Карат. Чёрное сердце

Синякова Елена

— Нужно много кушать, чтобы поддерживать форму!

— Золотые слова! Наш мужик! — Янтарь светился от удовольствия, что вся его стряпня сметалась почти моментально, даже сгребая своей ручищей Здоровяка, чтобы потрепать его по голове в дружеском жесте.

— У вас отличная команда, парни. Давно не видел такой слаженной работы. — Карат потягивал пиво, улыбаясь мужчинам и всегда держа одну ладонь на моих обнимающих его руках. — Ваша подготовка впечатляет. Бывшие военные?

Рид кивнул в ответ.

Как я успела заметить, он в принципе был не особо разговорчивый

и предпочитал наблюдать за всеми, чем участвовать в общем веселье. А еще не пил. Совсем. Только держал в руках кружку.

Но от взгляда Карата было не уйти, когда и ему пришлось отвечать, чуть пожимая плечами и начиная с себя:

— Сначала служил в морской пехоте. Потом в особом подразделении, собирающем разведданные. После полученного ранения был признан негодным к службе и отправлен досрочно на пенсию.

Мужчины притихли. Больше не галдели и не смеялись, расслабленные и довольные, потому что за этими скудными на эмоции, сухими словами Рида скрывалось жуткое прошлое, в котором была боль, был страх перед новой судьбой, была беспомощность перед тем, что ничего нельзя исправить и в какой-то момент ты стал просто не нужен. Как отработанный материал.

— Здоровяк из спецназа. Получил контузию и был направлен старшим инструктором для подготовки новых кадров после длительного восстановления в лазарете. Умник — из подразделения связи специального назначения, получил осколочное ранение в ногу, которая была ампутирована. Для службы стал непригоден по этой причине. Птичка — из снайперов. Пять боевых командировок в горячие точки. Не прошел психологическую подготовку и был «списан». Белый — из саперов. Спас своей профессиональной работой сотни и тысячи жизней солдат, но, когда попал в засаду со своим отрядом, их не прикрыли. Получил ранение и вышел на пенсию подобно мне, раньше положенного срока.

Ридли замолчал на несколько минут, не видя, как Беры смотрели на этих отважных парней, которых потрепала жизнь, оставив когда-то один на один с их проблемами и горечью от пережитого. С уважением.

— Все мы вернулись однажды домой и поняли, что в этой жизни мы лишние. В мирной жизни. Пытались быть как все. Работали консультантами, грузчиками, медбратьями, но так и не смогли стать полезными… не смогли прижиться в этом мире. Тогда дядя предложил создать свой отряд и заняться тем, что мы умеем делать — спасать и воевать. Так вышла наша охранная фирма. Дядя занимается всеми юридическими вопросами, находит клиентов, заключает контракты, а мы охраняем людей, грузы — всё, что требует нашего вмешательства.

— Вы отличная команда, парни, — повторил Карат, приподнимая свой бокал в молчаливом тосте за тех, кто сегодня спас и нас, добавив от души: — Без вас мы бы не справились.

— Обращайтесь в любое время дня и ночи, — кивнул серьезно Рид, чокаясь стаканом с Каратом. — Семья превыше всего.

Мужчины подняли свои стаканы, от души чокаясь с парнями Рида и хлопая их по плечам, а я смотрела на них и не могла перестать улыбаться, ощущая себя такой непозволительно счастливой.

И пускай с появлением Габриэля проблем у нас добавилось. Очень серьезных проблем!

Но

в этот день мы были вместе с нашими новыми друзьями, которым верилось так же, как своим. Родным. А это значило, что какие бы преграды и испытания ни ждали нас впереди, было уже не так страшно.

Их преданность и доверие друг другу чувствовались в каждом жесте.

В том, как они заботились друг о друге даже в таких мелочах, как еда и питье.

Возможно, мужчины уже и не замечали этого за собой, а я не могла оторвать глаз, видя, как Здоровяк, беря очередную порцию горячего ароматного мяса, не бросался на него сам, а в первую очередь передавал по кусочку каждому из группы Альфа, начиная с самых молодых — Птички и Умника.

Как Рид и Белый делили пополам лепешки, хотя каждый мог бы взять для себя целую.

Это были мелочи. Но они были такими ценными.

— Оставайтесь у нас, парни! Утром гарантирую завтрак на всю бригаду!

— Если это будет не каша, то мы согласны! — пробасил Здоровяк, который был буквально отражением Янтаря — такой же веселый, неунывающий и вечно жующий.

— Как вы нашли нас? — как бы тихо ни спросил Карат, снова все притихли, превратившись в одно большое ухо, чтобы внимать ценную информацию, ибо таких подробностей не знал даже отец.

— Мы думали, что Звезда вернется рано утром, — слегка скованно отозвался первым Сапфир, имея в виду себя и Райли, которые знали наверняка, куда я ушла и где в итоге оказалась. — Но когда этого не случилось, то стали волноваться. Я позвонил Райли и попросил разыскать ее, пока папа не вернулся…

Папа рыкнул что-то про шпионов хреновых, но всё-таки промолчал, когда следующим заговорил Райли:

— У меня не было возможности уехать сразу утром, пока я не сдал свой пост. Но когда уже выехал из участка, мне позвонил Сап снова и сказал, что Звезда вышла на связь и что происходит какое-то дерьмо, — парень нахмурился, передергивая широкими плечами. — Долго искать не пришлось: я увидел Звезду уже у дороги в лес и последовал за ней, когда понял, что следую за ней не я один…

— Ты видел, как Звезду забирали? — тело Карата под моими руками напряглось, и я погладила его незаметно по груди, чтобы успокоить, наблюдая, как Райли кивнул в ответ.

— Да. Она была без сознания. Я проследил за тем психом, а уж когда углядел, что рядом с ним полно вооруженной охраны, то понял, что без Рида не обойтись, и позвонил срочно ему!

— И ведь нам не сказали ни слова, мать вашу волосатую! — недовольно пробасил отец, не удержавшись, но тут же замолкая, когда рассказ продолжил Рид.

— Брат позвонил и сказал, что семья в беде. Чтобы собрать группу и перебросить ее из города, нам потребовалось два часа. Остальное вы знаете.

— Семья? — с недоуменной улыбкой переспросила я, видя, как Ридли кивнул с полной серьезностью и ответственностью:

— Раз вы семья Штиля, то и наша семья тоже. А семья превыше всего.

Это было девизом и нашей семьи.

…Все разошлись уже под утро, когда костер догорел в третий раз, вся еда была съедена, а домашнее пиво Грома выпито.