Карачун 1.0
Шрифт:
— Да что теперь жалеть, думать надо где барда достать, у нас ж ни одного музыканта нормального! Только хор бабок и остается. А кому они нужны?
Хм, вот и занятие кажется нашлось — подумал я.
— А играть-то на чем у вас есть? — обратился я к обладателю красного лица, признав в нем главного.
— Дак этого добра навалом, в прошлом месяце на дороге разбойники купца зарезали, ограбить хотели — да только из товара у него были одни дудки да балалайки. Так и бросили там. А наш патруль потом уже все в деревню принес.
—
— И петь и играть могу. Вот только местных песен не знаю. Издалека я.
— Ну это не беда, главное одну песню до праздника выучи — а там играй что хочешь, лишь бы народу весело было.
Пообщавшись с краснолицым, оказавшимся местным мэром-старостой, я согласился выступить на празднике. В оплату мне полагалось 50 серебра, но я умудрился выторговать себе в качестве бонуса, инструмент на котором буду играть, все равно у них без дела пылится. После чего мы отправились на склад местной управы, подбирать мне музыкальный инструмент.
Я конечно не отказался бы получить рояль, или какое захудалое пианино. Но тут с этим беда, нет таких инструментов в природе, правда говорят в крупных городах органы есть. Но это штука сложная и дорогая, да еще и на магии работает, и такому зверю в простой деревне взяться неоткуда.
Весь ассортимент составляли несколько флейт, пара волынок, балалайки, что-то вроде скрипки и пара лютен.
Дудеть я не умел и не хотел, пришлось остановиться на местных разновидностях струнных инструментов. С балалайкой я уже сталкивался, но от нее плохие воспоминания, бррр…
Не могли что ли нормальную гитару сюда притащить? А мне теперь страдай..
Пришлось остановиться на приглянувшейся мне лютне из темного, почти черного дерева, имевшей аж 7 парных струн. Как справиться с таким инструментом я представлял смутно, но ничего — разберусь.
После управы меня отвели к тем самым певчим бабкам, коллектив которых носил гордое название ВИА «Катушки». Назывались они так в честь мелких голубых цветочков, первыми появляющихся на полях после зимы. Вестники весны можно сказать. Из инструментов у них наблюдались две свирели, бубны с колокольчиками и почему-то полковой барабан. Странная команда.
Надеюсь они не ведьмы, от такой толпы точно убежать не смогу — размышлял я зайдя в просторную горницу и рассматривая семерых старушек, чинно восседающих на табуретках. Все как одна были одеты в красные платки и длинные серые сарафаны из плотной ткани.
— Здарова бабки!
— Карачун. — галантно представился я, и слегка поклонился.
— Чур тебя! Нам еще жить да жить! Какой еще карачун!
— Да это зовут меня так.
— Ух, пресвятая сотона, ну и дурачье ж твои родители, такое имя дать. Намучаешься с ним, верно тебе говорю!
— Ниче до сих нормально жил. Не каркай!
Ага, если не считать попытки изнасилования старой ведьмой и нападения стаи злобных мопсов.
— Давайте лучше песне вашей праздничной учите.
—
Бабки взяли в руки свои дудки, зазвучали колокольчики на бубнах, громко застучал полковой барабан, и они запели:
Лысый кот, лысый кот,
У тебя голый живот,
Лысый кот, Лысый кот,
Мир к тебе жесток.
Тебя не лечат знахари,
Тебя пинают злые пахари,
Тебе не спать на мягкой койке,
Тебе вечно драться на помойке!
Лысый кот, лысый кот,
У тебя пустой живот,
Лысый кот, Лысый кот,
Мир к тебе жесток.
Но ты наш верный друг,
И в трудный час,
Избавишь крыс от мук,
И всех мышей вокруг!
Лысый кот, лысый кот,
У тебя голый живот,
Лысый кот, Лысый кот,
Но ты не одинок!
Ну надо же, наследие Фиби Буффе добралось и до этого мира, и даже стало гимном отдельной деревеньки. Интересно это они сами такой текст сочинили, или подсказал кто..
Тут бабки зашумели еще громче, нагнетая обстановку, и запели заключительный куплет:
Как принесешь крысиный труп,
Сошьем тебе тёплый тулуп,
Из пары мышьих ножек,
Соорудим сапоооооожки …
У меня аж мурашки по коже побежали — вот она сила искусства. Такую песню придумать, это не просто так! Нужен недюжинный талант…
Бабки закончили петь и вручили мне листок с текстом и какими-то каракулями, служащими местным обозначением нот. И пока я запоминал гениальную песню, поведали мне историю, о том почему здесь так любят этих самых котов.
Оказывается в давние времена, когда деревенька еще была маленькой, случился голодный год. Сначала холодная зима, потом сухое лето без единого дождя, в результате погиб почти полностью урожай пшеницы и ржи. Люди берегли свой хлеб как зеницу ока. Но мелким грызунам тоже хотелось есть, а вокруг засуха, даже трава, и та вся пожухла. Вот и потянулись они к людскому жилью и складам со скудным запасом зерна. Целая орда собралась, и остались бы люди без еды, но тут им на помощь пришли шелудивые лысые котаны, в обилии обитавшие в этой местности. До этого момента никем не любимые, и считавшиеся грязными падальщиками. Те бесстрашно вступили в бой с превосходящими силами противника и одержали героическую победу, разменяв на каждого погибшего кота по паре десятков крыс. С тех пор они и стали местными любимцами, а деревня обрела новое название.