарям? – Хорёк остановился и опустил тележку. Жаба ненадолго призадумался. Вслед за ними шла группа сотоварищей.