Караваев и улитка

Астанин Вадим

– Кто там?
– спросил недоверчивый голос.

– Мы договаривались. Насчет приобретения улитки.

– Я помню. Вы один?

– Один.

– А чья машина стоит во дворе, под окнами?

– «Даймлер-Бенц», представительский класс, седан, цвет «консервативно-чёрный», «сити», или «уолл-стрит»?

– Я не разбираюсь в марках автомобилей и в автомобильных цветах тоже. Так это ваша машина?

– Под окнами? Напротив клумбы с ромашками?

– Это маргаритки!

– Машина моя. В ней сидит водитель. Персональный.

–

Водитель не в счёт. Заходите, - сказал голос, отпирая замок и скидывая солидную дверную цепочку (скорее крепкую стальную цепь, отрезанную от собачьего поводка).

– Благодарю, - вежливо сказал Караваев.

– Давайте знакомиться, - сказал сухонький мужчина, возрастом лет шестидесяти-шестидесяти трёх, тщательно закрывая многочисленные замки, защёлки, щеколды и цепочки.
– Профессор Скородумский.

– Караваев, - сказал Караваев.

– За вами точно не было хвоста?

– Я проверялся, - серьёзно успокоил профессора Караваев.

– Водитель надёжный?
– не унимался Скородумский.

– За него ручаюсь, - сказал Караваев, - но не гарантирую.

– А, понимаю, - саркастически усмехнулся профессор, - вы не швейцарский банк.

– Людям вообще нельзя верить, - дипломатично сказал Караваев.
– Мне можно.

– Семёнов... Юлиан, - прищёлкнул пальцами Скородумский, - а вы не так просты. Нравится сбивать с толку оппонентов? Читали?

– Только грамотных. Читал — старшеклассником.

– Нуте-с, пройдемте. Следуйте, тэк сказать, за мной. Прошу!

– Итак, милостивый государь, - профессор взбил надо лбом жидкие седые волосёнки, - ради чего вы посетили мои скромные пенаты, купленные на честно заработанные трудовые доходы?

– Хочу присмотреть у вас улитку. Большую, но не ахатину.

– Улитку? Чудесно. А позвольте полюбопытствовать, для чего вам необходима большая улитка?

– Профессор, давайте будем двигаться последовательно. Вы предъявляете мне товар, а я, если он меня устроит, объясню, зачем он мне понадобился.

– Что ж, разумно. Смотрите.

– Ух ты, какие огромные. Сколько в них длины?

– Вот эта — двадцать восемь сантиметров, эта — тридцать шесть, а у этой — моей любимой — сорок восемь, от рожек до кончика хвоста. Так что, товар вас устраивает?

– По внешнему виду — да.

– Однако, вы сомневаетесь.

– Профессор, а как у них с размножением?

– Нормально у них с размножением. Размножаются обычным способом. Откладывают яйца.

– А хотелось бы, чтобы нет. Не размножались. Ни в какой форме. И чтобы не были вредителями. Сельскохозяйственных культур.

Скородумский побледнел.

– Вы знаете?!, - прошипел он, больно сдавливая Караваеву предплечье?
– Откуда? Кто вас прислал?!

– Успокойтесь, профессор, - сказал Караваев, выдирая руку из цепкого захвата Скородумского.
– Никто меня не присылал. Я сам от себя. Не вешали бы тогда объявление, право дело...

–

Рассказывайте, - выкрикнул Скородумский, сверля Караваева злобным взглядом, - говорите без утайки!

– Не волнуйтесь, профессор, - сказал Караваев, - мне нечего скрывать. Слушайте.

...................................................................................................................................................................................

– Даже так?
– заметно повеселел Скородумский.

– Глупо, вы считаете?

– Паче чаяния... По крайней мере, изобретательно. Бесполезно и авантюристично. Вы мне нравитесь. Я вам помогу.

– Но как же..?

– А, вы об этом? Не обращайте внимание. Это всего лишь образцы. Выставочные экземпляры, экспонирующие возможности разработанной мною технологии. А возможности, признаюсь вам, открываются безграничные!

Профессор схватил со стола планшетник.

– То, что вы видите в террариумах, есть высокотехнологичный продукт генной инженерии. Я могу создавать объекты с различными, заранее определёнными характеристиками. Почему улитки, спросите вы. А кто вам сказал, что я конструирую одних только улиток? Улитки так, мелочь. Считайте, что улитки — моё невинное хобби. Я могу конструировать всех — от мельчайших вирусов, до венца эволюции — человека! Не пугайтесь, теоретически. Человека, крупных млекопитающих — теоретически. Не хватает специфического оборудования. А вот улиток — пожалуйста! Мышей, землероек, кротов. Сколько угодно!

– И вирусы?

– У-у-у, молодой человек, - Скородумский погрозил пальчиком Караваеву, - вижу, куда вы клоните! Биологическое оружие, террористы. В принципе, да. Без сомнения — могу. Нет особой разницы, что получается на выходе, культура смертельно опасной заразы или безобидная пчела. Хотя, что значит безобидная? Вы понимаете?

– Понимаю, - сказал Караваев, обдумывая в уме варианты отхода.

– Не бойтесь, - сказал Скородумский, - убивать я вас не собираюсь. Я по натуре пацифист. Которому очень нужны деньги. А мой продукт чрезвычайно дорог. Надеюсь, деньги для вас не проблема?

– Деньги не проблема. Вопрос, как переместить объект через таможню? Ветеринарный контроль и так далее.

– Легко, - сказал Скородумский.
– Вот эта магическая коробочка позволит вам беспрепятственно перевезти любое количество материала. В виде быстроразворачиваемых эмбрионов, либо молодых особей улитки. Это мобильная стасис-камера, внешним видом напоминающая обыкновенный пластиковый портсигар. Материал прячется в этих макетах сигарет. А теперь давайте определимся с характеристиками продукта и количеством необходимых вам особей. Да, забыл вам сказать. На создание прототипа уйдёт от одной до семи недель. В зависимости от предъявляемых заказчиком требований. Диктуйте...