Каратели
Шрифт:
— Знаю, что ты отряд свой в Зоне положил. За хабар, — спокойно ответил я, прикидывая, что, если Ворон дернется, надо бить наверняка, не давая возможности ответить.
— Во-во… — Сигарета плясала в пальцах сталкера. — Так оно и было, а как же! Я — всех! А кто ж еще? Нашли себе чудовище, монстра, тля, отпущения…
Меня передернуло от его слов. Я не судья в мантии, мне не нужны показания свидетелей, экспертизы и клятвы на Библии. Ложь я всегда остро чувствовал и потому знал: сейчас Ворон говорит правду, а говорит он…
— Слышь, Ворон, так это не ты?
—
Сказано было просто, без надрыва. Накипело у мужика за много лет, он выплеснул и сразу успокоился. Привык жить со своей бедой, давно смирился, а вот — прорвало. Я представил себя на его месте и поежился. Вряд ли я столько протянул бы. Тем бандит от сталкера и отличается, что по краешку ходит, подбирая объедки, брошенные ему Хозяевами Зоны. А сталкер идет куда хочет и берет что может. Потому Хозяева сталкеров любят, а сброд презирают люто. Откуда я это знаю? А вот знаю, и все.
Тлел табак, светало, а мне вдруг захотелось вернуться в детство и все исправить. И не пойти на тот урок географии, сдать экзамены в институт, и пусть жлобы до смерти избили бы ту девчонку… Был бы я тогда далеко-далеко отсюда: ужин, разогретый женой, водка после получки, сын учится играть в футбол… Жаль, сквозь годы нельзя вернуться…
А ведь все просто. Если б на Вороне была вина за отряд и войну кланов, Зона давно похоронила бы его. Странно, что эта мысль пришла мне в голову только сейчас. Странно, что, кроме меня, никто до этого не додумался. Наверное, так проще: назначить виноватого и натравить на него всех псов, какие только есть.
— Не ты? — повторил я, непроизвольно сымитировав манеру Кажана. — А кто ж тогда?
Ворон пожал плечами и щелчком отбросил окурок.
Глава 7
МИРОТВОРЦЫ
Приятно иметь дело с российскими миротворцами. Москва далеко, а Зона до Кремля если и дотянется, то не скоро. И потому эти парни относятся к службе без фанатизма. С ними можно договориться, расценки божеские.
У меня как у постоянного клиента есть «годичный абонемент» на посещение зараженных территорий. Надо только решить вопрос насчет «одноразового пропуска» для моих спутников.
Интересно, чем меня обрадует дежурная смена поста №12 Второго заградительного кольца? В последний раз, когда я был здесь проездом, воины играли в футбол. В предпоследний — устроили чемпионат по нардам. А что сегодня? Скоро узнаем. Лучше один раз увидеть, чем всю дорогу гадать.
— Точно пропустят? — засомневался Ворон, которого я еле уговорил не дурить и ехать за мной.
— Точно! — побожился я, мысленно сплетая крестом два пальца. — Нормальные ребята, я только через них в Зону и хожу.
Ворон прищурился и покачал головой. Что ж, это вполне предсказуемая реакция. Среди сталкеров бытует поверье, что ходить по одному и тому же маршруту — смерти подобно. Нельзя повторяться, ведь Зона постоянно меняется. А следовательно, проверенные тропы — самые опасные. Как бы то ни было, я уговорил Ворона. Майору пришлось спрятать свой пульт. Извини, командар, не сегодня.
И вот мы у Периметра.
В
Мой респект генералам в Белокаменной. Так и надо: дорого, массивно, зато по максимуму защитили своих людей. Это вам не трехметровые вышки вдоль штакетника, на который без конца прут зомби и который проламывают кровососы по пять раз в сутки.
У натовцев тоже защита по высшему классу, но с ними разговаривать не о чем. Они взяток не берут. У них оклады с премиями такие, что ничего достойного я предложить им просто не в состоянии.
Метров за пятьдесят до блокпоста мы заглушили движки. Дул легкий утренний ветерок. Из-за мешков с песком торчал ствол пулемета, установленного на треножнике. Незваных гостей здесь принято сначала расстреливать, а уже потом интересоваться, есть ли у них паспорта и какова цель визита. Обычно у поста скучали двое-трое бойцов, но сегодня никто не попросил нас убраться к чертовой бабушке.
Мне это сразу не понравилось.
Что за ерунда? Езжай к шлагбауму, поднимай его, толкай мотоцикл через карантинную полосу и жди, пока откроется шлюз с этой стороны. Потом — пока закроется, далее — пока сервоприводы поднимут наружную бронеплиту, чтоб можно было промчать по коридору, ведущему за пятикратную колючку. И за что я деньги плачу, а? Ведь у меня абонемент. С каких это пор у нас самообслуживание?!…
А если серьезно, то пост №12 по штатному расписанию должны охранять тридцать воинов-миротворцев. Бедолаги, конечно, скучают неимоверно, потому как заняться тут нечем. Через стену ни одна зараза не перелезет. А до ближайшего населенного пункта пятнадцать километров — в самоход не сбегаешь. То есть ни самогона, ни девок. Прям не служба, а сущий ад.
И вот эти тридцать бойцов вечно слонялись у КПП, курилки и возле казармы. Территория поста даже забором не обнесена. Так что хоть кто-то, но должен был засветиться пред нашими очами. Но — пусто. Что-то здесь не так…
Раз в неделю, по вторникам, из Чернобыля-5 приезжает грузовик, который доставляет еду, воду, почту и сигареты. А сегодня у нас среда. Так что ЧП случилось недавно, иначе здесь толклись бы уже проверяющие всех мастей, менты и телевизионщики. Не далее как сутки назад все было в норме. А потом…
— Эй! — крикнул я. — Есть кто живой?!
Тишина в ответ.
— Сван, ты бы стрельнул, что ли? — подал идею Ворон. — Может, спят еще?
Командир на мгновение задумался, кивнул и вытащил из кобуры кольт М1911, который ему вручили для правдоподобия образа. Правда, в Штатах этот пистолет давно уже снят с вооружения…
Сван поднял кольт над головой, но выстрелить не успел.
— Чё надо?! — донеслось от КПП.
Рука Свана так и застыла вверху. Потенциальный противник видит нас, но мы не видим противника. Поэтому следует воздержаться от резких движений, чтобы не спровоцировать огонь на поражение.