Карачун 1.0
Шрифт:
— Вечер добрый! — поздоровался я с тележниками.
— Далеко едешь? До Лысых Котов за сотку подкинешь?
— Да туда и едем, давай свою серебрушку, и запрыгивай. К утру как раз и докатимся. — Ответил мужичок в простой крестьянской одежде, управлявший овцебыком.
Пошарив в сумке, я кинул кучеру монету, и забрался в телегу груженую мешками с зерном. Спасибо бабаджону, хоть и человек говенный, но деньгами меня обеспечил.
— А ты чего тут? Пьяный чтоль уснул? — ухмыльнулся кучер.
— Да не. В речку залез
— Да… есть такое, кабаны что-то в этом году борзые стали — не боятся людей.
— Вот давеча был случай. Пошли мужик с бабой, из села Синицы, грибы в леске собирать, набрали полные корзины. И тут у мужичка живот прихватил — присел он в ближайших кустах, нужду справить.
— А темно уже было, и не заметил он, что там кабан спит — ну и навалил тому прям на рыло. Кабан тепленькое-то учуял и проснулся. И как боднет своими клыками мужика в зад!
Люди в телеге и кучер громко загоготали.
— А дальше-то что? — спросил я.
— А дальше гнал кабан и мужика и бабу до самой деревни. Мужик, говорят до сих дырки в заду лечит!
Все снова заржали.
— Но не все беда, кабан-то совсем страх потерял и возле деревни подняли его на вилы. Знатный хряк вышел! Центнера полтора!
— Зажарили его тогда не вертеле, да всей деревней пировали!
* * *
Как и обещал веселый кучер по имени Сеня, в Лысые Коты мы прибыли ранним утром. Поселение было весьма крупным. Уже не деревня, но еще и не город, что-то среднее… У нас бы это назвали ПГТ, а здесь все также — деревня.
Мощный деревянный частокол из цельных сосновых бревен окружал поселение., защищая от случайных зверей и набегов диких разбойников. Да тут и такие были, решив ступить на разбойничью тропу, местные крестьяне уходили в леса, там проходили какой-то хитрый ритуал с участием галлюциногенных грибов, и в результате вступали в банду. Но эти грибы были слишком забористой наркотой, и у многих вырабатывалась зависимость, от чего они просто дурели и дичали. Таких наркоманов сразу выгоняли. Но они продолжая жрать грибы, совсем теряли человеческий облик, превращаясь в полузверей. После чего сбивались в стаи и нападали на всех подряд, лесных зверей, тех же разбойников и людей из деревень.
Внутри обнаружились все те же деревянные избы, но уже покрупнее, часто можно было увидеть богатые, украшенные резьбой двухэтажные дома, а ближе к центру росли местные высотки в целых три этажа, было даже несколько каменных зданий.
Повсюду в деревне можно было увидеть ее символ — тех самых котов, слова Сфинкс они не знали, поэтому коты были просто лысыми. Они в наглую разгуливали по улицам, лежали на крышах домов, сидели на деревьях и просто мешались под ногами. Что странно, почти все были одеты в разноцветные кофты, свитера или просто рубашки. Один из них, с шерстяным шарфиком на шее, ласково потерся об
— Че те надо крыса облезлая? Брысь отсюда!
— Самому жрать нечего…
Кот недовольно фыркнул и убежал попрошайничать к другому прохожему
Пройдя по широкой улице, мощеной свежей грязью и бычьим навозом, я добрался до центра ПГТ, и решив перекусить заглянул в трактир, из окна которого аппетитно пахло жареным мясом.
— Чем это так вкусно пахнет? — обратился я к седому пузатому мужичку, стоящему за браной стойкой.
— О, дак это наше фирменное блюдо! Мясной рулет Штирлица! Желаешь тарелку?
— Тащи две! Со вчерашнего дня не ел! И пива!
Хоть и было утро, но я решил проверить как работает особенность моего Бомже-класса: сопротивляемость алкоголю. Интересно ж.
— А, дак ты приезжий, надолго к нам?
— Да я проездом, вот заскочу к вашему спецу по знакам зодиака и отправлюсь дальше. Кстати не подскажешь где он обитает?
— Живет-то он тут рядом, видел дома каменные напротив?
— Ну да.
— Так вот, тот что с зеленой крышей его и есть. Вот только нет мэтра дома, уехал он неделю назад.
— Мдаа, и сколько его ждать ты разумеется не в курсе? Я разочарованно почесал затылок
— Ну почему же, через два дня у нас День Деревни, — мэтр обещал на нем присутствовать.
Поглощая фирменный рулет, и запивая пшеничным пивом, я размышлял чем бы заняться до приезда этого метра. Пиво, кстати, не действовало вообще, такое чувство что безалкогольное. И смысл от него тогда? Вечером пожалуй проведу эксперимент с более крепкими жидкостями.
Мои размышления прервали новые посетители, зашедшие в трактир.
Двое солидных деревенских жителей в дорогих кафтанах, устроились за соседним столиком и как и я заказали фирменное блюдо.
— С праздником-то проблема! Не знаю что делать… - жаловался мужчина с крупным носом-картошкой и красным лицом, в обрамлении густой русой бороды.
— Что такое? — отвечал ему второй, не имевший бороды, зато выделявшийся своей прической — волосы спереди и по бокам были подстрижены под горшок, а сзади свисали до плеч. Кажется у нас эта инсталляция маллет называется.
— Дак, помнишь барда что в прошлом году у нас выступал?
— А этот, мужеложец который? Лютик штоль?
— Он самый. Мы ж его и в этот раз пригласили. Да только не доехал он. Пристал по пути к ведьмаку проезжему, да начал его своими песенками совращать. А ведьмаки ж народ суровый и строго гетеросексуальный. Взял меч да отчекрыжил Лютику голову… А тело на кол посадил, чтоб другим неповадно было…
— А я ж говорил неча с ним связываться! Он ж нам и кузнеца тогда попортил… Раньше мечи да топоры ковал на загляденье, да так что с соседних городов за ними приезжали. А теперь что? Розочки какие-то крутит, цветочки, тьфу…